Страница 24 из 75
— Мира вам, путники, – сняв капюшон, поклонился парень и, распрямившись, оторопел при виде Правительницы.
Эйрэна глубоко кивнула в ответ. Все, кроме Анжи и Турнена, последовали ее примеру. Этот охотник выше их по статусу?
Вэндай свесилась с седла и дунула в деревянный рог, в самое ухо растерявшемуся парню. Тот, очнувшись, кивнул и поспешил к замку.
— Кто это? – обратился Блик к Эйрэне.
— Помешанный сынок господина Валлиса. Он здесь войков ловит. Поговаривают, что и кухарничает, прислуживая отцу.
— А войки – это что? – поинтересовался Дым.
— Ты вчера родился? Это прозрачно-сиреневые рыбы-убийцы. Из них получаются отменные блюда. Еда, достойная Высшей Знати.
Вэндай во всю мочь гудела в рог, задолго известив всех о пожаловавшей высокородной гостье и ее своеобразной свите. Их не стали держать на пороге, почти сразу же радушно распахнув зубастые ворота. Во двор сбежались стражи и державшие светильни прислужники. Торопливо семенил по аллее стучавший белым посохом глашатай.
— Обнадеживающее начало, – заметила Леа и поспешно отобрала у чересчур музыкальной Вэндай рог. – Да хватит уже дудеть!
Анжи нехотя спешилась и оказалась рядом с молодым хозяином замка, подхватившим поводья Мотылька. Хм, радушный взгляд, смущенная улыбка. С чего Эйрэна решила, что он – помешанный?
В застеленном травяными дорожками большом дворе стояли столики и такие же табуреты-звездочки. Чередой выстроились серебрящиеся в полумраке стражи. Белыми приведениями застыли прислужники, не решающиеся даже пошептаться.
Глашатай, выслушав Турнена и уяснив суть их приезда, попросил следовать за ним. Все двинулись к порталу, освещенному фонариками, в которых порхали бабочки. Стоявшие на ступенях стражи подбежали к дверям и распахнули их.
Анжи опасливо ступила в лужицу света. Слоило ей появиться близ замка Тир-ре, как убили Правительницу и ее окружение. Пожаловала в Трюэлле – оставила гору камней. Если и в этой обители произойдет что-то ужасное, то она уверится, что приносит несчастья. Как там сказала в одном из кошмаров целительница Флорана? «Ты – смерть»?
Похожий на стрепета глашатай, зашуршав длинным балахоном, провел гостей в центральную залу, освещенную настенными светильнями. Они были сделаны из агата и изображали воронов. В их открытых клювах стояли свечи и, озаряя головы изнутри, заставляли сиять рубины глаз. О, как грозно, как пугающе смотрели свысока эти вмурованные в стены птицы!
Между двумя стрельчатыми окнами висела огромная картина, живописующая сражение Ридоронты с чертями. У противоположной стороны стоял на невысоком пьедестале трон с вычурно вырезанной спинкой. На нем восседал статный чернобровый старик с узкой бородкой, словно запорошенной инеем седины. Украшенный алыми камнями бархат одеяния сливался с пятнистым гобеленом, покрывавшим дальнюю стену.
— Правительница Тир-ре! – коротко объявил глашатай, поклонившись своему пожилому господину. – И ее сопроводители.
— Добро пожаловать в замок Валлис, – откликнулся хозяин, приглашающим жестом предлагая располагаться.
Он сжал дрогнувшими пальцами подлокотники и вгляделся в медленно приближающуюся к нему Анжи.
— Приветствую вас, господин Валлис, – почти прошептала она, смутившись от пытливого, вороньего взгляда.
— Мне известна причина твоего визита. Излишне расточать слова. Обо всем мне поведал ваш вестник. Считайте, что вы заручились нашей поддержкой. Все мои свободные воины и стражи – к вашим услугам.
Он потянулся к колокольчику, висящему возле трона. По зале пробежался мелодичный перезвон, созвавший десятки прислужников. Валлис велел позаботиться об удобствах Правительницы и ее сопровождающих.
Анжи проводили на третий ярус, где было решено устроить девушек. Она шла вдоль длинного ряда красноглазых светилен, поглядывая на блестящий потолок. Так и мерещилось, что по нему вот-вот побегут трещины, а пол под толстым бархатом дорожек вздыбится гребнем.
