Страница 61 из 70
Себастьян ощутил, как пересохло во рту, под волосами пробежали мурашки.
Морщинистые губы растянулись в усмешке, подчеркнувшей выступающие, угловатые черты лица.
– Не по душе слышать такое, да? Но это правда. Леди приезжала сюда, хотя не в тот день, а накануне, в желтой карете, запряженной четверкой вороных лошадей. Только дома никого не оказалось, и она сразу же уехала.
Словно почувствовав, что речь вдруг зашла о ней, Геро метнулась взглядом от мужа к гадалке и обратно.
– Что? Что она говорит?
Себастьян заглянул в темные, немигающие глаза старой женщины.
– Я хочу знать правду, какой бы она ни была.
– Ты уже услышал правду, – фыркнула цыганка. – Вопрос в том, что ты будешь с ней делать?
Супруги пошли вдоль края террасы. В белой пустоте их шаги отдавались приглушенным эхом, на лице ощущалась мглистая сырость. Противоположный берег, паромы на реке, даже верхушки высоких кирпичных домов по соседству – все исчезло в густой туманной мути.
Геро первой нарушила молчание, спросив:
– Где ты научился говорить по-цыгански?
– Одно время путешествовал с их табором на Пиренеях.
Серые глаза посмотрели серьезно и пристально.
– Ты собираешься сообщить мне, о чем рассказала гадалка?
– О твоем визите сюда в прошлую субботу. И не вздумай отпираться, потому что цыганка описала твою карету и упряжку. Ты не заметила старуху? Или просто понадеялась, что она тебя не узнает?
Губы Геро приоткрылись в быстром вдохе. Протянув «А-а», она отвернулась и устремила взгляд на занавешенную туманом реку.
Себастьян вгляделся в напряженный профиль, гладкую округлость щеки, выступившую на скуле легкую полоску предательского румянца.
– Мне приходит на ум единственное объяснение, почему ты скрыла от меня этот факт: здесь каким-то образом замешан Джарвис. Я прав?
– Отец утверждает, что не убивал Габриель.
– И ты веришь ему?
Ее заминка длилась секунду дольше, чем следовало.
– Верю.
– Прозвучало как-то неубедительно, – отрывисто хохотнул Девлин.
В тумане возникла фигура направлявшегося в сторону супругов мужчины – рабочего в грубой одежде, с поклажей, похожей на матросский вещевой мешок на плече.
Наблюдая, как румянец на скулах жены темнеет от гнева, Себастьян потребовал:
– Объясни мне, что происходит.
– Ты же знаешь, я не могу.
– Что ж, – звеняще рассмеялся он, – полагаю, вот и ответ на вопрос, кому принадлежит твоя преданность.
– Неужели? – Взгляд Геро вернулся обратно к лицу мужа. – Считаешь, я должна обмануть доверие отца ради тебя? Тогда ответь, ждешь ли ты, что я так же поступлю с тобой ради него? – Ладонь виконтессы легла на едва заметную выпуклость живота. – А через двадцать лет, если родится девочка, сочтешь справедливым, когда она предаст тебя ради человека, женой которого станет?
Когда Девлин промолчал, Геро продолжила:
– Разве ты сам абсолютно честен со мной? Может, откроешь, почему тебе нестерпимо находиться в одной комнате с собственным отцом? А про Джейми Нокса расскажешь? Объяснишь, почему отставной стрелок, простой трактирщик похож на моего мужа, словно родной брат? Ни один из нас не был до конца откровенен с другим, ведь так?
– Так, – признал Себастьян, и в этот момент проходивший мимо мужчина сбросил на мостовую свой мешок, резко развернулся и обрушил на спину виконта мощный удар дубинки. Из груди Девлина со свистом вышибло дыхание, боль бросила его на колени.
Безуспешно пытаясь достать из сапога нож и набрать воздуха в легкие, Себастьян видел, как незнакомец занес дубинку для следующего удара, а Геро рядом вцепилась в свой ридикюль.
Выхватив оттуда крохотный, отделанный ореховым деревом пистолетик, виконтесса взвела курок и в упор выстрелила в грудь злоумышленнику.
– Иисусе! – охнул Девлин, между тем как нападавший покачнулся и тяжело повалился наземь, подергивая каблуком поношенного ботинка по мокрой брусчатке.
