Страница 17 из 34
Марина слушала Гришу и радовалась за него. Решительный, напористый, умный — настоящий вожак, которому можно верить и за которым хочется идти. Для него не было непреодолимых трудностей. Нужны ящики? Будут! Сами смастерим на уроках труда! Что скажет учитель? Похвалит, если объяснить, для чего нужны эти ящики! Как их закрывать, чтобы другие не воспользовались накопленной макулатурой?
— Закроем! — уверенно сказал Гриша, хотя еще не знал, как это сделать. — Придумаем!
Неожиданное препятствие возникло там, где Гриша совсем не ждал встретить его. Распустив членов совета по домам, он зашел к школьному завхозу и попросил предоставить отряду какое-нибудь место для хранения макулатуры — на чердаке или в подвале.
— В подвале даже лучше! — добавил Гриша.
С этой последней фразы и начались неприятности. Завхоз ненавидел людей, которых называл хитрогонами. Когда Гриша сказал, что в подвале хранить газеты лучше, чем на чердаке, он немедленно попал в разряд хитрогонов. Завхоз смерил его недобрым взглядом.
— Ловчишь?.. Отсыреют — тяжелее Станут?
По тому, как Гриша сбился с бодрого тона, завхоз понял, что разгадал его хитрость. Если бы это был не школьник, а взрослый человек, завхоз не поскупился бы на грубые слова, а Грише он просто отказал в помощи и выпроводил его из комнаты. Но ему не удалось так легко отделаться от настойчивого парня. Гриша хорошо знал, в чем его сила.
Макулатура — дело общественное, и тут уж можно бороться с любыми капризами завхоза.
Сердитый пошел Гриша к пионерской комнате, чтобы поговорить с Виктором Петровичем, но встретился в коридоре с Глебом Николаевичем.
— Вы почему еще в школе? — поинтересовался классный руководитель. — Кружок какой-нибудь?
— Совет был, — ответил Гриша и решил использовать эту встречу.
Он чувствовал холодок со стороны Виктора Петровича и обрадовался, что может обойтись без его помощи.
— Дел очень много, — доверительно сказал он Глебу Николаевичу, — а помогать никто не хочет!
— Может быть, я смогу быть полезным?
И Гриша теперь уже вместе с классным руководителем снова пришел к завхозу. Говорил Глеб Николаевич. С ним спорить было трудно. Завхоз только спросил:
— А вы знаете, почему этому хитрогону подвал потребовался?.. Там сыро.
— Не обязательно подвал! — возразил Гриша. — Хоть на крыше!
Завхоз прищурился.
— На дождь надеешься?
Он отвернулся от Гриши и сказал Глебу Николаевичу:
— Хорошо. Я отведу им место в кладовке…
Когда они вышли в коридор, Гриша поблагодарил учителя и услышал от него какой-то непонятный вопрос:
— Вы случайно не помните, где это сказано: «Обман — дело нерентабельное»? Хорошо сказано! А где — забыл!
— Я не знаю, — ответил Гриша.
— Если узнаете, напомните мне, пожалуйста!
Глеб Николаевич ушел в учительскую.
Гриша понял, что странный вопрос задан неспроста. И виноват во всем этот дотошный, въедливый завхоз. Себя Гриша оправдывал полностью. Глупо по граммам собирать газеты, копить их для сдачи по весу — и держать в таком месте, где они высохнут и станут совсем легкие! Вот это был бы настоящий обман — сами себя обманули: собрали сто килограммов, а газеты высохли — и получилось семьдесят. Кому это нужно?..
Потом Гриша побывал в школьной «столярке» у старого мастера, который давно смирился с не очень серьезным отношением учеников к профессии столяра. Он добросовестно учил мальчишек правильно держать пилу, готовить к работе рубанок, с любовью рассказывал о капризах древесных слоев и тайнах сучков, но еще не было случая, чтобы кто-нибудь искренне сказал учителю: «Хочу быть столяром».
Мастер обрадовался, услышав, что ребята сами предлагают сделать на уроках какие-то ящики. Он подробно расспросил, что это такое и для чего нужно, и посоветовал посмотреть, как устроены большие ящики, которые стоят на почте.
Теперь у Гриши остался один нерешенный вопрос — о запоре. Надо было придумать такой механизм, чтобы никто, кроме своих ребят, не мог открыть ящик.
