Страница 51 из 76
— Миссис Уинтроп! Лорд Каслроз!
Зрение Лили потихоньку прояснилось, глаза вновь стали осмысленными. Она осознала, что по-прежнему трется всем телом о Найта, без слов умоляя его продолжать дерзкие ласки.
И жалобно всхлипнула.
Найт понял и медленно провел ладонями по ее рукам, вверх и вниз.
— Лили, прости меня, прости. Дорогая, с тобой все в порядке? Черт возьми, мне очень-очень жаль, ты была так близка.
Близка к тому, чтобы испытать то жгучее блаженство, которое он уже дарил ей когда-то.
Лили в конце концов подчинила своей воле непослушное тело, заставив его не двигаться, ощущая едва ли не боль между ногами. Голова упала на его плечо. Найт оттянул ее от дерева, погладил по спине, повторяя снова и снова:
— Прости, милая, прости. Господи, мне так жаль оставлять тебя в этом состоянии.
Он назвал ее милой. Это звучало великолепно!
— Миссис Уинтроп!
Лили подняла голову, прислушалась и все поняла:
— Кто нас зовет? О, это Джон. Что-то случилось… о нет, неужели дети? Господи…
— Тише, Лили, молчи и стой спокойно. Найт быстро привел в порядок одежду, ее и свою. Времени искать сброшенную куртку не было. Найт взглянул в лицо Лили, но смог увидеть лишь следы былой страсти, почти исчезнувшей, скрытой, но горевшей где-то глубоко, для него, только для него одного.
Найт набрал в грудь воздуха и, нежно улыбнувшись Лили, легко коснулся кончиками пальцев ее губ, сразу почувствовав трепетный отклик.
— Мы здесь, Джон, — откликнулся он. Джон не считал себя особенно искушенным молодым человеком, но и глупым его назвать было нельзя. В данный момент он чувствовал себя последним болваном и был смущен донельзя. Но уйти тоже не мог.
— Мадам, — выдавил он, судорожно сглатывая, так что адамово яблоко ходило ходуном, — Сэм. Он чистил стойло, и лошадь лягнула его. Нога вывихнута, но не сломана. Найт быстро сжал руку Лили:
— Тромбин, надеюсь, послал за доктором?
— Да, милорд. Пожалуйста, не пугайтесь, миссис Уинтроп. Я осмотрел его, и поверьте, ничего серьезного. С Сэмом все в порядке, но он зовет вас и его светлость.
— Да, да, я иду. А, где Вайолет?
— Мы сейчас будем, Джон, — сказал Найт тоном, ясно говорившим, что гувернер может удалиться. Джон кивнул и пришпорил коня.
— Все будет хорошо, Лили. Это простой вывих. Он ведь мальчик, а эти сорванцы всегда вытворяют глупости.
Найт видел, что Лили вне себя от волнения, но хуже всего, что тревога за Сэма смешивалась с ужасным сознанием того, что она вновь позволила этому человеку довести себя до безумия… когда малыш лежал на земле и плакал от боли.
Найт понял, что именно стыд смыл все краски с побледневшего лица девушки, и, схватив ее за плечи, встряхнул:
— Прекрати! Ты ни в чем не виновата! Не могла же ты приказать лошади не лягать Сэма? Успокойся. Ты нужна мальчику.
Лили, глубоко вздохнув, взглянула ему прямо в глаза:
— Ты прав. Спасибо.
Он опустил руки и улыбнулся. Лили отошла подальше, скручивая на ходу волосы в узел, только сейчас поняв, что у нее не осталось шпилек. Раздраженно вздохнув, она спрятала волосы под воротник и продолжала идти, пока не отыскала шляпку.
«Я припер тебя к стенке. Лили, — подумал он. — Бесись сколько хочешь, все равно ничего не выйдет. Теперь ты моя».
Глава 17
Монк громко, отрывисто захохотал и мгновенно взвыл от боли.
— О, Монк, лежи ты спокойно, ведь рана еще не зажила!
— Это верно, Бой.
Монк позволил приятелю снова уложить его на грязные подушки и вздохнул:
— Но мне понравилось то, что ты придумал. Нужно нанять кого-нибудь из этих проклятых адвокатишек, пусть поможет заполучить сверкалки назад. Да, это ты ловко сообразил. Пошлем малого к его чертовой светлости с предложением.
— Какое-нибудь тощее чучело, — протянул Бой, заранее представив воображаемого адвоката, — С огромной черной кастрюлей на голове и таким выговором, что дьявол не разберет.
