Страница 20 из 78
— «Я могу, я герой»?
— Да. Скорее всего, так он и кричал. И встал в кругу этих любителей халявных денег один, но очень важный вопрос: как будем «капусту» деребанить? Посредники люди ушлые. Намного умнее Капренко. Сами рисковать не захотели и за половину подставили Эдуарда.
— То есть, в пополаме предложили сработать?
— Да. Совместными усилиями пришли к тройному соглашению. Девке с молодым чеченом двадцать пять косарей, те, к превеликому моему удивлению, согласились на такие условия, а остальные пятьдесят пять штук за вычетом процентов за обналичку делятся на две равные кучки. Первая — двум посредникам, вторая — Капренко.
— И где же он стратил? — оживился Майкл. — Дальше дело техники, ничего сложного для человека с интеллектом…
— Так то ж для человека с интеллектом, а у нас в замазке Капренко, не забывай об этом.
— Виноват, вырвалось.
— Вот мы и подошли к самому интересному. Молодая пара свое условие договора выполнила безукоризненно. В указанный час девчонка, сварганив липовые платежные документы, бабки на указанный Капренком расчетный счет перевела. А через час пришел…
— Арест на трансакцию… — догадался Майкл. — Да?
— Точно. Бабло арестовали. Этот полудурок «забыл» предупредить контору по обналичке о том, что перевод паленый.
— Ну, дебил.
— Я поначалу тоже так подумал: «Вот идиот!», но когда познакомился с этим бойцом коммерческого фронта поближе, понял, что не все так просто, не одна элементарная тупость здесь присутствует.
— А что еще?
— Жадность. Он про кидок не сказал потому, что полагал, и совершенно оправданно, что за паленый перевод денег с него возьмут большие проценты. А про то, что могут быть более серьезные заморочки и весь платеж по-простому хлопнут…
— Он не допетрил.
— Или решил рискнуть, не думая ни о ком и ни о чем, кроме своего куска ворованного пирога. Посредникам он напел про проценты в два раза большие, чем реальные…
— Вот урод.
— Это нам известно. Априори. Не будем об этом. И чеченец с девкой, и особенно посредники, обеспечивая себе твердые позиции, несколько раз подчеркивали, что снять деньги необходимо в течение одного часа. Дольше ждать нельзя — обман всплывет.
— А этот орел решил и на елку влезть, и жопу не ободрать! Гениально! — Майкл в очередной раз взялся за бутылку и наполнил рюмки. — Держи, за это стоит выпить. А кому он на тот момент времени уже умудрился восемь тысяч шестьсот долларов заплатить?
— Угадай. Это не сложно. — Я отсалютовал рюмкой и выпил.
— Угадываю, — Майкл пригубил коньяк и наморщил лоб. — Ха, конечно! Ребятам, которые ему бабки обналичивали…
— Правильно — он их спалил и подставил таким платежом. Им пришлось в срочном порядке все свои дела подчищать и прятать концы в воду. За это они и сняли с него, скорее всего, сколько смогли. Число — восемь тысяч шестьсот долларов, на мой взгляд, взято просто «с потолка».
— А восемьдесят штук? С ними что?
— Сразу же назад отправили. На «Мурсаву».
— Понятно. Бабки жалко, — мечтательно вздохнул Майкл. — Восемьдесят тонн все-таки. Хороший пресс…
— Жалко?! Бабки? — усмехнулся я.
— И как ты выкрутился из этой фигни?
— Да как? Все просто. Стрелку перебили на следующий день. К ней я уже подготовился по полной программе. Вышел в боевой…
— Могу себе представить. Это же надо — против чехов… — Майкл, поняв свою ошибку, замолчал.
— Сначала выяснил, — я продолжил, — что за чехи, вообще. Как оказалось, их было всего трое. Один при девке этой безбашенной, а двое других — его друзья-товарищи, приехавшие оттуда. — Я мотнул головой влево назад, обозначая Чечню. — У них здесь, оказывается, был отстойник…
— Что, правда? — изумился Мишка.
— Сам с трудом поверил. Боевики, тут, под боком у нас, что-то типа санатория организовали.
— Это ж надо!
— Таким образом, по фигурантам — один местный и двое залетных получается. Последние решили отдохнуть от войны, а тут эта темка с «Мурсавой» подвернулась. Сам-то третий, который при бабе этой, сбить бабло с Капренко никак не мог.
