Страница 63 из 211
Уродливые лица длинноголовых мелькали меж деревьями, огни факелов разгоняли сумрак, воздух дрожал от воинственных воплей. Вансен уже намеревался вытащить из ножен меч, но тут ветка хлестнула его по лицу так сильно, что едва не вышибла из седла. Капитану пришлось еще ниже пригнуться к шее лошади и сосредоточиться на дороге. От Баррика и Джаира его отделяло всего несколько ярдов. Но лошадь из страны теней значительно превосходила его коня и силой, и размерами. Несмотря на то что темной кобыле приходилось нести на себе двух седоков, она вырвалась вперед. Вансен отчаянно пришпоривал своего скакуна, не желая оставаться в одиночестве посреди враждебного сумрака.
Через несколько мгновений капитан с ужасом убедился, что преследователи ухитрились его опередить — факелы мелькали уже в маленькой рощице у самого подножия холма. Длинноголовые выходили из-за деревьев. Как ни странно, лошади Баррика они словно не замечали, явно намереваясь преградить путь жеребцу Вансена. Капитан вцепился в рукоять меча, умоляя богов ниспослать его клинку разящую силу. Как видно, повелитель Небес Перин услышал его молитву: сверкающее лезвие рассекло воздух и обрушилось на голову ближайшего преследователя.
Меч вошел в череп с таким трудом, словно голова чудища была каменной. Длинноголовый упал, выпустив из рук факел. Перед Вансеном с устрашающим воплем возник еще один враг. Однако серый конь, закаленный в сражениях, смело двинулся на длинноголового и сшиб его с ног. До Вансена донесся отвратительный хруст костей под лошадиными копытами. Путь снова был свободен. Изломанная линия факелов осталась сзади, и Вансен помчался во весь опор, стараясь нагнать своих спутников.
Он уже почти спустился вниз, лошадь продиралась сквозь заросли кустарника не обращая внимания на колючки, царапавшие ее шкуру. Спасительная долина, над которой серел прямоугольник сумрачного неба, была совсем близко. Оглянувшись назад, Вансен убедился, что от факелов его отделяет не менее дюжины шагов и это расстояние увеличивается. Капитан собирался окликнуть Баррика, как вдруг увидел огни в дальнем конце долины. Казалось, на землю упало несколько десятков горящих звезд.
— Ловушка! — возопил Вансен. — Мы попали в ловушку!
Капитан гвардейцев знал, что Баррик не придержит лошадь и даже не обернется, если Джаир не разрешит ему. Оставалось лишь надеяться, что отряд длинноголовых не особенно велик и силен и Вансен со спутниками сумеют дать им отпор и прорваться к вожделенной реке.
Расстояние в сотню ярдов, разделяющее всадников и длинноголовых, неуклонно сокращалось.
«У этих тварей не только луженые глотки, но и много хитрости», — отметил про себя Вансен.
Судя по всему, длинноголовые окопались и выжидали, пока добыча помчится прямо на них. Огни факелов взметнулись в воздух — видимо, сумеречные твари бросали их в сторону всадников. Воинственные вопли так резали уши, что Вансен боялся оглохнуть.
Огни были уже совсем близко, и Вансен разглядел, что за каждым из факельщиков стоит три-четыре длинноголовых. Лошадь Баррика на всем скаку врезалась в темную массу; сквозь визг и завывания врагов до него долетел гневный голос принца. Мгновение спустя преследователи окружили лошадь капитана гвардейцев. Он без устали размахивал мечом, разя все, что вопило и двигалось.
У некоторых длинноголовых были щиты. Вансену удалось продвинуться всего на несколько шагов, и тут же враги потеснили его обратно. Его меч звенел, скрещиваясь с бесчисленными клинками, наставленными на него со всех сторон. Капитан разглядел, что у противников нет ни мечей, ни копий, однако каждый имел на вооружении боевой топор, короткую пику или дубинку. Одно из этих созданий, оглушительно заверещав, метнуло свою дубинку в капитана. Вансен отразил удар мечом, но при этом потерял равновесие и едва не вылетел из седла.