— Мы заполучим сверкалочки. Бой, говорю тебе, заполучим. Еще несколько дней, и я снова буду на ногах. И уж тогда его чертовой светлости не сдобровать!
— Уж очень глубокая рана, Монк. Не меньше, чем три дня, так сказал проклятый доктор.
— Он подстроил засаду, — прошипел Монк, не обращая внимания на сообщника. — А мы, как дураки, попались в ловушку.
— Кто? Что?
— Виконт, — пояснил Монк уже более терпеливо, поскольку во всем зависел от Боя, кормившего, поившего его все эти дни, да еще успевавшего менять повязки. Глаза его сузились, но не только при мысли о мести. Его тошнило от вони собственного тела. Комната была маленькой, а единственное окошко наглухо забито гвоздями.
— Не врежь ты ему, он и его дружок наверняка прикончили бы нас.
Бой остался доволен этой, хотя И не очень искренней похвалой.
— Ну да, с колючками я никогда не умел управляться, — скромно пробормотал он.
— Это точно, настоящий чертов осел, такой же неповоротливый.
Даже не сумеешь ранить человека как следует. Но я пришпилю его милость его же собственной колючкой раз и навсегда. Дай-ка мне стилет, Бой. Да, прекрасной работы вещичка, правда?
— Мы прикончим его светлость, не сомневайся, Монк.
— Точно, — снова согласился Монк, не сводя глаз с узкого тонкого серебряного клинка.
— Но знаешь, он мне по душе пришелся. Храбрый парень, настоящий молодец и дерется здорово. Это верно, но все-таки я выпущу ему . кишки.
Бой попытался улыбнуться, решил, что это неуместно, и вместо этого опрокинул стакан прокисшего эля.
— Ты такой мужественный, родной мой.! Не волнуйся, я тебя не оставлю, Сэм.
Лили почувствовала, как маленькая ладошка сжала ее пальцы.
— Еще несколько минут, дорогой, и доктор Мамфрис даст тебе твой любимый леденец.
— Лакрицу, мама?
— Лакрицу, — твердо пообещала Лили. Сэм подавил готовый вырваться стон и прикусил губу.
— Ничего, дорогой, можешь кричать, как угодно громко. Я бы давно уже орала.
— Но ты девочка, мама, — рассудительно заметил Сэм. — Мальчики не могут ныть и мяукать, как кошки.
Найт ухмыльнулся, задавшись вопросом, могут ли звуки, которые он издавал, лаская Лили, быть названы мяукающими.
— Можешь стонать, — разрешил он. — Это вполне по-мужски, не сомневайся. Только на прошлой неделе я охал так громко, что весь дом слышал.
— Когда те грабители напали на вас? Лили облегченно вздохнула. Наконец-то Найт ухитрился отвлечь внимание мальчика! Она слегка подвинулась, чтобы Найт смог сесть рядом с Сэмом, увидела, как тот взял его за руку, услышала завораживающий голос и поняла, что ребенок постепенно успокаивается и вслушивается в его слова.
…. — Тогда, к несчастью для меня, другой малый, по имени Бой, выстрелил и почти попал. Я отклонился, но недостаточно быстро. Потом Джулиан Сен-Клер поспешил на помощь, и эта гнусная парочка скрылась. Ну вот, Сэм, правильно, хороший душераздирающий стон не помешает. Прекрасно, мне очень понравился звук. Кстати, доктор Мамфрис уже все закончил.
— Но что насчет Монка? Того, которого вы проткнули шпагой?
— Неизвестно. Вот узнаю и расскажу, обещаю тебе, мой мальчик.
На доктора Мамфриса, человека в графстве нового, виконт произвел огромное впечатление, хотя доктор не совсем понял, откуда взялись эти трое детей, называющие матерью красивую молодую женщину" — Но решив, что это в сущности не его дело, улыбнулся Сэму и сказал:
— Ты просто молодец, мой мальчик. С такими приятно иметь дело. Ну а теперь придется полежать не меньше недели, иначе будет очень плохо. Вот тебе лимонад с несколькими каплями настойки опия. Выпей.
Мальчик, слишком измученный, чтобы протестовать, открыл рот. Через пять минут он уже спал. Лили улыбнулась доктору и в двадцатый раз поблагодарила его.
— Он будет спать, как дья… то есть очень крепко, поспешно поправился тот.
— С ним вправду ничего серьезного, сэр? Найт увидел побелевшее личико Тео, прислонившегося к стене в коридоре. У мальчика был такой встревоженный вид, что, казалось, он вот-вот потеряет сознание, и Найт поспешно заверил: