Страница 3 из 82
Как оказалось, сегодня у мамы были хорошие новости. В понедельник в компании отца состоится большое собрание. Мама с папой считают, что его ждет повышение, так как папин отдел «Ай-Би-Эм» последнее время функционировал очень успешно (по стандартам «Ай-Би-Эм» «деньги не растранжирены»). Она сказала, что будет держать меня в курсе.
Сьюзан скотчем наклеила на двери спален каждого из нас распечатанные на лазерном принтере записки, напоминающие об акционерной вечеринке в нынешний четверг («АкцТус'93»), — тонкий намёк, имевший целью воздействовать на наше подсознание и побудить нас прибраться в доме. Большинство из нас работают в Седьмом Здании; суматоха перед сдачей отчетов Стала причиной жестокого сбоя в расписании уборок.
Сьюзан 26 лет, она работает в «Мак Эппликейшнз». Если бы Сьюзан была участником программы «Своя игра», список ее желанных тем был бы следующим:
• Язык «Ассемблер 680X0».
• Кошки.
• Группы со стрижками ранних 80-х.
• «Мой тайный роман с Робом из группы „Эксель“».
• Рекламные лозунги Америки.
• Сюжетные линии «Обезьян».
• Смерть «Ай-Би-Эм».
Сьюзан — отродье «Ай-Би-Эм» и отчаянно ненавидит эту компанию. Она инкриминирует ей свою загубленную молодость: начальство восемь раз переводило семью Сьюзан из одного города в другой еще до окончания ею школы; а кульминацией стало то, что в прошлом году во время волны реорганизации компания турнула ее отца. Так что, по её мнению, нет ничего слишком ужасного, что может произойти с компанией «Ай-Би-Эм». Один ее друг, графический дизайнер, сделал футболки с надписью: «"Ай-Би-Эм": слаба, как котенок, тупа, как набор молотков», Мы все их носим. Я подарил одну из них отцу на прошлое Рождество, но его реакция была невысокой по шкале «хихи-метра». (Сам я не являюсь выродком «Ай-Би-Эм»: отец преподавал в Университете Западного Вашингтона до тех пор, пока гудок промышленности не заманил его а Пало-Альто в 1985-м. Это было очень свойственно 80-м годам.)
Сьюзен — настоящая кодировочная машина. Но ее способности тратятся совершенно впустую — на переработку старого кода во что-то новое типа норвежской версии «Макинтош Уорд 5.8». Мораль работы Сьюзан как нельзя лучше суммирует мораль работы всех остальных сотрудников «Майкрософт», которых я встречал. Если вспомнить ее философию из разговора с младшей сестрой пару выходных назад, то она звучит приблизительно так:
— Никогда у нас в мыслях не было: «Мы делаем это на благо общества». Но мы всегда испытывали интеллектуальную гордость, выставляя новый продукт и зарабатывая на нем деньги. Если бы цель поставить компьютер на каждый рабочий стол и в каждый дом не приносила денег, мы бы к ней и не стремились.
Это резюмирует взгляды большинства работников «Майкрософта», которых я знаю.
«Майкрософт», как и любой другой офис, — полигон престижа. Вот беглый обзор:
• Прибыльные проекты несказанно выше, по шкале престижа, чем проекты неудачников (т. е. чуть менее выгодные).
• «Майкрософт эт Уорк» (Цифровой Офис) на сегодняшний день наикрутейший. Более 500 компаний пускают слюни, желая заполучить ЦО, потому что он даст им возможность сократить количество своих работников на миллионы. Дело в том, что ЦО позволяет вам управлять факсом, телефоном, копировальной, машиной — всем офисным оборудованием — со своего ПК.
• Дойные коровы типа «Уорд» выгодны, но не считаются передовыми.
• Работать в самом Городке более престижно, чем быть высланным в какую-нибудь заГородную Сибирь.
• Иметь в своем офисе управляемое «Пентиумом» аппаратное обеспечение (напичканное по самую рукоятку) престижнее, чем иметь жужжащие 486-е.
• Иметь технические познания очень престижно.
• Быть архитектором тоже очень престижно.
• Иметь околобилловые связи очень, очень стильно.