А потом затих.
– Он мертв? – спросила Геро.
Держа наготове кинжал, Себастьян присел возле тела.
Неизвестный выглядел лет на сорок. Он был крепким и плотным, с темным от загара лицом и неровно остриженными русыми волосами. Из уголка рта сочилась тонкая алая струйка, глаза уже стекленели. Себастьян перевел взгляд на превратившуюся в кровавое месиво грудь.
– Мертв.
– Ты в порядке?
Девлин оглянулся через плечо на жену. Та стояла выпрямившись, побледневшая, но спокойная. Однако Себастьян заметил раздувавшиеся от учащенного дыхания ноздри и приоткрытые губы, словно она старалась побороть подступающую тошноту.
– А ты?
Геро тяжело сглотнула.
– В порядке.
Виконт опустил глаза на оружие в ее руке. Это была изящная, однако смертоносная вещица, дамский пистолет с полированной рукояткой орехового дерева и гравированными золочеными накладками.
– Где ты его взяла?
– Отец подарил.
– И научил применять?
– А иначе какая от оружия польза?
Себастьян кивнул на убитого:
– Один из подручных барона?
– Бог мой, нет. Я никогда раньше не видела этого типа.
Девлин попробовал сделать глубокий вдох. Спину и бок пронзила такая ослепительная вспышка боли, что пришлось остановиться, опираясь предплечьем на полусогнутое колено и судорожно хватая воздух.
Геро нахмурила брови, наблюдая за мужем.
– Уверен, что хорошо себя чувствуешь? Может, позвать на помощь одного из лакеев?
– Просто дай мне минуту. – Себастьян снова попытался вдохнуть, на сей раз осторожнее. – Не хочешь рассказать, что связывает Бевина Чайлда и твоего отца? – спросил он, когда смог говорить. – Ведь Джарвис именно с этой стороны причастен к делу?
– Ты же знаешь, – твердо встретила взгляд мужа Геро, – я не могу. Но не вижу причин, почему бы тебе самому не спросить его об этом.
С кряхтеньем виконт ухватил мертвеца за руку и взвалил безжизненное тело себе на плечо.
– Полагаешь, это разумно, принимая во внимание твой ушиб?
Крякнув еще раз, Девлин поднялся на ноги, слегка пошатываясь под весом трупа.
– Что ты делаешь? – недоуменно спросила жена.
– Несу тестю презент.
Себастьян ожидал, что Геро станет возражать.
Но она смолчала.
ГЛАВА 46
На стук виконта дверь особняка на Беркли-сквер отворил дворецкий Джарвисов. Бросив один-единственный взгляд на окровавленное тело, взваленное на плечи визитера, слуга попятился и тихонько пискнул от ужаса.
– Доброго дня, Гришем, – поздоровался Себастьян, протискиваясь мимо растерянной фигуры в элегантный холл.
– Помилуйте, лорд Девлин, этот… этот человек мертв?!
– Решительно и бесповоротно. Дома ли его милость?
Гришем заворожено уставился на болтающиеся синюшные руки трупа, затем, по-видимому, собрался с духом, тяжело сглотнул и прочистил горло:
– Боюсь, в данный момент лорд Джарвис…
С верхнего этажа донесся взрыв мужского хохота.
– В парадной гостиной, верно? – Девлин направился к изящно закругленной лестнице, ведущей наверх, но на первой ступеньке остановился и оглянулся на дворецкого: – Надеюсь, среди присутствующих нет дам?
– Нет, но… но… милорд! Вы же не собираетесь нести это… этот труп в гостиную его милости?
– Не беспокойтесь, смею полагать, с Боу-стрит охотно за ним явятся. Вас не затруднит послать кого-нибудь уведомить полицию об этой надобности?
– Пошлю сию же минуту, – чинно поклонился Гришем.
Встав спиной к пустому камину, лорд Чарльз Джарвис с бокалом хереса в руке вещал собравшимся вокруг него джентльменам:
– Американцы выставили себя настоящими выродками. Их предательство войдет в историю как оскорбление не только всему цивилизованному миру, но и самому Создателю. Напасть на Британию в то время, когда все наши силы направлены на жизненно важную борьбу с распространением безбожия и республиканской заразы…