Страница 11 из 34
Заметив это, Виктор Петрович сказал:
— Уроки кончились. Никаких диктовок не ждите… И давайте условимся: я — ваш помощник, а вы — хозяева. Обещаю: что бы вы ни придумали, от меня не услышите слова «нельзя». И пусть в ваших перспективных планах будет побольше неожиданных, небывалых, трудновыполнимых пожеланий. Только не старайтесь сочинять все лично сами. Не забывайте, что у вас есть отряд, а в нем — много выдумщиков и фантазеров.
— Они наговорят! — воскликнул Гриша.
— Например? — спросил Виктор Петрович.
— Например, захотят съездить к космонавтам в Звездный городок!
Виктор Петрович почувствовал, что наступил момент, когда надолго определяются отношения между вожатым и пионерским активом. Он был готов к этому и спокойно ответил:
— Я обещал не произносить слово «нельзя».
Кто-то не удержался и хлопнул в ладоши. За ним захлопали все, потому что понимали, как сложно организовать поездку к космонавтам. Вожатый не пошел на попятную. Значит, можно верить всему, что он обещает.
— А если захотят в кино до шестнадцати лет? — спросил председатель совета отряда из пятого класса.
— Мелко! — с легким укором сказал Виктор Петрович. — Не старайтесь подгонять время. Будет вам и шестнадцать! Скорей, чем вы думаете.
Встала девочка с косичками.
— А можно экскурсию в тюрьму запланировать?
Все хотя и засмеялись, но Виктор Петрович снова почувствовал, что от него ждут не отговорки, а прямого ответа. Ребята не собирались требовать от вожатого невозможного и, конечно, приняли бы откровенный бесхитростный отказ. Виктор Петрович сам не захотел воспользоваться этим легким путем.
— А почему бы и нет? — с мальчишеской запальчивостью произнес он. — Я не представляю, как это сделать, но постараюсь узнать. Думаю, что будет полезно побывать в колонии для несовершеннолетних правонарушителей. Все нужно увидеть своими глазами. Но прошу вас — не надо часто заглядывать за закрытую дверь. Повнимательней смотрите вокруг себя! Вы еще так много не видели! Даже того, что рядом с вами происходит каждый день!.. Кто видел, как восходит солнце?.. Не из-за домов и крыш, а из-за леса, из-за озера, из-за горизонта?
Никто не поднял руку.
— Нет счастливчиков? — спросил Виктор Петрович. — Вы думаете — это неинтересно? Вы посмотрите — узнаете!.. А кто бывал у проходной большого завода и смотрел, как идут утром рабочие?.. Тоже не видели?.. А кто выходил в поле, когда комбайны убирают хлеб?..
«Лирика», — подумал Гриша и невольно поморщился.
— Ты прав! — глядя на него, сказал Виктор Петрович. — Не верь мне на слово! Это все надо самому увидеть, и тогда ты почувствуешь!.. Если восходит солнце, если идут на завод рабочие, а хлеборобы убирают урожай — значит, все на нашей земле в порядке!..
Впервые присутствовали ребята на таком инструктаже. Они привыкли составлять планы чуть ли не под диктовку вожатых. Запишут девять-десять пунктов, утвердят на сборе — и работай. Все ясно, все просто и привычно. Виктор Петрович никаких конкретных мероприятий не назвал. Он заставил подумать о чем-то большом, жизненно важном и в то же время дал право фантазировать сколько угодно. Договорились, что на ближайших сборах пионеры наметят свои планы, а потом скажут, какая требуется им помощь.
Заканчивая разговор, Виктор Петрович напомнил о подписке на газеты «Пионерская правда» и «Ленинские искры».
— Сколько газет положено на отряд? — деловито спросил Гриша.
— Каждый должен получать пионерскую печать! — шутливо продекламировал вожатый рифмованные строки из газетного объявления. — К этому и надо стремиться.
— Так и будет! — уверенно сказал Гриша. — У меня все до одного подпишутся!
И опять, как тогда, после сбора в 6-м «А», Виктор Петрович почувствовал безотчетное беспокойство.
— Ты еще ни с кем не говорил, а даешь такое обещание.
— А вот увидите! — ответил Гриша. — Будет сто процентов!
