Страница 23 из 58
Второй коп осматривает наш стол и смотрит на открытые учебники. Он выше и стройнее своего коллеги, с ястребиным носом с широкими порами и маленьким подбородком. Он уродлив, но, надеюсь, не злобен.
- Я офицер Ройбак, - говорит тот, который дружелюбный. - Это офицер Дэвис. Не против, если мы зададим вам пару вопросов?
Мы дружно пожали плечами.
- Вы ведь все знали парня по имени Майк Андовер?
- Да, - отвечает Кармел.
- Да, - соглашается Томас.
- Немного, - говорю я. – Мы познакомились всего пару дней назад.
Черт, это плохо. На моем лбу появилась испарина, и я ничего не могу с этим поделать. Мне никогда раньше не приходилось оказываться в таких ситуациях. Никогда никого не убивали.
- Вы знаете, что он пропал? – Ройбак внимательно наблюдает за нами. Томас просто кивает, как и я.
- Вы уже нашли его? – спрашивает Кармел. – Он в порядке?
- Нет, не нашли. Но, если верить очевидцам, вы двое были одними из последних, с кем его видели. Не хотите рассказать, что случилось?
- Майк не хотел оставаться на вечеринке, - легко врет Кармел. – Мы ушли, чтобы потусить где-нибудь еще, но не знали, где точно. Уилл Розенберг был за рулем. Мы заехали за Доусон. Довольно скоро мы остановились, и Майк вышел.
- Он просто ушел?
- Он был расстроен из-за того, что я был с Кармел. – прерываю я. – Уилл и Чейз пытались поднять ему настроение, успокоить, но все напрасно. Он сказал, что прогуляется до дома. Хотел побыть наедине.
- Вы отдаете себе отчет, что Майк Андовер жил примерно в десяти милях оттуда? – спросил офицер Ройбак.
- Нет, я не знал, - отвечаю я.
– Мы пытались его остановить. – встревает Кармел, - но он нас не слушал. И мы ушли. Я думала, что он просто позвонит позже, и мы его подберем. Но он этого не сделал.
Легкость, с которой ложь слетает с наших губ, немного тревожит, но, по крайней мере, это объясняет вину, написанную на наших лицах.
- Он действительно пропал? – спрашивает Кармел пронзительным голосом. - Я думала…Я надеялась, что это просто слухи. – врет она ради нашего спасения.
Копы явно смягчились, услышав ее тревогу. Ройбак рассказывает нам, что Уилл и Чейз отвели их туда, где мы высадили Майка, и с этого места началась поисковая компания. Мы спросили, можем ли мы чем-то помочь, но тот лишь отмахнулся, мол, чтобы оставили это дело профессионалам. Через пару часов лицо Майка будет во всех новостях. Весь город должен собраться в лесу на его поиски с фонариками и дождевиками, но я-то знаю, что ничего они не найдут. Вот и все, что получит Майк Андовер. Одну дерьмовую поисковую кампанию и копов с несколькими вопросами. Не знаю, почему я так в этом уверен. Возможно, это из-за их заспанных глаз. Будто они не могут дождаться, когда покончат с этим и, наконец, набьют свои пуза какой-то едой, а ноги забросят на диван. Интересно, чувствуют ли они, что в деле замешано что-то большее, с чем они не могут справиться? Подсознание подсказывает им, что смерть Майка довольно странная и неожиданная, но внутренний голос нашептывает оставить это дело. Через пару минут офицеры попрощались с нами, и мы вновь сели на свои места.
- Это было… - начинает Томас и так и не заканчивает. Зазвонил телефон Кармел, и она берет трубку. Когда она отворачивается, чтобы поговорить, я слышу, как она шепчет что-то в духе «Я не знаю» и «Не уверена, что они найдут его». Она вешает трубку, а глаза ее становятся напряженными.
- Все в порядке? – спрашиваю я.
Она равнодушно держит телефон.
- Ната. Думаю, она хотела меня утешить. Но, знаете, я не в настроении для девичника с ночным просмотром фильма.
- Есть ли что-нибудь, что мы можем сделать? – мягко спрашивает Томас, а Кармел начинает перелистывать странички.
- Я просто хочу доделать задание, если честно. – говорит она, и я киваю.