Ей отвели довольно скромную, но уютную опочивальню с высокой кроватью, столиком и стеклянным шкафом. Застеленные ковром полы впитывали тепло пляшущего в миниатюрном камине огня. Полстены занимало картинное полотно. Изображенный на нем человек в черных мехах и перьях показался Анжи знакомым. Вначале она приняла его за старика Валлиса, но чуть позже поняла, что обозналась.
— Тут у нас водяные покои, – сказала прислужница, отодвигая картину, служившую декоративной дверью.
Анжи вошла в комнатку, осмотрев мраморный потолок и широкую каменную лохань с высокими пьедесталами, на которых стояли витые светильни.
— Если желаете понежиться в воде, то все готово, – сказала женщина. – Здесь травы, масло, полотенце. В шкафу сменная одежда. Позвать прислужниц? Нет? Тогда с вашего позволения ухожу.
— Благодарю.
Женщина откланялась, а Анжи еще раз осмотрелась. Последний раз она посещала водяные покои в Трюэлле. Вспомнились большие растерянные глаза Блэкмары, облака светлых локонов…
В попытке избавиться от невыносимых мыслей, Анжи торопливо разделась и шагнула через толстый край лохани. Опустившись в теплую воду, высыпала травяные порошки. Неужели здесь почти все создано чародеями? Научиться бы обращать желания в реальность! Тогда одна прихоть мысли вернула бы все на свои места, а Анжи оказалась бы в еще свободном царстве Фаэтона.
Она ойкнула, нырнув в воду чуть ли не с головой. В проеме, сложив руки на груди, стоял Турнен, словно у нее получилось его придумать.
— Надеюсь, помешал? – спросил он, привалившись плечом к откосу. – Есть один разговор…
— Выйди отсюда немедленно! – нагоняя на себя вспенившийся порошок, возмущенно велела Анжи. – Как ты смеешь?
— Можешь не опасаться за свою девичью честь.
— Пошел вон отсюда! – Анжи плеснула в него водой.
— В таком случае, ты узнаешь обо всем последней.
Турнен стряхнул с рубашки капли воды и, развернувшись, неспешно удалился. Все же надо было его выслушать. Теперь остается гадать, что же такого важного он собирался ей поведать. А это, должно быть, и впрямь важно, раз он не мог подождать, пока она вымоется.
Поскользнувшись на мокром полу, Анжи завернулась в кусок ткани и вышла в опочивальню. Просмотрела висевшие в шкафу вещи и выбрала полупрозрачные штаны с пояском и блузу с расклешенными рукавами. Переоблачившись, пристегнула меч и вышла в коридор.
— Вэндай? – окликнула она девушку, собравшуюся войти в комнату. – Ты не знаешь, где устроили Гардэю?
— В подвале! Чтобы нашим воякам было над кем покуражиться! Там, кстати, кухня рядом. Глядишь, рыбный суп на ужин подадут. Было бы здорово! Жрать уж больно хочется!
Анжи бросилась к лестнице. Ухватилась за перила и начала спускаться по мягким от меховых дорожек ступеням. Она теперь в ответе за Ундину, уж коль позволила ей вступить в их компанию. Как могла забыть, что Гардэй все ненавидят? Может, конечно, и было за что, но Ундина… Нет, не верится, что эта несчастная дева способна на коварство.
Спустившись в подвал, Анжи оказалась напротив открытой двери в небольшую темную залу. Вдоль стен стояли многоярусные кровати. На полу лежали топоры, ножны, перчатки, покрытые блестящими шипами. К счастью, устроенные на ночлег воины переодевались в предоставленную им одежду и мерили броню. От Гардэи они старались держаться подальше, а она – от них.
Анжи нашла ее на одной из свободных кроватей.
— Пойдем отсюда, – велела она, потянув ее за рукав.
— Позволь мне заглянуть на кухню. Хотелось бы знать, как люди зачаровывают снедь. Никогда не видела!
Они вошли в хорошо освещенную комнату. Над своеобразной жаровней висел сурово урчавший котел. На столе коптили свечи и поблескивали воткнутые в доску ножи.
— Правительница? – удивился вошедший следом сын Валлиса, торопливо повязывая черно-красный передник.
— Мы заблудились, – оправдалась Анжи, хлопнув потянувшуюся к сваленным в чашу огрызкам руку Ундины. – Спустились на ярус ниже.
— Время вечерней трапезы. Вас ждут в приемной. Я провожу, если хо...