Страница 43 из 72
—Янь Юй дожил до очень преклонных лет — сказал Марко. — Но чем старше он становился, тем больше сомневался во всем, чему когда-то верил. Это довольно распространенное явление. С возрастом люди больше думают о смерти, и идея о том, что загробная жизнь существует, становится для стариков все более и более привлекательной. В то же время Янь Юй начал тревожиться, что однажды армию воинов-дьяволов кто-нибудь обнаружит, использует для злых деяний и даже завоюет с ее помощью небеса — как и собирался сделать император Цинь. Янь Юй снова перечитал «Живительную книгу жизни» и, используя остатки джинн-слюны из бутылки, сделал пять золотых слитков, «слитков власти», каждый из которых мог дать какому-нибудь достойному человеку право командовать всеми людьми, а заодно и терракотовой армией. Перед смертью Янь Юй оставил эти пять золотых слитков в наследство будущим императорам Китая. Эту историю поведал мне сам хан Хубилай, — добавил Марко. — Так что я рассказал вам то, что раньше знали только китайские императоры. Великий хан верил, что я тоже призван защитить мир от зла, поэтому он дал мне один из этих золотых слитков. И я привез его сюда, в Венецию.
Тут Марко Поло горестно вздохнул. Филиппа сразу почуяла, что этот вздох зрел в его груди не меньше семисот лет. И оказалась права. Вслед за вздохом последовало ужасное признание и горькие, запоздалые извинения.
—После моей смерти золотой слиток должны были поместить в медный сундук с моими костями, чтобы я смог доставить его потомкам, которые будут в нем нуждаться. То есть вам, — сказал Марко Поло. — Но я его, к сожалению, потерял. Незадолго до смерти. Где-то здесь, в Венеции.
—Вы потеряли золотой слиток Хубилая? — Финлей был вне себя от ярости.
—Сначала вы рассказываете нам эту замечательную историю, — с досадой подхватил Джон, — а потом говорите, что потеряли ту единственную вещь, которая могла бы помочь нам победить воинов-дьяволов? Что за бред!
—Вы даже не представляете, как мне стыдно. — Марко сокрушенно воздел руки к потолку.
—Ах, вам стыдно! — возмущенно повторил Джон, который ни на минуту не переставал думать о господине Ракшасе. — Один из этих гадов недавно поглотил моего близкого друга. И как, по-вашему, нам его вернуть, если вы потеряли золотой слиток?
Нимрод встретил новость о потере слитка совершенно стоически. Филиппа тоже была сдержанна. Они не видели большого смысла в том, чтобы сердиться на Марко Поло. Во-первых, он немощный старик. А во-вторых, совершенно достаточно того, что Марко Поло сам на себя злится. По-прежнему. Спустя семьсот лет после своей смерти.
—Пожалуйста, не обращайте внимания на моих юных друзей, — сказал Нимрод. — Они горячатся, как это вообще свойственно молодым людям, и не проявляют должного уважения к вашему возрасту и заслугам. Мы были бы очень признательны, если вы нам опишете, как это произошло. Как вы потеряли слиток.
—Я сидел в гондоле, и плыли мы к дому Куццо в квартале Каннареджо, здесь в Венеции, — сказал Марко. — Я намеревался поместить золотой слиток на хранение в надежное место. Слиток был в бархатном мешочке. Когда я вылезал из гондолы, она внезапно качнулась, и я потерял равновесие. В этот момент слиток выскользнул из мешочка и упал в канал. Местные мальчишки много дней подряд ныряли, пытаясь найти слиток, но у них ничего не вышло. Вода оказалась слишком мутная, а на дне скопился глубокий слой ила и грязи. Без золотого слитка мне уже не передать миру все то важное, что завещал мне Хубилай. Но тут уж ничего не попишешь. Увы, боюсь, что слиток потерян навсегда.
—Если он потерян навсегда, — сказал Нимрод, — то и нам грозит точно такая же участь.
Иравотум — тайный мир, о котором знают только джинн. Находится он глубоко под землей, там, где когда-то стоял великий Вавилон, а теперь расположена страна Ирак. Иравотум — место страшноватое и неуютное, и Джон с Филиппой, которым довелось там побывать, могут это подтвердить. Им обоим часто вспоминается Вавилонское подземелье. Ох и насмотрелись они там жути! Никогда не забудут!
