Санкция на черную магию

Она была бесполезна. Картина ничего не стояла. Как и сам Ник. Разозленная и обиженная, я вытерла рукой глаза. Все было фальшивкой, даже тот поцелуй и его самоотверженная болтовня.

– Где она? – донесся голос Трента, полный решимости, и я вздохнула, держа приемник.

– В моем кармане, – сказал Ник самодовольно, и я услышала глухой звук удара об пол, тихое ругательство Ника и скрипучие звуки, когда он попытался подняться с пола.

– Это солонка, – сказал Трент, и снова донесся звук борьбы, и стало трудно расслышать Ника, но одно было совершенно понятно – он не был счастлив.

– Нет! – воскликнул Ник. – Она снова сделала это! Сука! Она снова сделала это со мной!

В суматохе предательства и расстройства я посмотрела на самодовольную Айви, в ее черных глазах светилось удовлетворение, и стали видны клыки, когда она злорадно улыбнулась.

Дженкс подлетел к ней, и они обменялись высоким «дай пять», Айви воспользовалась пальцем, чтобы не откинуть его в сторону. Пирс глубоко и облегченно выдохнул.

– Попался, крысеныш, из канализации, – сказал Дженкс, рассыпая яркую пыльцу, чтобы осветить сумку на ремне Айви. Внутри лежала статуэтка.

Я сделала вдох, потом еще один, пытаясь понять.

– Говоришь, она взяла только картину, – продолжал Трент разъяренно. – Ты взял ее, а когда не смог пробраться через ворота, выдумал эту небылицу, что выкрал статуэтку у нее.

Ник захрипел от боли, и я услышала, как что-то стукнулось о плитку.

– Как? – прошептала я, и Айви посмотрела на меня, приподняв брови и широко улыбаясь. – Когда? Ты же ни разу не коснулась его!

– Я выкрала ее, когда мы пытались пройти в кухню. Рэйчел, я не верила ему. Что бы он не взял, оно все равно было бы ценнее картины, холст которой оказался таким новым, что его можно легко свернуть в трубочку.

Я нахмурилась, подумав, что выгляжу настоящей дурой.

– И при том все еще пах маслом, – добавил Дженкс, удваивая мой позор.

– Он врал, – сказала я расстроено. – Он соврал мне. Я такая дурра.

От небольшого приемника послышался высокий голос, кричащий:

– Я не виноват!

Голос Трента заставил меня дрожать.

– Устраивайся поудобнее, Спарагмос. Я не терплю обман. Морган, по крайней мере, ценна.

Он считает меня ценной? Взгляд затуманился, и я подумала о чарах Пандоры. Так это был несчастный случай? Может, Трент просто плохо умеет колдовать.

Вдалеке послышался звук открываемой двери, и оттуда донеслись шум офисов и слова Квена:

– Ее нет, Са'ан. Это оставили на ее месте.

– Крючок для копыт, принадлежавший моему отцу… – произнес Трент, было слышно его удивление.

– Я не понимаю, – заметил Квен. – Ты потерял его…

– У Морган статуэтка, – прервав его, сказал Трент. – Спарагмос взял ее, намереваясь оставить себе, и каким-то образом Морган забрала ее. Я не понимаю, какое отношение ко всему этому имеет крючок для копыт.

Закрыв глаза, я молилась, чтобы он понял это раньше, чем пошлет Квена убить меня.

– Это будет проблемой, – произнес Квен тихо, и властно добавил, – что Рэйчел собирается с ней делать, Спарагмос?

– Отдать ее вам, ох! – вскрикнул Ник и замолчал.

Некоторое время было тихо, и я задрожала, когда Трент сказал:

– Отдайте его Джонатану. Он ему понравится.

– Эй! – сказал Ник, и я услышала, как его потащили. – Я думал, она у меня! Вы должны мне поверить!

– О, я тебе верю, – ответил Трент на некотором расстоянии от него. – Я даже знаю, что ты хотел продать ее, если бы сумел выбраться живым. Я сомневаюсь, что Рэйчел залезла в твой карман. Вероятно, это была Айви. У нее верная подруга.

Я посмотрела на Айви, ее взгляд был прикован к темной дороге.

– У меня два верных друга, – прошептала я, и крылья Дженкса загудели.

