Страница 35 из 41
Где вы проводите больше всего времени?
— Скорее всего на природе.
Вам понравилось сниматься в кино?
— Нормально, но не могу сказать, что пришел в восторг. Для перемены обстановки съемки в самый раз.
Вас раздражает, когда люди сомневаются в вашей ориентации?
— Почему меня это должно раздражать? У меня есть поклонники и поклонницы с разной ориентацией. Поэтому пусть те, кому нравится думать так, думают так. Почему бы и нет. Могу привести пример той же Мадонны. Она никогда не парилась по этому поводу. Обратите внимание на ее творчество, там это очень хорошо видно. Та же Бритни Спирс или всемирно известная Перис Хилтон, им глубоко насрать, что думают другие. Последняя вообще не парится, то ее с какой-то теткой находят, то она замуж собирается.
Об этом задумываться даже не надо. Я звезда, и слухи должны быть всякие. Иначе, что же я за артист, если я не смогу понравиться моим поклонницам нетрадиционной ориентации.
У меня очень много друзей разной ориентации, почему я их должен не любить, не уважать или не ценить?! В чем они виноваты, я не понимаю.
Я нормально отношусь, я всех поддерживаю, я всех люблю и уважаю, я всех прекрасно понимаю, потом в шоу-бизнесе это вообще никому не интересно и никого теперь не волнует. Это вчерашний день.
У вас еще будут дети?
— Я так надеюсь, что у меня будет еще не один ребенок. Хотелось бы пятерочку еще сделать.
Что делаете в пробках?
— Сплю, говорю по телефону, записываю мысли, ругаюсь, всегда по-разному. Кстати, часть этой книги была написана в пробке.
Для вас существует табу, которые нарушать нельзя?
— Не убей, не укради, не обмани.
Приходилось ли вам поступаться принципами?
— Много раз приходилось переступать через себя, ради творчества.
Вы боитесь смерти?
— Я просто не думаю о ней. Сам до конца не понимаю, боюсь я смерть или нет. Но знаю точно, что очень опасаюсь смерти близких людей. Мне хочется, чтобы подольше жили родители, близкие, родственники. Хочется как можно меньше смертей, потому что их очень много было в моей жизни.
Очень хочется расслабиться, выдохнуть и хорошо пожить, красиво.
Популярность облегчает вам жизнь?
— Мне?! Что-то я не очень замечаю, что бы что-то кардинально изменилось с тех пор, как я стал безумно популярным. Я даже подвал в 20 метров не могу допроситься, чтоб мне дали.
Вот, например, Арина Крамер по периметру всего дома забрала все подвалы, скупила их, сделала ремонт, покрыв все мрамором. А я, абсолютный чемпион Европы, чемпион мира, легенда моды, почетный профессор национального университета культуры, мега-суперзвезда, секс-символ эпохи, король гламура, фэшн-король, 4-кратный обладатель премии «Овация» никак не могу место под своей квартирой выкупить!
Столько титулов, весь мир у моих ног, а толку — ноль. А Арине Крамер, ей можно, по периметру всего дома. Она километров пять забрала, просто мама не горюй. Не популярным, известным народным надо быть, а таким, как Арина Крамер. Она имела все правительство, е…а их в во все места, и все, что ей надо, она сделала. При этом никому и ничего не должна. Я считаю, что Арина Крамер — молодец.
Какие украшение вы любите?
— Разные, потому что красивые люди должны не бояться быть яркими. Одно колечко за всю жизнь — это не про меня.
Или бывают часто случаи, что как себе покупают к свадьбе одно кольцо, обручаются, а потом всю жизнь только его и носят. Да на х…я мне такая жизнь нужна, я хочу много всего. Раз уж живу один раз. И людям хочу дарить кольца, серьги, и такие подарки хочу получать сам. Почему нет-то?! Не надо быть убогими, надо украшать собой весь мир, а не засорять собой всю планету.
Вы когда-нибудь пробовали наркотики?
— Нет, не пробовал. Мне это не интересно. Это не мое.
Сколько у вас было пластических операций?
— Это никого не е…т.
Будут ли еще?
— Это тоже никого не беспокоит, не волнует. У меня все натурально, естественно, не реально. Вообще естественная красота — это мое.
Вы посуду часто моете?
— Бывает.
Нарощенные волосы — это модно?
