Страница 35 из 41
— Придется пробиваться к ней с боем.
— Точно, — сказал Мастерс. — Нам придется вступить в схватку, пока капитан Панкрофт будет добираться со своими людьми до понтонной опоры. Вот и все. Отправляемся.
Не говоря ни слова, второй капрал полез в подлодку. Мастерс за ним, для начала ухватившись за крыло, металлическое, изогнутое, чтобы втащить себя наверх. Оказавшись наверху, он с трудом удерживал равновесие, поскольку судно сильно качало. Ожидая, пока первый опустится в люк, Мастерс глянул на приземистую открытую корму и увидел мощную волну, обрушившуюся на нее и поднявшую в воздух фонтан шипящих брызг. Капрал опустился в люк, затем исчез полностью, и тогда Мастерс перекинул ноги внутрь, присел на край стального крыла и осторожно стал спускаться вниз.
Приземлился он на деревянную решетку-палубу, под которой располагались трубы и насосы. Внутри подлодки было тесно, изгибались стальные стены, сходясь в низкий потолок. Мастерсу приходилось низко пригибаться. Люк находился прямо над его головой. Вдоль изогнутых стен стояли две деревянные скамьи, обращенные к иллюминаторам. Повсюду, на каждом свободном месте на стенах, были смонтированы датчики и вентили.
Капрал сидел уже в отсеке пилота на низкой деревянной скамье. Мастерсу пришлось быстро убраться в сторону, когда над головой нависли громадные мокрые ботинки. Стукнувшись головой о низкий потолок, он выругался и присел на скамью. Белокурый гигант как раз спрыгнул на палубу и захлопнул люк. Он фыркнул, закручивая запорное колесо, издавшее резкий скрипучий звук. Звук разнесся по сферическому пространству лодки, а запорное колесо, клацнув, задраило люк. Блондин что-то пробормотал и опустился на колени между скамеек. До смешного большой в этом стесненном пространстве, он улыбался Мастерсу.
— Уж больно она маловата, — сказал он.
— Чересчур маловата, — ответил Мастерс.
— Мне никогда не нравилось находиться под водой в этих малышках. По крайней мере долго находиться.
Внезапно подлодка вздрогнула, и по корпусу пронесся металлический звук. Мастерс испуганно глянул вверх и понял, что это крепят цепи.
— Это водолаз, — пояснил гигант. — Он стоит наверху подлодки. И будет там оставаться, пока нас не спустят с кормы, и тогда он отцепит подъемник. Судно отойдет от нас, и мы будем держаться лишь на буксировочном тросе. А когда мы будем готовы к походу, он и трос отцепит.
Голос его отдавался эхом, как и любой звук в этом сферическом пространстве. Включенные лампочки освещали изогнутые стены и отражались в трубах и стеклах приборов. Мастерс не ощущал клаустрофобии — для этого он был достаточно тренирован, — но тем не менее ему очень хотелось выбраться наружу и вдохнуть свежего воздуха. Чтобы отвлечься, он оглядел тесное пространство. Пилот-капрал сидел за пультом управления, проверяя показания приборов и датчиков. Мастерс посмотрел на часы. 5 часов 40 минут. До вышки они доберутся вскоре после шести, и тогда-то все и начнется.
Подлодка дернулась, затряслась, подпрыгнула и закачалась, оказавшись поднятой в воздух. Так и должно было случиться: она болталась над спусковой палубой. А вот теперь ее подхватил подъемник и закачал над штормовым морем. Мастерс держался за скамейку, чувствуя, как слегка теряет ориентацию в пространстве. Подлодку тряхнуло, что-то грохнуло, и вдруг она камнем ухнула вниз. Падение закончилось ударом, и подлодка закачалась.
— Мы дрейфуем, — сказал капрал. — Судно отходит. Когда прекратим дрейфовать, буксировочный канат натянется. Тогда будем слушать речь командира.
Мастерс выглянул в иллюминатор. Море пропадало во тьме. Волны поднимались, скручивались в туннель и падали вниз. Мастерс ощущал тяжесть в желудке во время этих подъемов и спусков.
За иллюминатором смерчем крутилась вода; с шумом ударяя в борт, она начинала вращаться, как в стиральной машине, затем откатывалась, обнажая темное небо, ползущие облака, редкие звезды. И чередование этих движений доводило до тошноты, в то время как подлодка то вставала чуть ли не вертикально, то так же опасно опускала нос.