Когда людей обуревают дурные или просто непродуманные желания, они могут сбыться точно так же, как желания достойные и хорошие. Иравотум — то самое место, куда сбредаются все плоды нелепых и злобных желаний. Сбредаются в надежде на то, что тут их приведут хоть в какой-то порядок. Но надежды эти, как правило, тщетны. Кроме того, совсем старые или, наоборот совсем юные джинн не всегда могут управлять своими мыслями и мечтами, поэтому, сбывшись, эти безотчетные мысли-монстры тоже спешат в Иравотум.
В Иравотуме расположено духовное пристанище Синей джинн Вавилона, самой могучей, самой великой джинн. Она, в соответствии с древним законом, всегда женщина, а родом может быть из любого джинн-клана, как доброго, так и злого, — все равно, став Синей джинн, она встает над добром и злом и судит всех джинн по справедливости. Часть года Синяя джинн Вавилона обязательно проводит в Иравотуме — для восстановления своего могущества. Для этой цели здесь растет Древо Логики — близкая родня двух других, более известных деревьев: Древа Знания о Добре и Зле и Древа Жизни.
Все в Иравотуме связано с Древом Логики, все ему подчинено. Воздух полон сладкого аромата его цветов, а цветет и плодоносит оно круглый год. Даже здешняя вода напоена соками этого необычного дерева. О том, почему именно Древо Логики так сильно влияет на ум и сердце любого джинн, известно совсем немного. Но ясно одно: требуется всего тридцать дней, чтобы женщина-джинн превратилась в живое воплощение логики, совершенно безразличное к таким мелочам, как добро и зло.
Как сказал когда-то один знаменитый философ, логика — это вещь в себе, и все рядом с ней кажется бессмысленным. Именно на логике и основаны все законы джинн-мира. Но в реальной жизни на логику опирается далеко не всё. Право совершить ошибку так же ценно, как и право ее не совершить. Это то, что делает жизнь интересной. Поэтому среди джинн всегда считалось, что должность Синей джинн Вавилона накладывает на ту, которая согласилась ею стать, серьезные ограничения. Поселившись в Иравотуме, и добрые и злые джинн теряли свою свободу — свободу быть благородной, доброй дамой из клана Марид или неукротимой, злобной мегерой из клана Ифрит. В сущности, Синяя джинн Вавилона должна была полностью отказаться от самой себя и от собственной жизни.
По прибытии в Иравотум миссис Гонт первым делом отправилась в сад, чтобы хорошенько рассмотреть Древо Логики. Она знала, что эта первая встреча очень значима: в ту же минуту начнется ее превращение из счастливой женщины, матери двух славных благополучных детей, в существо, безразличное ко всему, кроме вершения джинн-правосудия.
С виду дерево оказалось странным, ничего подобного в этом мире миссис Гонт никогда прежде не видела. Во-первых, оно было очень старым — намного старше, чем самая древняя гигантская секвойя. Кора у Древа Логики была серовато-синей и твердой, как коралл, а листья, хоть и зеленые, тоже отливали синевой и имели острые, точно бритва, края. Во-вторых, громадные корни дерева были отчасти видны, поскольку торчали над землей, причем один из корней был похож на морду жестокого льва, а другой — на лицо самой прекрасной женщины в мире. Чем дольше смотрела Лейла Гонт на эти причудливые корни, тем больше убеждалась в том, что это изображение самой богини Иштар, первой Синей джинн Вавилона, которой когда-то поклонялись как королеве Небес и чьими символами были лев и синий цвет.
После знакомства с Древом Логики Лейла занялась делами. Во-первых, она уволила мисс Угрюмпыль и отослала ее на родину — в городок Гринвилл, что в штате Северная Каролина. Перед отъездом многолетней компаньонки своей предшественницы миссис Гонт выполнила три ее желания, что было вполне справедливо после сорока пяти лет верной службы. Айша, мать Лейлы и предыдущая Синяя джинн, просто-напросто позабыла это сделать. Самой Лейле эта женщина была не нужна. Она привезла с собой простого, полуграмотного мальчика по имени Галиби и планировала, что этот малыш из французской Гвианы и станет ее компаньоном — компаньоном новой Синей джинн Вавилона, — когда сама она обретет достаточную силу, чтобы снять с него злое заклятие-диминуэндо, наложенное Иблисом: Галиби съел шоколадного муравья и превратился в безжизненную куклу, которая могла только глазами ворочать. Лейла привезла его в картонной коробке, рассчитывая превратить обратно в живого мальчика, обучить и когда-нибудь, после нескольких лет службы и дружбы, вернуть назад, в реальный мир. По крайней мере, таков был ее план.