Страница 19 из 30
7* Майзельс Евгений Николаевич (1906-1969), к.т.н. (1965). В «сто восьмом» работал с августа 1944 г. нача,ьникомлаборатории антенно-фидерных ycmpoiicnw, Одш1 из пионеров освоения трехсантиметрового диапазона СВЧ-колебаний. В 1946 г. заместителем начальника лаборатории антенно-фидерных устройств стал Я.Н. Фельд, защитивший вскоре докторскую диссертацию. Е.Н. Майзельс не возражал против назначения Я.Н. Фельда как сотрудника, теоретически более подготовленного, начальником этой лаборатории, а сам перешел на до,жность ведущего инженера лаборатории № 12. Работа по измерению диаграмм рассеяния тел различной форуш могла стать, по ею предположению, одной из последних его работ в «сто восьмом». Так и случилось: вскоре после защиты кандидатской диссертации он скончался от разрыва мочевого пузыря.
Д.т.н., профессор Яков Наумович Фельд (1912-1996).
Визитная карточка П.Я. Уфимцева.
Записка П.Я. Уфимцева Я.Н. Фельду (1992).
Ходатайство пришло. Сначала – в ИРЭ, оттуда – в Президиум АН СССР.
Там решили: можно. В сентябре 1990 г. Уфимцев в качестве приглашенного профессора приехал в Лос-Анджелес. В США П.Я.Уфимцев принял участие в разработке сверхсекретной технологии уменьшения радиолокационной заметности «Стелс». Она использовалась американцами при разработке самолетов, имеющих малую заметность, – истребителя-бомбардировщика F-117A и бомбардировщика В-2. Вклад Уфимцева в создание компьютерных программ «Стелс», по словам одного из отцов «невидимок» Алана Брауна, может быть «оценен в 30-40%, что можно считать «контрольным пакетом» новой технологии» [5].
Именно работы по «Стелс»-технологии Петр Яковлевич считает истинной причиной своего приглашения в США: «В США эта теория была использована при разработке «Стелс»-технологии, т.е. при создании самолетов и кораблей, невидимых для коротковолновых радаров. Это обстоятельство послужило причиной для приглашения работать в Калифорнийском университете в Лос- Анджелесе, США, которое я получил в 1990 г. С сентября 1990 г. я работаю в этом университете на факультете Electrical Engineering» [2j.
Работает там он и по сей день. Правда, после своего 70-летия лекции студентам уже не читает, а проводит только обзорные (впрочем, и не только обзорные) лекции для аспирантов. Вот как описывает его американский журналист: «В очках с толстыми стеклами и седыми волосами, торчащими в разные стороны, Уфимцев очень похож на стереотип блестящего русского ученого. Но он дальше от стереотипа, чем может показаться» [5]. В 2004 г., когда П.Я. Уфимцев прилетел в Москву, Д.Н. Покусин 8* увидел его уже без «очков с толстыми стеклами». «На нем были очки, похожие на мои», – усмехался Покусин. Оказалось, сделал в США операцию на глазах, причем бесплатную, и девятнадцати единиц «минуса» не стало.
Приведем любопытную историю о том, как устанавливались с П.Я. Уфимцевым контакты в Америке [5]: «Я стал разыскивать Петра Уфимцева по телефону UCLA. После серии промежуточных согласований профессор наконец взял трубку. Разговор пошел в динамичном стиле «тяни-толкай». Я настаивал на встрече (благо, днями летел в Лос-Анджелес), ученый упрямо отсылал к научным статьям. Его довод: тысячи людей трудятся в этой области и в России, и в США, и их раздражает, когда часто упоминается имя Уфимцева.
– Петр Яковлевич, если нужно разрешение вашего университетского начальства, я напишу соответствующий запрос, – не сдавался я.