Он ничуть не сомневался в том, что выполнит обещание. И о плане Гриша тоже не беспокоился. Многих пионеров короткое выступление Виктора Петровича взволновало и одновременно озадачило. Не так легко самим составить хороший план. А для Гриши никаких затруднений не возникло. Он все решал быстро и не без выдумки. Солнце?.. Пожалуйста! Заберемся на крышу дома и посмотрим на восход. Девять этажей все-таки! А у заводской проходной побывать — и совсем уж пустяк. Только все это красивые слова. Гриша был опытным председателем. Он знал, что никто не потребует от него отчета о солнечном восходе, а вот за макулатуру и металлолом придется отчитываться в килограммах, за подписку на газеты — в рублях, за отстающих учеников — поименно. Виктор Петрович пока говорил только о подписке, но Гриша понимал, что без школьной прозы не обойтись. Придет время, и вожатый заговорит и о килограммах, и о двоечниках. Поэтому и план пионерской работы должен быть деловым. Для красоты можно вставить в него вылазку на крышу за солнцем. Пусть порадуется Виктор Петрович. Но вообще это совсем не обязательно. План — не сочинение по литературе.
Возвращаясь домой, Гриша догнал Машу. Она несла из прачечной пакет с чистым бельем.
— Слушай, Агеева! Есть задание! — Гриша не любил откладывать дела на потом. — Тебе, как старосте, это в самый раз. Надо провести подписку и собрать деньги на пионерские газеты. Справишься?
— Я постараюсь, — с готовностью ответила Маша и, остановившись, перехватила пакет из правой руки в левую.
— Тяжелый? — спросил Гриша. — Помочь, что ли?
Маша засмущалась и поспешно отвела руку с пакетом за спину.
— Легкий совсем!.. Я сама… Спасибо!
Гриша не настаивал.
— Только чтоб у всех до одного по газете было! Поняла?.. Кто станет отказываться — мне скажешь.
— Хорошо.
И они разошлись. Гриша зашагал к своей лестнице, а Маша засеменила с тяжелым пакетом к соседней. Новое поручение обрадовало ее: о ней помнят, ей доверяют! И какой он, Гриша, заботливый, обходительный! Про пакет спросил — тяжелый ли? От одного этого Маше показалось, что белье полегчало. И как у него, у Гриши, все складно получается! Скажет: есть задание — и конец! Не только спорить не хочется, а наоборот — так бы и побежала выполнять его!
Дома у Гриши никого не было. Мама работала. Отца направили в дальнюю поездку. Он отсутствовал уже третьи сутки. Гриша разогрел обед, а когда налил себе тарелку супа, услышал, что в прихожей хлопнула дверь. По шагам он узнал отца и налил вторую тарелку.
Здесь же, за столом, и произошел разговор, к которому Гриша тщательно готовился. Обычно с любой просьбой он обращался к отцу открыто, без предварительной разведки, а сегодня начал издалека — с погоды.
— Вчера весь день дождь лил. Трудно было ехать?
— По шоссе — ничего, терпимо, — ответил отец. — Вот проселки развезло. Чуть не застрял на объезде. Теперь слякоть до самых морозов будет.
— А грибы, говорят, еще растут!.. И много!
Отец перестал есть. Он подумал, что Гриша опять попросит свозить ребят в лес.
— Грибы-то, возможно, и растут, только я вас больше не повезу. Слово держать не умеете!.. Дал слово — тут уж хоть кровь из носа! Любой ценой!
Именно такого ответа и ждал Гриша от отца. Теперь можно было перейти к главному.
— Ты не прав, папа! Мое слово крепкое!.. Завтра у нас сбор и завтра же утвердим письмо твоему начальству. Я все помню… А за грибами мы и не собираемся. Я про другое!.. Обещай, что выполнишь!
— Тогда с тебя два письма! — пошутил отец.
— Хоть три!
— Еще лучше! — На этот раз трудно было определить, шутит отец или говорит серьезно. — Так что тебе нужно?
— Помнишь, когда ездили, на сосне голову видели?.. Круглая такая, с ушами и глазами…
— Помню. Это моя примета.
— Вот ее и нужно.
— Это зачем же? Для школы? В уголок натуралиста?
Гриша не собирался открывать свою тайну.
— Вроде уголка… Меня все касается. Я же председатель!
Он не случайно напомнил об этом. Отцу нравилось, что сын и в новой школе стал руководить отрядом.