Страница 10 из 34
— Как твой бегемот поживает?
— На горке стоит.
— На горке?
— Да, на шкафу с посудой. — Марина повернулась к Грише. — Мы его с папой немножко подправили и назвали Геной, как крокодила.
Она добавила что-то, но так тихо, что Гриша не расслышал и еще ближе наклонился к ней.
— Что ты сказала?
— Если хочешь посмотреть, — повторила Марина, — приходи… Слышишь?
Ее пушистые волосы щекотали Гришино ухо, и от этого прикосновения возникала какая-то тревожная радость. Он не торопился отвечать, и Марина еще раз спросила:
— Слышишь?
— Слышу… Приду!
Гриша не смог бы рассказать, что происходило в фильме. Он сидел, смотрел на экран и ничего не видел. Ему было хорошо и хотелось, чтобы и всем было хорошо, особенно Марине. Хотелось сделать для нее что-нибудь необычное, приятное.
— Хочешь я тебе голову отпилю? — неожиданно предложил он.
Марина решила, что это неуклюжая мальчишеская шутка.
— Спасибо! — с легкой иронией прошептала она.
Гриша пояснил:
— Я про ту голову — на сосне!.. Помнишь, когда за грибами… на повороте… Спилю — и тебе, на горку, к бегемоту!
Теперь Марине стало стыдно, что она не сразу поняла Гришу.
— Высоко очень — не достать! Еще упадешь и разобьешься! — заботливо прошептала она.
— Ничего! Я сейчас — хоть на крышу, как лунатик!..
Андрей с завистью косился на них и рассуждал про себя о странностях жизни. Других бы засмеяли, задразнили, а на Гришу с Мариной хоть бы кто взглянул с усмешкой. Шушукаются, будто так им и положено. И в классе все сидят нормально: мальчишки с мальчишками, девчонки с девчонками, а они и там вместе, за одной партой. Хотя есть еще одна парочка — Чернов с Машей. Но у них — другое дело. Над ними и смеяться-то не хочется. Просто подобрались как два сапога, а два сапога — пара. Чего ж тут смешного?..
После кино все вместе пошли через парк к своему микрорайону. Впереди — девочки. Марина рассказывала что-то забавное, и они то и дело смеялись.
Мальчишки гурьбой двигались сзади. Андрей небрежными пасами гнал по асфальтовой дорожке упавший с дуба желудь.
Они были как раз напротив старого дота. Андрей прицелился, для форса закрыл глаза и несильным щелчком ботинка загнал желудь в темную амбразуру.
— Метко! — похвалил его Гриша. — А что, ребята, пошли сейчас к Андрею — шайбы смотреть!.. Девочки! Кто с нами?.. Андрей свою коллекцию покажет!
Это был предлог, чтобы не расходиться и еще какое-то время побыть вместе. Гриша надеялся, что и Марина согласится пойти к Андрею. И она согласилась. Мальчишки услышали, как она стала уговаривать подружек.
— А конфетами он угостит? — шутливо крикнула одна из девчонок.
Все были готовы нагрянуть к Андрею в гости, и только сам он молчал и растерянно переминался с ноги на ногу. Гриша подхватил его под руку.
— Пошли!
— Подожди! — пробормотал Андрей, упираясь. — Подождите!.. Сегодня никак нельзя!.. Ремонт сегодня… Обои новые клеят!.. Как кончится ремонт — я вас сразу позову!
— Не забудь! — сказал Мика.
— Мы напомним! — добавил Ника.
Остальные промолчали. А Гриша нашел новый повод для того, чтобы задержать одноклассников.
— Хорошо! К тебе придем после ремонта… А я, пока мы тут стояли, знаете, что придумал?
И Гриша, указав на дот, предложил создать в отряде звено красных следопытов и разузнать, кто стрелял по врагам из этого железобетонного колпака. Начать поиск можно даже сегодня, сейчас.
— Пустое дело, — сказал Мика.
— Чепуха, — подтвердил Ника.
— Почему чепуха? — Гриша нахмурился. При всем уважении к братьям он не мог не одернуть их. — Тут наши люди в бою погибали, а вы!..
— Из дота не стреляли, — возразил Мика.
— Ни одного раза! — уточнил Ника. — Фашистов под Пулковом остановили.
Гриша редко попадал впросак и очень не любил, когда в споре правым оказывался не он. Но в этом случае настоять на своем было невозможно. И как он раньше не вспомнил то, что известно каждому школьнику! Все знают, что гитлеровцев остановили на Пулковских высотах. Значит, пулеметчики этого дота в боях не участвовали.