Осознав, что к реке не прорваться, Феррас Вансен судорожно вцепился в поводья. Лошадь испуганно заржала и подалась назад. Капитан озирался по сторонам, отыскивая способ вырваться из окружения. Но длинноголовые, чьи уродливые силуэты смутно угадывались во мраке, заполонили долину.
«Где принц?» — с содроганием спрашивал себя капитан.
Разглядеть что-нибудь в этом хаосе не представлялось возможным. Скорее всего, враги уже стащили принца с лошади. Но может быть, Баррику и Джаиру все же удалось прорваться к реке?
В следующее мгновение Вансен увидел сумеречного воина: нанося сокрушительные удары, тот защищал Баррика от наседавшей со всех сторон своры длинноголовых. Удивительной лошади нигде не было видно — вероятно, она погибла или умчалась прочь, оставив седоков на произвол судьбы. Вансен вонзил шпоры в бока своего скакуна и двинулся на выручку принцу и воину страны теней. Только тут он вспомнил, что за спиной у него сидит ворон, который напомнил о своем существовании испуганным карканьем.
«Если мне предстоит погибнуть, птице нет необходимости разделять мою участь», — решил Вансен.
Схватив тяжелого, неуклюжего ворона, он швырнул его в заросли, темневшие у воды.
Воинственные крики, сотрясавшие воздух, сделались еще громче — из леса на открытое пространство долины вырвался новый отряд размахивавших факелами длинноголовых. Чудовищно непропорциональные силуэты, резкие изломанные движения — все это казалось видением из страшного сна.
Вансену все-таки удалось прорваться к своим спутникам. Баррик поднял на него остекленевшие, невидящие глаза. Джаир, чей меч покраснел от крови, даже не повернул головы, отражая натиск врагов.
— Мы окружены со всех сторон! — крикнул Вансен, с трудом сдерживая охваченного паникой жеребца, норовившего встать на дыбы.
Длинноголовые, вышедшие из леса, явно не считали нужным торопиться, однако они с каждой минутой приближались. Вансен и его спутники оказались в центре неумолимо сужавшегося круга. Капитан напрасно искал в рядах неприятеля хоть какую-то брешь. Охотники знали свое дело и не собирались давать добыче ни малейшего шанса.
Численное превосходство врагов казалось подавляющим — их было не меньше пятидесяти. Вансен понял, что ему остается один лишь выход: умереть в бою. Он не собирался покорно ждать, пока его заколют, как измученного вепря, окруженного беспощадными охотниками.
Вдруг он с недоумением осознал, что враги остановились. Вместо того чтобы наброситься на добычу, длинноголовые взирали на попавшую в окружение троицу с холодным любопытством. Маленькие глазки посверкивали под выступающими бровями, открывались и закрывались беззубые рты, как у выброшенных на берег рыб. Два разведчика, которых Джаир убил прошлой ночью, были вооружены и одеты куда лучше, чем их собратья. В большинстве своем длинноголовые сжимали в руках неуклюжие дубинки, одеждой им служили жалкие лохмотья, обрывки кольчуги кожи. Впрочем, этих тварей было так много, что с тремя противниками они справились бы и голыми руками.
Впервые на памяти Вансена Джаир, воин сумеречного племени, показал, что способен объясняться не только мысленно. Он издал звук, отдаленно похожий на предостерегающее шипение змеи. Звук этот оказался таким громким, что перекрыл неумолчное бормотание длинноголовых. Джаир угрожающе вскинул меч. Вансен понял, что он намерен дорого продать свою жизнь и унести с собой как можно больше врагов. В том, что воин из страны теней выполнит свое намерение, капитан королевских гвардейцев не сомневался. Не сомневался он и в том, что в конце концов бесстрашный Джаир будет повержен и убит. Та же участь ожидала принца Баррика и самого Ферраса Вансена.
— Джаир, не надо! — что есть мочи закричал капитан. — Баррик, остановите его! Похоже, они не собираются нас убивать!
Безликий воин сделал шаг вперед. Вансен протянул руку и схватил его за воротник плаща. Джаир Штормовой Фонарь обладал поистине невероятной силой, ибо, пытаясь освободиться от хватки Вансена, едва не вытащил капитана из седла.
— Опомнись, безумец! — прошипел Вансен, не разжимая пальцев. — Ты погубишь себя и нас! Разве ты не видишь — они не собираются нас убивать.