— Нарощенные волосы — это неизбежно. Потому что есть такие люди, которые пока вообще без волос благодаря наращиванию не останутся, не поймут, что это вредно и плохо, что нельзя наращивать. Разъяснять им это бесполезно.
Без чего нельзя выходить из дома?
— Без парфюма точно нельзя, без зонта желательно не выходить, без каких-то теплых вещей. Лучше выходить из дома сытым, положить с собой в дорожку яблочко или что-нибудь еще такое вкусненькое, мало ли что.
У вас есть косметичка?
— Конечно, и не одна. У меня есть косметичка с кремами, есть с декоративной косметикой, есть с разными наборами. Необходимого минимума у меня нет. Для меня минимум — это максимум.
О чем вы мечтаете?
— Чтобы не было войны. Очень мои дедушка, бабушка и старшие родственники намучились из-за войны. Это передалось и мне.
Очень не хочется, чтобы была война. Но постоянно между собой политики что-то делят. Сейчас вообще война превратилась в модный бизнес. Это странно, хотя и говорят, что уже ничего странного не осталось. Хотелось бы, чтобы модным бизнесом опять стал фэшн, музыка, спорт, но никак не война.
У вас бывает такое ощущение, что абсолютно нечего надеть?
— У меня гардеробная в несколько километров, но постоянно нечего надеть. Все время мучаюсь.
Для чего вы застраховали руки?
— Потому что я профессионал в своем деле и они очень дорого стоят.
Назовите трех дизайнеров, которые, по-вашему, являются великими?
— Коко Шанель, Коко Шанель и Коко Шанель.
В чем смысл жизни?
— В любви. В любви к ближним, в любви к родным, в любви к детям, к родителям. Колоссальный смысл в продолжении рода.
Как, по-вашему, скромность — это важное качество?
— Сейчас не модно быть скромным. Это не актуально. Скромные люди сейчас даже не на втором, а на каком-то сто восьмом плане. Они сейчас не выживают. Настало время, когда надо знать, где быть скромным, а где не быть скромным.
С кем вы хотели бы спеть дуэтом?
— Не знаю, я очень самостоятельная и самодостаточная личность и звезда. Мне париться и записывать дуэты особо не надо. Я дуэты устраиваю только для того, чтобы помогать молодым артистам. Разные люди же мечтают хоть попробовать засветиться, пробиться. И если я поверил, что это действительно искренняя мечта, то могу помочь.
Совсем недавно я помог раскрутиться Кристине Свешниковой. Сейчас я взялся помогать в принципе никому не известной девушке с Украины. Это секси Леся из программы «Звезда в кубе». Я делаю для нее что-то совершенно бескорыстно.
В мире моды много помогал и помогаю людям. Поэтому мне, наверное, столько и дано.
При разговоре с девушкой вы чаще всего смотрите в глаза или на грудь?
— Я как-то не обращаю внимания, на что я смотрю. Это зависит от самой девушки. Куда нравится, туда и смотрю.
Вы счастливы?
— Я думаю, что я один из самых счастливых людей в мире. Я это осознаю и, кстати, во многом поэтому понимаю, отчего ко мне столько зависти. Если в принципе взять и разложить меня по полочкам, то получится, что я: молодой, красивый, неземной, сексуальный, с харизмой. Тут есть просто все, что надо, хоть сам себе завидуй.
Конечно, это всегда вызывало и будет вызывать зависть. Это всегда всех раздражало, это плющило всех завистников.
Как отразился на нас кризис?
— Когда был переполох в стране и многие артисты вообще лишились работы, я продолжал активно гастролировать. Я был колоссально востребован, и мне ничего и нигде не препятствовало. На этих гастролях я заметил интересную закономерность: в какой бы город я ни приезжал, в каком бы номере ни останавливался, мне всегда говорили, что это был номер Иосифа Давыдовича Кобзона, или что здесь останавливался президент, либо это был номер Аллы. Получалось, что я как бы следовал по пятам этих великих людей. Это всегда подстегивало меня, представляете, мальчик, условно говоря, из глубинки, родился в месте, которое даже на карте не обозначено, но достиг таких высот, на которых живут эти, в прямом смысле, небожители. При этом я никогда не загадывал и ничего особенного не ожидал, ничего никогда не планировал, просто нереально много работал и добился всего сам, своим трудом.