За три дня до очередного урока в «столярке» Гриша объявил конкурс на самый лучший замок. Победа в конкурсе приравнивалась к пятерке по труду, и победитель получал право подняться в диаграмме на две ступеньки. В жюри, которое должно было определить, чей замок лучше, Гриша назначил себя, Марину и старого мастера.
За эти три дня изобретений поступило немного, и все они были такие, что Гриша и Марина отвергали их, не обращаясь за советом к третьему члену жюри — мастеру. Один мальчишка — Шурка Филиппов — притащил ржавый амбарный замок с цепью. Гриша засунул все это железо обратно в портфель изобретателя и приказал хранить до сбора металлолома. Андрей принес чертеж ящика без дна, который прикреплялся шурупами к полу. Для того, чтобы вынуть газеты, шурупы надо было вывинтить и приподнять ящик.
— Надежно и просто! — похвастался Андрей.
Гриша заколебался. Он видел, что предложение плохое, но ему не хотелось огорчать Андрея. Зато Марина с обычным своим смешком, на который трудно было обидеться, сказала, что Андрей лет на сто опоздал со своим предложением. Сейчас на лестницах полы цементные — шуруп не ввинтишь.
Никто не знал, что Борис Чернов тоже думал над устройством замка и даже смастерил дома маленький ящик — такой маленький, что он свободно поместился в портфеле. Маша была первой, кому он показал свое изобретение. Поставив ящик на сиденье парты так, чтобы больше никто не видел, Борис предложил Маше:
— Открой.
Маша попробовала приподнять крышку с прорезью — ничего не получилось. Передняя стенка с ручкой, задняя, две боковые стенки и дно тоже не поддавались. Никакого запора снаружи. Но по петлям можно было определить, что передняя стенка с ручкой должна, как дверца, открываться слева направо.
— Ты его заколотил? — наивно спросила Маша. — Если заколотил, не показывай ребятам — смеяться будут!
Борис насупился.
— И ты меня за чокнутого считаешь?
— Что ты! — испуганно воскликнула Маша. — Я знаешь, как к тебе отношусь?.. Я не хочу, чтобы над тобой смеялись!
— Смотри! — Борис положил на крышку ящика что-то твердое, тяжелое, завернутое в газету. — Потяни за ручку.
Маша потянула, и передняя стенка легко повернулась на петельках. В ящике лежала шоколадка со слоненком на обертке.
— Это тебе! — сказал Борис. — За то, что отгадала.
— Спасибо! — прошептала Маша, и глаза у нее засияли, как тогда, когда она получила корзину с грибами. — Только я ничего не отгадала и не поняла, как это получилось.
Он показал ей круглое отверстие в верхнем ребре дверцы. Такое же отверстие было просверлено снизу и в крышке ящика! Борис снял с крышки завернутый в газету магнит, и из отверстия выпал гвоздик без шляпки, который служил запором. Чтобы закрыть ящик, нужно было засунуть гвоздик в отверстие крышки, придержать его сверху магнитом, закрыть дверцу и убрать магнит. Гвоздик после этого опускался, нижним концом попадал в отверстие дверцы, а верхний конец оставался в крышке. Не зная секрета, открыть ящик было невозможно.
— Мальчики! Девочки! — на весь класс закричала Маша. — Вы только посмотрите! Какая прелесть! — Она поставила ящик на парту. — Это Боря придумал!
Ребята столпились вокруг. Даже Андрей подошел, заранее ухмыляясь. Борис то прикладывал к крышке завернутый в газету магнит и легко открывал дверцу, то убирал магнит, и тогда дверца не поддавалась никаким усилиям.
— Как в цирке! — одобрительно сказала Марина. — Не думала, что Чернов такой выдумщик!.. А что у тебя в бумаге? Можно посмотреть?
Борис спрятал магнит в карман.
— Отгадайте!
Братья Арбузовы переглянулись. Мика шлепнул Бориса по плечу:
— Мыслишь!
Ника шлепнул его по другому плечу:
— Крупно!
Догадался и Гриша:
— Магнит?
Борис кивнул головой, вынул из газеты небольшую, но увесистую подковку магнита и показал, как работает запор.
— Расступись! — потребовал Мика и раздвинул ребят — освободил проход к стене с диаграммой.