Страница 18 из 75
Он притащил стремянку, стоявшую за дверью в сад, поставил ее у стеллажа и заглянул за него сверху.
— И тут его тоже нет, — сказал он. — Странно, очень странно. — Он начал было спускаться, потом остановился и провел рукой по стеллажу.
— Что там? — спросил Честер.
— Кирпичная пыль, — ответил Уилл. Он быстро слез, ухватился за стеллаж и принялся тянуть его на себя. — Подается. Помогай.
— Может, он просто неровно стоит? — предположил Честер.
— Неровно стоит? — возмутился Уилл. — Да я его собственными руками привинчивал!
Мальчики тянули изо всех сил, но от стены отодвинулась только нижняя часть стеллажа, и всего на пару сантиметров.
— Сейчас посмотрю, что его держит сверху, — Уилл снова забрался на стремянку. — Тут в скобе гвоздь застрял. — Он вытащил его и бросил на бетонный пол к ногам Честера. — Вообще-то мы его привинчивали, а не прибивали гвоздями, — озадаченно проговорил Уилл, слезая вниз.
Теперь им удалось отодвинуть стеллаж от стены. Оказалось, что с другого конца он держится на петлях, как дверь.
— Так вот куда уходит провод! — воскликнул Уилл.
Мальчики увидели в нижней части стены отверстие площадью чуть меньше квадратного метра. Кирпичи были неровно выломаны, открывая проход, освещенный пестрым разнообразием старых неоновых ламп.
— Ого! — воскликнул Честер. — Потайной ход!
Он выглядел настолько ошеломленным, что Уилл не сдержал улыбки.
— Посмотрим, что там! — сказал он и, не дожидаясь ответа Честера, нырнул в проход и быстро пополз по нему. — Поворот! — донесся оттуда его приглушенный голос.
Честер нагнулся и заглянул внутрь. Он увидел ноги Уилла, исчезающие за поворотом туннеля. Потом ноги снова появились, и Уилл медленно пятился назад. Он сел на пол и печально поглядел на Честера. Их лица освещали яркие неоновые огни.
— Что случилось? — спросил Честер.
— Дальше не пройти. Там завал, — ответил Уилл, осторожно выползая из туннеля спиной вперед.
В подвале он выпрямился, снял школьный пиджак и бросил его на пол. Тут он заметил печальное выражение лица Честера.
— Ты чего?
— Раз там завал… ты думаешь, твой папа под завалом, так? — спросил Честер чуть ли не шепотом и вздрогнул, представив себе жуткую картину. — Вдруг его… придавило? — зловеще проговорил он.
Уилл отвернулся и задумался.
— У нас есть только один способ узнать наверняка.
— Может быть, надо рассказать… — Честер осекся, потрясенный кажущимся безразличием друга.
Уилл его не слушал. Он смотрел на вход в туннель, задумчиво прищурившись. Было видно, что он обдумывает план действий.
— Видишь ли, тут проход завален так же, как в туннеле под Ямами. Не той породой. Снова известняк, — проговорил Уилл, ослабив узел галстука и снимая его через голову, чтобы бросить на пол к пиджаку. — Это не просто совпадение. — Он вернулся ко входу в туннель и сунул голову внутрь. — И обрати внимание на опоры, — мальчик провел рукой по той, что была рядом со входом. — Это не случайность. Ее пытались расшатать или сломать.
Честер присел рядом и посмотрел на опоры. В них действительно были глубокие засечки, как будто от топора, а местами дерево было разрублено почти насквозь.
— Черт побери, ты прав, — сказал он.
Уилл закатал рукава.
— Тогда за дело. Сейчас или никогда, — он снова нырнул в туннель и пополз, таща за собой ведро, валявшееся у входа.
Честер поглядел на свою школьную форму и открыл было рот, но передумал. Он снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку стула.
Глава 15
— Давай! — громко прошептал Уилл. Он сидел на корточках в тени ограды, отделявшей сад от пустыря.
Честер, кряхтя, сдвинул с места нагруженную тачку и осторожно повез ее, огибая кусты и деревья. Выйдя на открытое место, он взял вправо, к оврагу, куда они сбрасывали отвал. По кучкам свежей земли и горкам камней, которые там лежали, Уилл заключил, что сюда же вывозил вырытый грунт из подвала его отец.
