Страница 53 из 60
Я почувствовал, что не могу уследить за его мыслью.
- Вы хотите сказать, что театр ее недостаточно увлек, что она оказалась там в некотором роде пленницей?
- Нет, ее-то он увлек, - сказал Хьюго. - Это я не увлекся. И потом, она внесла в него столько всякой восточной чепухи - где она только ее нахваталась!
- У вас и нахваталась, - сказал я, вложив в свой ответ всю язвительность, какую только можно выразить шепотом.
- Ничего подобного! Какие-то смутные идеи она могла у меня почерпнуть, но до такого я бы никогда не додумался.
- Так зачем же вы участвовали в пантомиме, если считали, что все это никуда не годится?
- Правильно, этого не следовало делать. Но мне не хотелось обижать _ее_. К тому же у нее как будто что-то получалось.
- Да, - сказал я. - У Анны есть творческая жилка.
- Она у обоих у вас есть - и у вас, и у Анны, - сказал Хьюго.
- Почему вы сказали это таким тоном? - спросил я.
- Просто пришло в голову. А вот я ничего в жизни не создал.
- Почему вы ликвидировали театр?
- Я его не ликвидировал. Это Анна. Она вдруг решила, что все это ни к чему, и уехала!
- Бедный Хьюго! И тогда вы отдали его ННСП?
- Да, им очень нужно было помещение, я и подумал, почему не отдать.
Мне стало жаль его. Я представил себе, как он стоит в театре, совсем один, а той, что была душой этого дома, больше нет.
- Я не знал, что у вас есть политические убеждения, - сказал я. Наверно, они родились уже после того, как мы перестали встречаться.
- В сущности, никаких политических убеждений у меня нет. Просто идеи Лефти кажутся мне честными. - В устах Хьюго это была очень высокая похвала.
- Вы с ним работаете?
- Боже упаси! Этого я не умею. Я просто даю ему деньги, вот и все.
- Завод ваш, надо полагать, по-прежнему процветает? Я случайно узнал, что парижский муниципалитет тоже в числе ваших клиентов.
- Завод? Я его продал, разве вы не знали?
- Не знал. А почему?
- Да как вам сказать, не верю я в частное предпринимательство. По-видимому, не верю. Вообще я плохо разбираюсь в этих вещах. А если сомневаешься в своем деле, то лучше бросить, вы со мной согласны? Кроме того, пока у меня был завод, я поневоле наживал деньги, а я этого не хочу. Я хочу путешествовать налегке. Иначе никогда ничего не поймешь.
- Я всю жизнь путешествую налегке, - сказал я, - но мне это никогда не помогало что-нибудь понять. А как же кино? Или это совсем другое?
- Из кино я тоже ухожу. Сейчас создается одна новая англо-французская компания, "Баунти - Белфаундер" в нее вольется. Желаю им удачи.
- Понятно, - сказал я, глубоко взволнованный, и добавил: - Но вы все равно останетесь богатым человеком, Хьюго.
- Очевидно, так. Не хочется об этом думать. Как-нибудь да разделаюсь с этими деньгами. Большую сумму дам Лефти. Вам тоже могу дать, если хотите.
- Странный вы человек, Хьюго. Откуда это внезапное стремление обнищать?
- Оно не внезапное. Раньше я просто трусил, да и руки не доходили. Я бы и сейчас, наверно, ни на что не решился, если бы не запутал свою жизнь до такой степени, что даже сам не могу это не замечать.
Я подумал об Анне.
- Вы очень измучились?
- Да, конечно. Чуть с ума не сошел. Но это не оправдывает моего безобразного поведения. Кстати, простите меня, ради бога, что я бросил трубку в тот день, когда звонил на Уэлбек-стрит. Я так удивился, услышав ваш голос, и мне стало ужасно стыдно.
Этого я не понял.
- Почему вам стало стыдно?
- Ну, знаете, я много чего натворил и еще собирался натворить. Вы обо мне слишком хорошего мнения, Джейк. Вы фантазер!
- Ш-ш! - прошипел я, и мы оба умолкли.
В коридоре послышались шаги. Я с ужасом вспомнил, где нахожусь. Тихие шаги приближались. Возможно, нас услышали, когда мы, увлекшись разговором, повысили голос. Я придвинулся вплотную к кровати, чтобы меня нельзя было увидеть от двери. А может, нас и не услышали, просто это ночная сестра делает очередной обход. Шаги замерли возле двери Хьюго, квадрат окошка потемнел. Я вдавился лицом в красное одеяло и затаил дыхание. Мне вдруг подумалось: а что, если Хьюго выдаст меня ночной сестре? Минуту я верил, что он на это способен. Но Хьюго лежал как пласт, дышал глубоко и ровно. Через минуту-другую лицо в окошке исчезло, и шаги медленно протопали к следующей двери. Я перевел дух и поднял глаза на Хьюго, собираясь с мыслями.
