Страница 101 из 122
Автор интересной работы, которая задумана как многотомный труд по истории России и называется, собственно, «Русская История», С. Цветков в томе первом приводит ряд дополнительных сведений по данному вопросу: «...имена Олега и Игоря... распространены во всем славянском мире, и одно это обстоятельство сильно подрывает мнение об их скандинавском происхождении. У чехов, скажем, имеется имя Олек и Олег, в земле полабских славян находился город Ольгощ; вариант Ольгерд наблюдаем даже у литовцев. Можно, видимо, согласиться с Гедеоновым, который полагал, что славянское «Ол» означало «вел, великий». Например, западнославянское имя Олек имеет вариант Велек, Олен — Велен, Олгост — Велегост, Олимар — Велемир и т.д. Русские летописи и былины знают Вольгу, Волга. Показательно, что саги употребляют имя княгини Ольги в искаженной форме «Алогия», а не реконструируют его как «Хельге». Если уж считать имя Олег заимствованным, то вместо предполагаемого скандинавского варианта гораздо более вероятным прототипом для него будет тюркское слово «олгу», означавшее «великий». В одной древнеболгарской надписи упоминается «Феодор, олгу тракан» («великий правитель»), а «Повесть временных лет» передает имя Олега в форме Олг. Тюркское «олгу» могло попасть в именослов славянских князей в период гуннского или аварского ига. Самый же главный довод против «викингства» Олега — это его титул «наша светлость», зафиксированный договором 911 года с Византией. В аристократической среде Северной Европы начала X в. мы не найдем ничего похожего, по той простой причине, что предводители викингов в то время еще вообще не имели понятия о титулах».
Наверное, нет все же смысла отыскивать имя «Олег» в «тюркских филологических дебрях», тем более что имя это вполне объясняется и из славянского наречия. В русских летописях встречается и еще одно родственное Олегу имя — Олбыр. Историк Костомаров указывал на слова, происшедшие от одного корня с именем Ольг: льгота, вольгота. Дмитрий Иловайский в своих работах многократно указывал на близость имен Олег и Ольга с одной стороны и великой русской реки Волги с другой, и связывал эти имена со словами влага или волога. Он же в интересном издании г. Барсова «Причитания северного края» нашел слово «ольга», которое с давних пор на Севере употреблялось в смысле болота, следовательно, также связано с понятием влаги, воды.
Иловайский же считал, что имя известной княжны роксалан в IV веке, во времена их борьбы с готами, Санельги (по Иорнанду) необходимо сближать с именем Ольга или Ельга исходя из второй половины этого сложного имени. Помня о том, что древние славяне поклонялись рекам и источникам и считали их священными, учитывая и то, что задолго до крещения вода играла важную роль в очистительных религиозных ритуалах наших языческих предков, мы вправе сблизить два варианта прочтения древних имен Олега и Ольги, допуская их сложную этимологию, отражающую понятия святости, через освящение водой или посвещение величайшим рекам Руси, а возможно, и их неведомым божествам.
Дошла же до нас древняя легенда, о которой писал в романе-эссе «Память» Владимир Чивилихин, о неком таинственном Днепровском чудище, имя которому было — Рус! И трудно здесь не вспомнить нашего легендарного прародителя, брата князя Словена, Руса. Не беремся судить, он ли получил имя от Днепровского водного божества, божество ли от него, или мы имеем дело с дубликатом предания о сыне Словена Волхве, о котором мы подробно скажем чуть ниже, в честь которого и названа великая русская река, и который, обращаясь в речное чудище, топил корабли. Не был ли и Рус таким же оборотнем-князем в Приднепровье до своего отселения вместе со Словеном на север в Приильменье?
Современный историк Нина Серова заметила еще одно удивительное и неслучайное совпадение. Две величайшие русские реки: Волга и Волхов точно копируют имя (Волы) и статус (Волхв) Олега Вещего — волхва.
В отечественной историографии до сих пор не нашел отражения замечательный факт вхождения Вещего князя в географическое пространство, воистину делая это пространство сопричастным священным судьбам Святой Руси и ее строителям и охранителям.
