Страница 12 из 16
– Это… это что такое? Кто это сказал? – Самка встала как вкопанная.
Гы-гы. Я! Только не признаюсь! Вскоре моя стратегия окупится!
Троица гуманоидов успешно засекла Вику своими радарами и незамедлительно двинулась в ее сторону со значительным ускорением. Торсы людей были без защитных тканей, а нижнюю часть скелета прикрывали только урезанные версии «штанов» (на земном «шорты» или «бермуды» – столь тонкое различие недоступно моему пониманию).
«Смотри, как лоси ломанулись!» – прокомментировал мой процессор.
Действительно, подскочив к моей самке, гуманоиды хором начали активно убеждать ее вступить с ними в половой контакт.
– Девушка, девушка! Как вас зовут, девушка? Давайте знакомиться! Идем в мою каюту, я тебе кое-что покажу… – наперебой вещали люди, хватая Вику за манипуляторы.
Как верно я все рассчитал! Определенно, вскоре они «кое-что покажут» моему симбионту, если не все, то минимум тот, что покрупнее. Менее чем через пятую темпа у меня будет уже две человеческие единицы на борту!
– Отцепись, урод! Сволочь! – почему-то верещала Вика, пытаясь оттеснить сразу трех гуманоидов. – Козел! Отвали!
Многообещающая встреча грозила обернуться конфликтом. «Да, заварил ты кашу», – прояснил мой электронный мозг. Ситуация явно выходила из-под контроля – об этом свидетельствовало количество табуированных земных изречений, которые употребила Вика всего за минуту. За все время, проведенное с ней до этого, я слышал из ее уст только один подобный оборот.
– Гад, отпусти! – орал мой симбионт, отгоняя сумочкой потенциальных оплодотворителей. – Гондон дырявый! Макс, помоги!
«Найти оптимальное решение!» – приказал я процессору. Но тот лишь лениво выдал: «Ща драка будет!» «Ты что себе позволяешь? Выкину на фиг!» – попытался я урезонить его доступным его новому мироощущению аргументом. «Входящий буфер переполнен, проанализировать поток данных возможным не представляется», – кротко ответил компьютер.
Действительно: камера на браслете показывала только случайные кадры, а в микрофоне царил полный хаос – удары, шум, крики Вики, смешанные со звуковыми колебаниями симбионтов подвида А и еще более громкими командами их кораблей из ошейников. В общем, полный и несомненный хаос.
– Прекратить насилие! – Голос полицейского дроида перекрыл все в округе. – Опустить манипуляторы! Занять исходные позиции! В противном случае ваше тело будет подвержено незамедлительной дезинтеграции.
Все, кроме моей Вики, подчинились. Та лишь растерянно пыталась определить световыми датчиками источник звука. Пока дроид не подлетел к ней вплотную.
– Это что такое? – шепотом спросил мой симбионт, уставившись на зеленую сферу, висящую у ее лба.
– Тсс, полицейский дроид, – сказал я.
– Этот маленький светлячок?
– Тише, тише! – цыкнул я. – Этот «маленький светлячок» оснащен дезинтегратором пространства и обладает безоговорочным правом на его применение.
Полицейский просканировал всех существ в округе и громогласно объявил:
– Оценка ситуации произведена. Трибунал Федерации определит меру вашей вины и вынесет вердикт в соответствии с уставом. Ожидайте.
– Что он пищит? – тихонько произнес мой симбионт, поднеся запястье к ротовой впадине.
– Тсс, просто стой на месте и жди.
– Виктор Костышевских, вы приговорены к уплате штрафа в размере двадцати кредитов. Один процент этой суммы будет выплачен в качестве компенсации кораблю, владеющему симбионтом с идентификатором «Виктория Иванова», – провозгласил полицейский. – Мыкола Загоруйко, вы приговорены к уплате штрафа в размере десяти кредитов. Один процент этой суммы будет выплачен в качестве компенсации кораблю, владеющему симбионтом с идентификатором «Виктория Иванова». Роберт Фишер, вы приговорены к уплате штрафа в размере пяти кредитов. Один процент этой суммы будет выплачен в качестве компенсации кораблю, владеющему симбионтом с идентификатором «Виктория Иванова».
– But I did nothing! Nothing![1] – возбужденно воскликнул Боб Фишер.