• Сдать свой продукт вовремя — это, наверное, самое крутое (вставьте здесь волну тревоги). Если ты отчитываешься в срок, то получаешь награду «Сдал!»: 12х15х1-дюймовую люцитовую плиту, но ты должен притвориться, что в этом нет ничего особенного. У Майкла есть награда «Сдал!», и мы неоднократно пытались уничтожить ее всяческими способами: при помощи паяльника, бросая ее с веранды, подвергая воздействию ацетона в надежде растворить… Ничего не сработало. Она настолько вечна, что даже страшно.
Зарисовки соседей по дому:
Во-первых, Эйб. Если бы Эйб был участником программы «Своя игра», семью темами его мечты были бы:
• Язык «Интел ассемблер».
• Оптовые закупки.
• C++.
• Интроверсия.
• «Я люблю свой аквариум»
• Как иметь миллионы долларов и не позволить этому никоим образом влиять на вашу жизнь.
• Грязное белье.
Эйб в нашем доме что-то вроде банкира из игры «Монополия». Он собирает наши ежемесячные чеки для домовладельца, по $235 с носа. У этого человека миллионы, а он снимает комнату! Он живет в этом совместном доме с 1984-го, когда его наняли прямиком из МТИ (Массачусетский Технологический институт). Остальные из нас пробыли здесь в среднем около восьми месяцев каждый. После десяти лет написания кодов Эйб до сих пор не выказывает никаких признаков наличия жизни. Кажется, он вполне доволен тем, что через четыре месяца ему исполняется 30, а за его именем не стоит ничего, кроме многообразия классной потребительской электроники и коробок продуктов «Костко», купленных в кутерьме распродаж «Костко» («Десять тысяч соломинок! Только подумайте, всего $10, и больше никогда не придется покупать соломинки!»). Эти продукты опоясывают стены его комнаты, создавая атмосферу бомбоубежища.
Дополнительная подробность: все мониторы Эйба заляпаны пятнами от чихания. Скорее всего он мог бы себе позволить купить 24 бутылки «Уиндекс».
Следующий — Тодд. Вот семь тем, которые выбрал бы Тодд в программе «Своя игра»:
• Твое тело — твой храм.
• Бейсболки.
• Блюда, приготовленные из разных сочетаний продуктов «Костко».
• Фанатично религиозные родители.
• Частый и бессмысленный секс.
• Пристрастие к играм «Сега Джинезш»
• «Супра»
Тодд работает тестером вместе со мной. Он очень молод — всего 22 года, — какими, впрочем, были когда-то и все работники «Майкрософта». Сферы его интересов ограничены девочками, проверкой кодов на дефекты, «суп-рой» и собственным телом, которое он фанатично совершенствует в качалке спортивного клуба и кормит кесадиллами с арахисовым маслом, бананами и протеиновыми напитками.
В историческом отношении Тодд стерилен. Он ничего не знает о прошлом, да и не хочет знать. Он читает журнал «Автомобиль и водитель» и вынужден сносить по три звонка от родителей в неделю, которые считают, что компьютеры — это «Исчадие Ада», и пытаются убедить его вернуться домой в Порт-Анджелес и договорить с молодежным пастором.
Тодд самый забавный из всех членов дома, потому что живет исключительно на порывах, при полном отсутствии размышлений. Кроме; того, он единственный соседушка, у которого постоянно есть чистое белье. В кризисной ситуации у Тодда всегда можно одолжить незапачканную рубашку.
Баг Барбекю: семью его вожделенными темами в «Своей игре» были бы:
• Ожесточение.
• Ностальгия по ксероксу «ПАРК».
• Продукция «Макинтош».
• Еще раз ожесточение.
• Друзья — психи и неудачники.
• Джаз.
• И снова ожесточение.
Баг Барбекю — Самый Ожесточенный Человек в Мире. Он (о чем говорит само его имя: «Bug» — дефект, недостаток; одержимость, мания) работает вместе со мной тестером в Седьмом Здании. Фактор наличия у него жизни очень близок к нулю. Его комната самая маленькая и самая темная в доме, там он хранит две свои маленькие святыни: первый компьютер «Синклер ZX-81» и супермодель Элли Макферсон. Господи, она сошла бы с ума, если бы увидела сотни маленьких фотографий, монеток, свечей и записочек.