Пока Уилл следил, не идет ли кто, Честер быстро опустошил тачку и ловко развернул ее, чтобы отвезти обратно. Уилл тем временем сбросил в овраг крупные камни и комья глины, а затем догнал друга на протоптанной дороге в саду. Тут колесо старой тачки пронзительно заскрипело, протестуя против очередной поездки. Звук прорезал тишину осеннего вечера, и мальчики замерли, озираясь.
Честер уперся руками в колени, тяжело дыша. Уилл присел, чтобы осмотреть колесо.
— Черт, надо опять смазать.
— Да неужели? — язвительно отозвался Честер.
— Пожалуй, отнеси-ка ты ее на руках, — холодно ответил Уилл, выпрямляясь.
— А по-другому никак? — вздохнул Честер.
— Да ладно тебе, я помогу.
Уилл схватился за переднюю часть тачки, и остаток пути они пронесли ее, тихо ворча. На заднем дворе дома оба замолчали, как по команде, и бесшумно дотащили свою ношу к наклонному входу в подвал.
— Так, теперь моя очередь копать, — выдохнул Уилл, когда они присели на бетонный пол отдохнуть. Честер молчал.
— Ты как, нормально? — спросил Уилл.
Честер слабо кивнул, потом поглядел на часы.
— Мне домой пора.
— Ясно, — сказал Уилл.
Честер медленно поднялся и начал собираться. Уилл ничем не выдал своего облегчения. Они оба вымотались, копая и вывозя отвал, а Честер от усталости еле держался на ногах.
— Тогда завтра в то же время, — тихо сказал Уилл, сгибая и разгибая затекшие пальцы. Потом он потянулся, чтобы размять плечи.
— Ага, — прохрипел в ответ Честер и выбрался из подвала через заднюю дверь, не оглядываясь на Уилла.
Каждый вечер после школы они занимались одним и тем же. Уилл тихонько открывал дверь в сад и впускал Честера. Они переодевались и копали два-три часа без перерыва. Работа шла медленно не только потому, что в туннеле было тесно и приходилось действовать тихо, чтобы их не услышали в доме. Главная трудность заключалась в том, что вывозить отвал можно было только под покровом темноты. Когда Честер уходил домой, Уилл оставался в подвале, чтобы поставить стеллаж на место, привинтить его и подмести пол.
Этим вечером он занялся еще одним важным делом. Щедро смазывая маслом ось тачки, Уилл гадал, сколько еще им нужно будет копать в туннеле, и не в первый раз задумался, приведет ли он их куда-нибудь вообще. У них кончались материалы; поскольку запасы отца не пополнялись, Уиллу приходилось вытаскивать опоры из Сорока Ям, так что раскопки под домом продвигались, но старый туннель становился все опаснее.
Позже, когда он сидел сгорбившись за кухонным столом и доедал остывший ужин, в дверях появилась Ребекка. Она как будто материализовалась из воздуха, и Уилл вздрогнул, чуть не подавившись.
— Ты только посмотри на себя! У тебя вся форма в грязи! Мне опять ее стирать? — возмущенно спросила она, скрестив руки на груди.
— Ну не стирай, — ответил он, отводя взгляд.
— Уилл, что ты задумал?
— О чем ты? — спросил он, набивая рот.
— Ты куда-то ходишь после школы, так?
Уилл пожал плечами, с преувеличенным интересом разглядывая сухой кусок мяса на вилке.
— Я точно знаю, что ты что-то задумал. Я видела, как этот бычара ходит у нас по заднему двору.
— Какой бычара?
— Слушай, хватит уже. Вы с Честером где-то копаете, так ведь?
— Так, — согласился Уилл. Он дожевал и, глубоко вдохнув, постарался соврать как можно убедительнее. — На свалке.
— Я так и знала! — торжествующе воскликнула Ребекка. — Как ты можешь в такое время даже думать о своих дурацких норах?
— Знаешь, мне тоже не хватает папы, — ответил он, пережевывая холодную жареную картошку. — Но кому станет легче, если мы будем шататься по дому и жалеть себя… как мама.
Ребекка недоверчиво посмотрела на него, сверкнула глазами, развернулась и вышла.
Уилл медленно доел остывший ужин, глядя перед собой и размышляя обо всем, что произошло за этот месяц.
Разложив перед сном у себя в комнате геологическую карту Хайфилда, он сначала отметил дом, потом приблизительное направление туннеля в подвале, а заодно и площадь Мартино и дом миссис Тантруми. Уилл долго всматривался в карту, как будто пытался разгадать головоломку, наконец отложил ее и забрался под одеяло. Через несколько минут он уже спал. Сон его был беспокойным — ему снились зловещие люди, о которых его отец писал в дневнике.