Мастерс отполз от иллюминатора и уселся на деревянную скамейку, но чуть ли не тут же был почти сброшен следующим рывком. Он услыхал, как волны барабанят по корпусу, и тут лодка обрела равновесие.
Включенное капралом радио крякнуло. Из громкоговорителя донесся искаженный и нереальный голос капитан-лейтенанта Сендисона:
— «Виктори» — «Джозефине». «Виктори» — «Джозефине». Находитесь в положении буксир-дрейф. Отходим через пять минут.
— «Джозефина» — «Виктори». «Джозефина» — «Виктори». Сообщение получено. Вас понял.
Капрал обернулся. Радио он не выключал. Махнув рукой, он кивнул Мастерсу.
— Сейчас выступит командир, и отправимся в путь. Командир на «Джозефине».
— «Джозефина» — всем подлодкам. «Джозефина» — всем подлодкам, — донеслось из громкоговорителя. — Говорит ваш командир. Мы в положении буксир-дрейф и отправляемся вперед сразу же, как я закончу говорить. Мы направляемся на Чарли-2. Эта платформа была захвачена. Все вахтовые рабочие убиты, на борту шестьдесят террористов. Наша задача — разгромить террористов и освободить вышку. Ущерб, нанесенный в ходе боя платформе, а также жизни террористов нас не должны заботить. Оказавшись на платформе, стрельбу ведите на поражение. На ее борт придется влезать по понтонным опорам. Приказываю открывать огонь, только оказавшись на палубе или в ответ на стрельбу террористов, не раньше. Сейчас стартуем. Погружаемся на глубину триста футов. По карте доходим до Чарли-2 и всплываем под главной палубой. Пилоты открывают люки и сверяют свои действия с остальными пилотами. Никто не бросается на лестницы, пока все люки не откроются. И никакого шума. Атака начинается по сигналу с «Джозефины». По этому сигналу бросаетесь к лестницам с оружием, готовым к стрельбе. Лестницу выбирайте ту, которая ближе к вам. По врагу стрелять без предупреждения. И не прекращать огонь, пока платформа не будет очищена, а каждый террорист будет или мертв, или пленен. Связь заканчиваю.
Когда затрещало статическое электричество, капрал убавил громкость. Но тут же увеличил ее, когда на связь вернулся командир.
— Инструкции для «Ок», «Хак» и «Генезис». Повторяю: для «Ок», «Хак» и «Генезис». Вы не ввязываетесь в бой, если нет крайней необходимости. Ваша задача — добраться до понтонной опоры, которая повреждена. Вы останетесь с экипажем «Тринити», он вас будет прикрывать. Вы спускаетесь в поврежденную опору и стараетесь отремонтировать ее. Иметь с собой полное водолазное снаряжение и аппаратуру для подводной сварки. Поскольку вам с собой придется везти и стальные листы для ремонта опоры, то ваше вооружение ограничивается только «браунингами». Повторяю: держитесь «Тринити». Ваша задача — ремонт опоры. И никаких отступлений от нее.
Мастерс посмотрел на часы. 5 часов 50 минут. До Чарли-2 они должны добраться к 6.30. Будет еще темно.
— А теперь отправляемся, — объявил командир. — Всем удачи. Связь заканчиваю.
Когда капрал выключил радиоприемник, Мастерс оглядел сферу. Округлые стены смыкались над головой и были ярко освещены и покрыты датчиками, коммуникации скрывались под скамьями, а между досками палубы виднелись трубы и насосы. Мастерс моргнул несколько раз, услыхал рокот моря, поглядел на три маленьких иллюминатора и увидел снаружи лишь темные волны. Наверху послышались шаги водолаза. Глухой металлический звук донесся с кормы, где отцепляли буксировочный трос. Последовал всплеск и скрежет. В иллюминаторе показалось гротескное лицо водолаза в кислородной маске. Он поднял вверх большой палец. Пилот помахал ему рукой. За иллюминатором развернулся шлейф белых пузырьков, и водолаз отплыл.
Пилот включил двигатели, басовито зажужжавшие. Включилось наружное освещение. Свет прожекторов уперся в темные волны. Пилот открыл воздуховодные клапаны, и вода с шипением устремилась в танки. Поверхность моря пошла вверх и наконец сомкнулась над подлодкой. Субмарина, глухо завывая и дрожа, ровно погружалась. Мастерс взглянул в иллюминатор и увидел неясную, обманчивую глубину. Освещение проникало во мрак лишь футов на шесть или семь, а дальше лежала полная тьма. В этом тусклом освещении можно было различить лишь медленно проплывающую мимо серо-зеленую массу.