Нам нужно время, отведенное на что-то нормальное. Мы должны работать и учиться, чтобы выиграть пятничную викторину, потому что у меня такое чувство, будто страничка газеты в моем кармане весит целую тонну. Чувство, будто Анна смотрит на меня с этой фотографии шестидесятилетней давности. Ничего не могу с собой поделать: мне хочется защитить ее, спасти от того, чем она уже стала. Не думаю, что в будущем у нас будет предостаточно времени на что-то нормальное.
_____________________________________________________________________________________
[1] Вилли Вонка — герой романа-сказки Роальда Даля «Чарли и шоколадная фабрика», фильма «Вилли Вонка и Шоколадная фабрика» Мела Стюарта и одноимённой экранизации Тима Бёртона.
Глава 12
Переводчик: Марина Маслова
Редактор: Анна Корлов
Я просыпаюсь весь в поту. Мне снился кто-то, наклоняющийся надо мной. Кто-то с кривыми зубами и крючковатыми пальцами. Кто-то с таким вонючим дыханием, будто бы ел людей десятилетиями и не чистил зубы. Мое сердце колотится в груди. Я нащупываю под подушкой атаме моего отца и на секунду могу поклясться, ощущаю не предполагаемый атаме, а крест, вокруг которого оборачивается необработанная должным образом змея. Но мгновение спустя ощущение исчезает, и вот я уже держу в руках рукоять ножа в целости и сохранности, в кожаных ножнах. Гребаные кошмары.
Сердце потихоньку начинает успокаиваться. Опуская взгляд на пол, я вижу Тибальта, который уставился на меня с распушившимся хвостом. Интересно, если он спал на моей груди, и я его спихнул с себя, то когда же проснулся? Я не помню, но хотелось бы, потому что это было бы очень весело. Я думаю о том, чтобы вернуться назад в постель, но передумываю. Что раздражает больше всего, так это напряжение в мускулах, и хотя я устал, все равно в данный момент хотел бы заняться легкой атлетикой – бросить ядро или пробежать с препятствиями. С наружи, должно быть, дует ветер, потому что этот старый дом скрипит и стонет, половицы движутся, будто домино, издающее быстрые шаги.
Будильник возле моей кровати показывает 3.47. На секунду я задумываюсь, какой сегодня день. Суббота. Значит, завтра в школу идти не нужно. Ночь сереет, расплывается. Я спал хорошо всего лишь три ночи, когда мы сюда добрались. Не думая, я встаю с кровати и надеваю джинсы и футболку, затем ложу атаме в задний карман и спускаюсь вниз по лестнице. Я останавливаюсь только для того, чтобы обуться, и беру ключи маминой машины с журнального столика. После я еду по темным улочкам при свете растущей луны. Я знаю, куда еду, хотя не помню, когда решил сделать это.
***
Я паркуюсь в конце заросшей дороги у дома Анны и выхожу из машины, будто бы все еще сплю. Кошмарное напряжение не покидает моих конечностей. Я даже не слышу звук собственных шагов по шаткому крыльцу, или когда пальцы обхватывают дверную ручку. Затем я вхожу и падаю.
Фойе не стало. Вместо этого я упал с около восьмифутовой высоты в пыльную холодную грязь. Несколько глубоких вдохов возвращаются назад в мои легкие, и рефлекторно я поднимаюсь на ноги, ни о чем не думая. Что за хрень? Когда мой мозг вновь включается, я теперь полусижу и сжимаю четырехглавую мышцу. Я рад, что ноги целы, но где, черт возьми, я нахожусь? Чувствую, вскоре адреналин покинет мое тело. Где бы это ни было, здесь темно и воняет. Я стараюсь вдыхать медленно, чтобы не паниковать. Здесь пахнет сыростью и гнилью. Либо здесь кто-либо умер, либо кого-то расчленили очень давно.
С этой мыслью я вытаскиваю свой нож, свое лезвие, режущее средство с защитным покрытием, пока смотрю по сторонам. Я распознаю эфирный светло-серый свет, просачивающийся из дома. Думаю, свет идет из-под пола. Теперь, когда мои глаза приспособились к свету, я вижу, что стены и пол частично в пыли, а часть из них сделаны из грубого тесаного камня. Я заставляю себя подняться по ступенькам крыльца и вхожу в дом. Как же я в конечном итоге оказался в подвале?
- Анна, - мягко проговариваю я, и земля кренится под ногами. Я стою, опираясь на стену, но ее поверхность под моей рукой не грязная. Она мягкая. И влажная. И она дышит.