Почувствовав Гришино смятение, Марина выручила его.
— Тише! — произнесла она, хотя и так все молчали. — Слышите — стонет!
Школьники прислушались. Кто-то невидимый то ли простонал хрипло, то ли всхлипнул коротко и безнадежно.
— В доте! — прошептала Марина.
— Кошка, — догадался Мика.
— Залезла и не выбраться, — добавил Ника.
Ребята прислушались и, когда снова раздался этот звук, узнали в нем отчаянное приглушенное мяуканье.
— Надо ее выпустить, — сказал Гриша, довольный тем, что разговор о кошке отвлек внимание одноклассников от его промаха. — Там, наверно, есть дверь.
Но вход в дот был давно засыпан. Мальчишки и девчонки собрались у амбразуры. Услышав шаги, кошка замяукала еще жалобней. Андрей опустился на четвереньки и заглянул в темное нутро дота, но совсем не ради попавшей в беду кошки. Он понимал: многие не поверили, что в его квартире ремонт, и обиделись, особенно те мальчишки, которые искренне восторгались его хоккейным мастерством. Андрей надеялся вытащить кошку и этим поступком восстановить прежнее отношение ребят.
В доте пахло сыростью. Где-то в темноте с голодной яростью метались два зеленых огонька. Андрею расхотелось спускаться за кошкой. Он обернулся к ребятам:
— Темно там и сыро!.. Веревки бы кусочек — я бы ее мигом оттуда вытащил!
Мальчишки зашарили по карманам, и кто-то из них протянул Андрею небольшой моток бечевки. Он не рассчитывал, что веревка найдется, и взял ее очень неохотно. Помедлив, намотал один конец на кулак, а другой сбросил в амбразуру и позвал кошку:
— Кис, кис, кис!
— Сейчас она обвяжется! — усмехнулся Мика.
Ника постукал ногой по ботинку Андрея.
— Вставай, спелеолог!
Сконфуженный Андрей вылез из-под козырька амбразуры.
— Доску бы или…
— Лифт! — подсказал Мика.
— Вертолет! — подхватил Ника и, повернувшись спиной к доту, лег на сухую пожухлую траву, а ноги опустил в амбразуру.
Брать я сцепили руки. Ника сначала по грудь, а затем и до подбородка исчез в темном зеве дота. Ноги еще не нащупали опору. Он висел, придерживаясь левой рукой за нижнее ребро амбразуры, а правой ощущая надежные пальцы брата. Потом и голова ушла вниз. Ноги наконец достали до пола.
Ника поднял ладони над ребром амбразуры, похлопал ими, как делают мальчишки, измеряя глубину реки или озера, и крикнул брату:
— Отойди — она одичала!
Мика отодвинулся в сторону. Из дота послышалось фырканье, визг, и кошка, растопырив лапы, вылетела из амбразуры. Ослепленно сузив глаза, она выгнула спину, фыркнула еще раз и умчалась без оглядки. А Мика помог выбраться брату, почистил его одежду и сказал одноклассникам:
— Мы — домой.
— До завтра! — добавил Ника.
И они пошли плечо к плечу.
— Задаваться близнецы начинают! — проворчал Андрей. — Придется их… дисквалифицировать.
Его не поддержали, но и спорить с ним не стали. Разговор почему-то не клеился. Дойдя до ограды парка, начали расходиться по домам. Пошли к своей лестнице и Марина с Гришей.
— Очень интересные эти братья! — сказала Марина.
— Ничего, — согласился Гриша.
— Такое слово к ним не подходит!.. И не завидуй, пожалуйста! Это некрасиво!
— Завидовать? — переспросил Гриша. — И не думаю. Сегодня мне должны завидовать.
— Потому что председателем выбрали?
— И потому! — Гриша нажал в лифте кнопку восьмого этажа. — Хочешь, мы опять застрянем?
— Нет! — ответила Марина.
Гриша нахмурился. Он и не предполагал, что отказ от его глупого предложения покажется ему таким обидным. Но Марина не захотела оставлять Гришу огорченным. Когда лифт поднялся до восьмого этажа, она протянула руку и напомнила:
— Я буду тебя ждать!.. Лучше всего в воскресенье. И снова Гриша удивился: от этих слов его обида пропала, будто и не было ее никогда.
Про рассвет
Впервые в пионерской комнате собралась вся гвардия Виктора Петровича — многочисленный актив школы: только что выбранные председатели советов отрядов, члены совета дружины. Это было инструктивное совещание по перспективным планам пионерской работы. Многие пришли с блокнотами, тетрадками и приготовились записывать рекомендации старшего пионервожатого.