— Тот в полный отказ пошел, шкерясь по нычкам?
— Да, по своему обычному сценарию.
— Вот и привлек этот разводило земляков чичей, замазанных по уши в крови, к делу по Капренко, — констатировал Майкл.
— Все верно. Так и было. Дальше узнаю больше: оказалось, что глава их тейпа от всех троих отказался. Довыпендривались ребятки. Он их здесь пригрел, а они такую засветку устроили. Причем там же куча народа, кроме этих двоих, силы перед дальнейшими боями восстанавливала…
— Нехорошо.
— Совсем нехорошо. Люди, имеющие хотя бы одну извилину, не ведут себя так. Находясь в федеральном розыске на чужой территории, пользоваться защитой главы клана и так тупо палиться, выбивая какие-то деньги…
— Нельзя так.
— Стопудово нельзя. Поэтому я хорошенечко подумал, прикинул палец к носу и решил, что если поведут они себя при встрече чуть не так, будем гасить их на следующей стрелке…
— Вчистую?
— По полной. Во всяком случае, двоих.
— М-да. Круто. Хотя при таком раскладе…
— Пацанов бригадных решил не трогать. Вопрос не совсем по профилю получался. Связался с другом из спецуры — решили действовать сообща. В этом деле наши интересы совпадали…
— Еще б! Под носом отстойник с чехами проморгали. Бойцы невидимого фронта…
— Решили, что я на стрелу пойду подставой, а если не удастся чичей при встрече аккуратно взять, то снайпера их втупую снимут, и все. Осложняло наши планы полное неведение относительно места встречи. Противная сторона должна была перезвонить в районе четырнадцати часов и назначить место стрелки. Поэтому у всех участников присутствовал элемент нервозности. Впрочем, детей мы их спрятали по родственникам, а Капренко, конечно, со своей Леной провели эту ночь у меня.
— Где? — изумленно воскликнул Мишка.
— Чего кричишь? У меня дома. Не мог же я допустить, чтоб их до утра на ломти постругали. Потому и приютил. Она всю ночь на компьютере проиграла, а он телевизор смотрел…
— Ты, Скиф, меня не перестаешь удивлять. А ты чем занимался в это время?
— А я с тем же корешем из спецуры проехался вечерком, проверил их квартиру на предмет засады или растяжек…
— Удачно?
— Как тебе ответить на такой вопрос? — Я засмеялся. — В чем ты при таком раскладе видишь удачливость?
— В благополучном возвращении с такого мероприятия.
— Тогда — да. Удачно на сто процентов. Ни засады, ни растяжек не было. Во всяком случае, мы не обнаружили. Пооколачивались около его дома, но так никого и не дождались.
— Слава Богу.
— На следующий день уже к часу дня все было готово: ребята из группы быстрого реагирования в полной боевой выкладке ждали моего сигнала, а я с Капренко и посредниками давился гамбургерами с кофе в неприметной забегаловке и строил различные предположения.
— Ты хоть ствол взял? Не забыл?
— На этот раз, уже, да. Настроение было дерьмовое, но боевое. Один из посредников сообщил, что у чехов два «Вальтера», один «ТТ» и несколько гранат. Это стимулировало желание решить вопрос по субъектам стрелки координально.
— И что же произошло дальше?
— А ничего.
— Как ничего?
— Они на встречу не явились.
— Почему?
— Кто-то из посредников успел кинуть «маяк», — спокойно пояснил я, — а затем, вероятно, сдал весь расклад чехам…
— Как сдал? — изумился Мишка. — Они же на твоей… тьфу ты… ты же говорил, что посредники стороне на Капренко были…
— Это вопрос был спорный с самого начала. Уж больно красиво и грамотно наехали чехи на этого злосчастного Капренко. Да и для людей со стороны слишком хорошо они были информированы про его дела. Мне это обстоятельство с самого начала заморочки глаза резануло…
— Тогда зачем же ты им рассказал о готовящейся засаде?
— Ты чего, Майкл? За кого ты меня принимаешь? Ничего я им не говорил.
— Это как тогда?
— Вычислили они меня. Мне несколько раз звонили на трубу, и я отходил базарить с господами офицерами… Вот они и сделали вполне определенные выводы… Народ этот не такой тупой, как Капренко…