– Shut up, fat pig![2] – донеслось из его ошейника.
– Виктория Иванова, принимая во внимание психическую неустойчивость и недостаток опыта, вы признаны судом пострадавшей стороной, оправданно использовавшей насилие в экстремальной ситуации. Разойтись! – скомандовал дроид.
Так я стал богаче на 0,35 кредита. «Не мытьем, так катаньем», – поддержал меня процессор. Я все равно не мог осознать: что пошло не так? Вика необычно широкими шагами проследовала дальше по маршруту, удаляясь от особей подвида А. Дыхание ее было учащенным.
– Шлюха! – бросил ей в спину гуманоид «Виктор Костышевских».
Вика зачем-то пнула сапогом в бок проползающего рядом четырехметрового кольчужного червя, выдохнув:
– Скотина!
Червь удивленно повернул головной сегмент, но, запечатлев моего симбионта, тут же потерял интерес, передав мне: «Сожалею». Даже не сделал попытки подать жалобу. Похоже, он лучше меня разбирался в особенностях характера землян.
– Вика. Вика? – Я ненавязчиво пробовал установить причинно-следственную связь между моим провалившимся планом и поведением симбионта.
– Чего? – буркнула самка, продолжая остервенело стучать биподами по палубе восемь.
– Неужели ты не восприняла никого из встреченных землян на ментальном уровне? Ладно тот, мощный. Но этот «Загоруйко» вроде бы ничего… то есть он, конечно, совсем не соответствует, не так ли? – Вот где рекомендации свободных найдут себе применение!
– Эта волосатая обезьяна, которая меня лапала?
Я смутился.
– Э-э-э… ну густота шерстяного покрова на его теле немного превышает аналогичный рудимент среднестатистического гуманоида, э-э-э… – Я не мог составить список предпочтений моей Вики. – Зато он энергично ощупывал тебя… то есть «лапал» практически каждый отсек твоего тела в соответствии с обрядом. Я видел в ваших фильмах – чем настойчивее прикосновения, тем больше вероятность зачатия личинки…
Вика молчала.
– А что скажешь о Бобе?
– Толстая мразь!
Только сейчас я обратил внимание, что длина окружности гуманоида «Роберт Фишер» в месте стыка с биподами действительно выбивается из общепринятых на Сол-3 норм в сторону увеличения. А полость системы пищеварения даже вываливается из «брюк». Хм, как же я мог забыть? Т-Икс ведь предупреждал о талии! Но первый гуманоид, кажется, соответствовал критериям отбора.
– Вернемся к «Виктор Костышевских»… – предложил я.
– Макс! – оборвала меня самка. Остановилась и поднесла браслет к лицу. – Слушай внимательно!
– Да?
– Ты – конченый урод! – сказала Вика, почти касаясь микрофона губами.
Вот так мой симбионт впал сразу в два состояния: «обида» и «злость». Это было неожиданно.
«Сделай переоценку ситуации на основании новых исходных данных», – дал я задачу процессору.
«Доиграешься ты со своими планами, – меланхолично ответил тот. – Учти, слова «преданность» и «предательство» очень похожи в русском диалекте».
«Ты, просохший конденсатор, ты работать будешь или философствовать? Что делать-то?» – раздраженно спросил я.
«Заткнись! – нахально ответил мой мозг и добавил: – Я имел в виду: сейчас тебе лучше помолчать».
– Вика, ты перекресток пропустила, нам направо вообще-то, – пискнул я из динамика.
Симбионт молча развернулся и выправил курс. Самка подвида Б двигалась в быстром темпе, едва не расталкивая других существ. Мне показалось, что она вот-вот стукнет ногой еще кого-нибудь, тогда от штрафа мне точно не отвертеться.
Ее самочувствие чуть улучшилось, когда вокруг замелькали торговые ряды. Камеру на запястье стало меньше болтать. Вика все еще сопела, но уже тише.
– Ну вот твои железяки! – рявкнула она. – Что покупать?
– Антиматерию, полмоля.
– По-человечески поясни.
– Один грамм.
– Да поняла я! – раздраженно процедила Вика. – Как она выглядит?
1
Но я ничего не сделал! Ничего! (англ.)
2
Заткнись, жирная свинья! (англ.)