Я не хотела больше ничего слышать. Ник… Ладно, чего еще я ожидала? Теперь я могла вычеркнуть его. В смысле, я бы и так это сделала, но сейчас не осталось никаких сомнений, что он выживет. Он соврал, что я украла статуэтку. И пока я рассматривала эротическую безделушку в тусклом свете, я решила, что ничего не изменилось. Ник, возможно, работал на обе стороны, чтобы провести нас туда, но ведь это я прошла сквозь стену. Не все было фальшивкой. Мы все еще могли ударить по больному месту, и порностатуэтка привлечет больше внимания, чем поддельная картина. Трент отчаянно хочет вернуть ее. И я улыбнулась.

– Сэр, – сказал Квен, и голоса из офиса снова стали громче. – На нем жучок.

– Закройте дверь! – приказал Трент, раздались шаги по лестнице и звук захлопнувшейся двери.

– Дерьмо, – воскликнул Ник. – Рэйчел, все не так, как кажется! – выкрикнул он, но уже было слишком поздно снова врать мне.

Послышался звук борьбы и рвущейся ткани. В отдалении я услышала, как Ник тяжело вдохнул, тихо ругаясь.

– Я думаю, это именно то, чем кажется, – сказал Трент, его голос звучал очень четко. – Рэйчел, если ты слушаешь, подумай, с кем ты играешь. Верни статуэтку, или я убью тебя. Не твою мать или твоих друзей. Тебя.

Послышался хруст, и высокий, пробирающий до костей звук вернулся. В задней части автомобиля завизжали все пикси, и Дженкс топнул по кнопке выключения, прижав руки к ушам и опустив крылья на спину.

– Вернуть – это именно то, что я собираюсь сделать, мистер Каламак, – прошептала я, кинув приемник в сумку Айви и вытащив статуэтку. Она была небольшой, но тяжелой.

Айви сбросила скорость, свернув вправо, и я уперлась рукой в приборную панель.

– Мы возле реки, – сказала она, и я почувствовала укол страха. «Почему мы остановились?»

– Эй, эй, эй, – сказала я, когда она свернула в парк. – Мы не бросим мамину машину и не сбежим отсюда, Айви.

Собаки. У Трента есть собаки. Я украла у него что-то, а он не погнался за мной. Сейчас новолуние. Ночь охоты. Но никто не послушал меня. И пока я сидела испуганная, Айви вышла из машины, и за ней быстро последовал Пирс.

– Я не выйду из машины! – крикнула я, мои руки сильнее сжались на статуэтке. – Айви, у него есть собаки! Я не хочу, чтобы меня растерзали на части чертовы собаки!

Пирс наклонился ко мне, взял меня за руку, и вытащил в темноту. Я стояла и прислушивалась к ветру, ища признаки собак, бегущих по опавшим листьям. «Не нравится мне все это, ох как не нравится».

Гравий заскрипел под ногами Айви, когда она с хлопком закрыла дверь и повернулась к отдаленному свету города.

– Что будем делать? – спросила она, пристегивая сумку обратно на ремень.

– Сядем в машину и уедем отсюда!

Айви отрицательно качнула головой.

– Дорога уже заблокирована. Мы заканчиваем эту работу или как? – напомнила она, и я заставила себя успокоиться, посмотрев на уродливую статуэтку у себя в руках.

Вспомнив о собаках, я задрожала в прохладе ночи, но, несмотря на это, во мне появилась уверенность. У меня теперь всегда есть убежище в Безвременье. Все, что мне нужно, это лишь найти линию. И даже лучше, я знала, что мои предчувствия о Нике оправдались. Лишь мое сердце было помехой. Я не должна чувствовать угрызения совести за то, что ненавижу его. На самом деле… мне даже нравилось это чувство.

– Рэйч? Так мы идем? – спросил Дженкс, пока его дети гонялись за летучими мышами над рекой.

Я улыбнулась ему, положив статуэтку в сумку на ремне и застегнув ее.

– Да, – сказала я, и они оба расслабились. – Мы получили то, что нам нужно, – сказала я, быстро добавив, – и хотя все пошло не так, как я планировала, мы достали кое-что получше картины. Предлагаю забыть о долбодятле и закончить работу. Если Ник проговорится, будет даже лучше.

– Да! – крикнул Дженкс, взорвавшись яркой пыльцой.

Продолжая прислушиваться к собакам, я повернулась к Айви.

– Можешь забрать документы у Дэвида, чтобы дело перешло под юрисдикцию ФВБ? – спросила я. – Я собиралась сделать это, но сейчас не могу вернуться в город, пока мы не вернули статуэтку.

– Сделаю, – сказала она, поворачиваясь к освещенному ночными огнями Цинциннати. – А ты куда?