– Дело в том, что я работаю не только в университете, – многозначительно заметил Уфимцев, – но и еще в одной организации, которая, как он выразился, «к этому делу имеет отношение». Он пообещал посоветоваться, «где надо», и сообщить ответ.
Прошла пара дней, и через секретариат электроинженерного факультета UCLA (свой прямой телефон Уфимцев наотрез отказался дать) я вновь связался с ученым.
– Все-таки Вы пошлите просьбу об интервью, – сказал он, – вдруг получится… Ни имени официального лица, ни названия организации Вам знать не следует, просто факсовый номер, который после отправки Вам положительного ответа желательно побыстрее позабыть.
Я сочинил проникновенный текст обращения к неким сверхсекретным американским инстанциям, в котором поклялся показать текст интервью г-ну Уфимцеву для окончательной редактуры.
Но, видимо, мистер Уфимцев – стратегический объект исключительной важности. «В просьбе Вам отказали», – сообщил по телефону Петр Яковлевич, не обнаруживая, впрочем, большого огорчения. Чуть позже любезный ученый прислал мне ксерокопии публикаций, имеющих касательство к истории «Стеле».
В печать просочились сообщения, что в настоящее время П.Я. Уфимцев занимается проблемой, если можно так выразиться, прямо противоположной решавшейся им ранее, при разработке компьютерных программ для задач технологии «Стеле». Как отмечал американский журнал «Попьюлар сайенс», речь идет о радиолокации невидимых объектов: «Ученый ищет способ поймать электромагнитное излучение «Стеле» и засветить «невидимок» на экранах радаров. Ученый напоминает мне шахматного гроссмейстера, которому удалось поставить остроумный мат грозному сопернику, после чего он заходит с другой стороны доски и пытается найти эффективное противодействие своей же победной тактике» (5). Что ж, комплексное решение возникающих научных проблем – это школа «сто восьмого».
Надо сказать, что сама идея зеркального отражения волн УКВ-диапазона от плоскостей самолета стара как мир. Когда создавался первый отечественный импульсный радиолокатор, состоялось «историческое» совещание у академика А.Ф. Иоффе. Было это 16 января 1934 г. К этому совещанию был подготовлен проект протокола. И А.Ф. Иоффе собственноручно вычеркнул из этого проекта слова «дециметровые и сантиметровые волны», ограничившись более нейтральными словами «на принципе использования электромагнитных волн достаточно малой длины» [13]. Дело в том, что уже тогда А.Ф. Иоффе («главный академик Иоффе», как называл его B.C. Высоцкий в своей песенке про гимнастику) предполагал, что самолет, имеющий плоскости достаточно большого размера, при зеркальном отражении сигнала («угол падения луча равен углу отражения») даст такое направление СВЧ-энергии, при котором отраженный сигнал, и без того малый, отклонится от направления на приемную антенну радиолокатора.
8* Дмитрий Николаевич Покусин – ветеран ФГУП «ЦНИРТИ им. академика А.И. Берга», к.т.н., доцент.
Надпись П.Я. Уфимцева на оттиске статьи, подаренном директору «сто восьмого» Ю.Н. Мажорову (1968).
В заключение несколько слов о переводе названия многострадальной книги П.Я. Уфимцева, да и вообще о нашей жизни в последние годы. Книга, как уже говорилось, называлась «Метод краевых волн в физической теории дифракции». Когда публикацию о П.Я. Уфимцеве дала «Правда», то там книгу назвали «Метод краевого эффекта преломления в физической теории преломления». Как будто в нашей стране книга и не выходила! Конечно, книга с таким названием в 1962 г. не появлялась. Как я понимаю, произошло следующее: американские специалисты перевели название, как и всю книгу, на английский язык: наши переводчики при обратном переводе с английского на русский в исходное название не попали. А проверить название по первоисточнику, по каталогам отечественных библиотек, никто и не подумал: зачем? некогда! Читатель и так проглотит. «Пипл схавает!», как говаривал один из нынешних шоуменов [14].