В сказании «О Словене и Русе и городе Словенске» (Холмогорская и многие другие летописи) говорится, что река Волхов, на которой стоит Словенск — Великий Новгород, названа в честь старшего сына Словена Волхова, о чем мы уже сказали. Естественно, река Волга названа не в честь Олега, что не отрицает определенной связи этого имени с великой рекой Русской равнины. Волга в летописях фигурирует как Вольга и Волога — «влага» — «вода». Всего этого более чем достаточно, чтобы утверждать со всеми на то основаниями, что имя «Олег» без сомнения славянское (!), как, впрочем, и имя «Волы».
Для понимания удивительной династической преемственности правящего рода на Руси, которая стала «визитной карточкой», цивилизационной особенностью Русской истории от Словена и Руса до первых Романовых, нам не обойти и тему родства не только по именам, но и кровного Олега и Святой Ольги.
Князь Олег по древним свидетельствам назван отцом княгини Ольги. В Типографской и Холмогорской летописях сказано: «Некие же глаголят, яко Олегова дчи (дочь) бе Олга». Татищев писал, что в детстве Ольга именовалась Прекрасою, «а Олег преименова ю и нарече во свое имя Ольга».
Во всех летописях указано, что Олег в 903 году привез Игорю жену именем Ольга.
Не исключено, что Олег наделил Прекрасу не просто именем, а родовым княжеским именем-титулом, обозначавшим верховную сакральную власть «венценосного жреца», своего рода понтифика северных славян.
В Иоакимовской (Новгородской) летописи сказано, что Ольга родом из Пскова. По Лаврентьевской летописи она из Изборска. До этого город носил имя Словенска (!), отчего и до наших дней многочисленные ключи в Изборске названы словенскими. И наконец, древние предания называют нам точное место рождения Святой Ольги — село Выбуты на реке Великой, в 12 километрах от Пскова.
Новгородская летопись сообщает важную подробность: Ольга была из рода Гостомысла, его правнучкой. Рюрик был ее двоюродным дедом, а муж Игорь — троюродным братом. Ее славянское имя в летописи звучит как Пребрана. Очень важно, что в Выбутах в XV веке возводится храм в честь Ильи Пророка. Известно, что храмы Ильи ставились на Руси, как правило, на месте древних капищ, посвященных громовержцу Перуну. В восьми километрах от Пскова, ниже по течению реки Великой, находится деревня Перино, называемая также Ольгин городок. Здесь располагался упраздненный до 1764 года Николаевский Перыньский монастырь, храм которого был разобран в 1817 году. Эта обитель упоминается исследователем краеведом прошлого века П. И. Якушкиным как монастырь Миколы Перинского (Перынского!).
Уж не являлись ли Выбуты и Ольгин городок аналогом новгородской Перыни — городка-капища, основанного сыном Словена старого — Волховым? Если так, то с большой долей вероятности мы можем считать священный титул Пребраны «Ольга» не только родовым, наследственным, но и функциональным. Очень вероятно, что «мудрая» Ольга была молодой «весталкой», или наследственной княгиней-жрицей Перуна.
Здесь мы вплотную подошли к удивительному чуду нашей истории. Князь-волхв Олег, что ясно из преданий, смеялся над кудесниками, и хотя за неверие в их предсказания он поплатился смертью «от коня своего», языческая Русь уходит в курганы и предания вместе с ним.
Для христианского сознания символизм попирания мертвой главы коня становится понятным, если мы вспомним, что конь — символ солнца у язычников. Мертвая глава коня символически отображает то, что во времена Олега часть дружинной Руси уже была оглашена о том, что Солнце Истины — сам Иисус Христос. Уже его сын, известный нам опять же по преданиям, Александр, был христианином (и это сын верховного жреца!).
Александр бежал, видимо, уже из Киева, от язычников в Моравию. Этот факт нам известен из «Истории польской церкви» Хр. Фризе. В этой работе автор XVIII века приводит сведения древних богемских хроник. Сын Вещего Олега бежал от своего двоюродного брата Игоря в Моравию. Прославившись в боях с венграми, он был избран князем и пытался создать политический союз Моравии, Польши и Руси. Потерпев поражение в этом грандиозном мероприятии, он после смерти Игоря вернулся в Киев, где служил Святой Ольге.