Я чувствовал, что мне идет хорошая карта. Хьюго настроен общительно. Теперь надо только выбрать нужные слова, и он мне все расскажет.
Нарушив молчание, я прошептал еле слышно:
- Анна бросила петь.
Хьюго помолчал, потом сухо отозвался:
- Ну и бог с ней.
Видимо, я сделал неправильный ход. Я решил выбрать более прямую дорогу.
- Хьюго, почему вам стало стыдно, когда вы позвонили туда, а я подошел к телефону?
Хьюго ответил не сразу. Он теребил свои бинты и смотрел мимо меня.
- Я дурно вел себя по отношению к ней.
- В каком смысле? - Я выдохнул этот вопрос, стараясь свести свое присутствие до минимума. Я хотел услышать монолог. Вдали передо мной мелькнула ускользающая фигура Анны.
- Приставал к ней просто безобразно, - сказал Хьюго.
- Она вас любила? - шепнул я, чувствуя, как самый воздух дрожит мелкой дрожью.
- О нет, это было безнадежное дело. Вы знаете, - добавил Хьюго, иногда мне казалось, что она неравнодушна к вам.
Все мускулы моего тела расслабились один за другим, как засыпающие зверюшки; я вытянул ноги. Задумавшись над картиной, которую вызвали к жизни слова Хьюго, я от души его пожалел. Но задумываться было некогда. Мне нужны были факты, а для раздумий потом времени хватит. Сейчас я ощущал в себе почти научную объективность.
- Почему вам так казалось? Ну, что она ко мне неравнодушна?
- Она много о вас говорила, расспрашивала меня о вас.
- Не завидую, - сказал я и мысленно улыбнулся. Хуже нет, как выслушивать от объекта своих симпатий расспросы об объекте _ее_ симпатий, если только это не вы сами.
- Меня радовало, что я мог быть ей полезен, - сказал Хьюго до противности смиренным тоном.
Внезапно меня резануло подозрение - уж не притворяется ли он.
- Когда вы ее теперь увидите? - спросил я. - Это правда, что она уезжает?
- Не знаю. Я понятия не имею о ее планах. Она как погода. Разве можно предсказать, что сделает завтра Сэди?
- Да, только вы имеете в виду Анну, - сказал я.
- Я имею в виду _Сэди_! - сказал Хьюго.
Имена обеих женщин прозвучали, как зов охотничьего рога, что эхом отзывается по всему лесу. Четкий узор в моем мозгу внезапно раскололся, и осколки разлетались во все стороны, как вспугнутые птицы.
Я встал на одно колено и придвинулся лицом к лицу Хьюго.
- О ком мы сейчас говорили?
- О Сэди, конечно. А то о ком же?
Я впился пальцами в одеяло. Мысль, повернутая в обратную сторону, уже рисовала мне совершенно новую картину.
- Хьюго, - сказал я, - ради бога, выясним все до конца.
- Тише! - сказал Хьюго. - Вы бы еще закричали.
- Кого вы любите? Которую из них?
- Сэди, - сказал Хьюго.
- Вы уверены?
- О черт! Мне ли не знать. Из-за этой женщины я терплю все муки ада! Но я думал, вы это знаете.
- Она мне говорила, - сказал я. - Да, говорила. Но я, конечно, ей не поверил. - Я отодвинулся от кровати и сжал голову руками.
- Почему "конечно"? - спросил Хьюго. - Ведь она даже пригласила вас специально для защиты от меня. Только вы сбежали. - В голосе его была горечь.
- Она заперла меня в квартире. Этого я не мог стерпеть.
- О господи! Если б она _меня_ заперла в своей квартире!
- Я не мог ей поверить, просто не мог.
- Она говорила вам, что я вел себя по-свински?
- Да что-то упоминала о том, что с вас станется к ней ворваться.
- Если это все, что она говорила, значит, она добрая женщина. Я черт знает что вытворял. Один раз вломился к ней ночью, в другой раз проник в квартиру днем, когда она была в студии, искал писем, кое-что унес. Я просто с ума по ней сходил. Говорю вам, Джейк, я целый год жил в каком-то безумии. Потому-то мне и необходимо из всего этого выпутаться и начать сначала.