Страница 23 из 81
У Ганнибала была одна цель в жизни — уничтожить ненавистный Рим. Что будет дальше, он не загадывал. Что случится, если Ганнибал не выиграет войну, он, видимо, тоже не задумывался.
Рим должен быть уничтожен. Для этого надо было спровоцировать войну. Что в принципе было не так уж сложно. В совете старейшин у Баркидов была в это время сильная партия сторонников — «партия войны». Против выступал лишь один Ганнон, считавший, что Карфагену надо заниматься Африканскими делами и не пытаться пока тягаться с Римом. Однако успехи в Испании вскружили кое-кому голову, и Ганнибал решил, что можно действовать безбоязненно.
Согласно мирному договору сфера влияния Карфагена и Рима проходила по реке Ибер (Эбро). Договор заключался между Римом и его союзниками с одной стороны и Карфагеном и его союзниками — с другой. Союзником Рима стал город Сагунт — союзный договор был заключен одновременно с договором о разделе владений Рима и Карфагена по реке Ибер. Карфагеняне осадили Сагунт в марте 219 г. до н. э., прекрасно понимая, что эти действия могут привести к войне. Жители Сагунта обратились за помощью к Риму. Помощь они не получили — прибыли лишь послы для переговоров, и как раз в тот день, когда солдаты Ганнибала разбили таранами часть городской стены. Ганнибал отказался принять послов: вокруг города кипела битва — было не время для переговоров. Однако письма своим сторонникам в Карфаген Ганнибал успел отправить.
Римские послы отправились в Карфаген, требуя прекратить осаду Сагунта и выдать Риму полководца за нарушение договора. Однако Совет старейшин отверг требования послов. Пока шли переговоры, Сагунт пал. После взятия города и резни Пуниец (так обычно называли Ганнибала римляне) увел солдат на зимние квартиры в Новый Карфаген.
Послы вернулись в Город, несолоно хлебавши, почти одновременно с ними пришло известие о взятии Сагунта. Римский народ постановил: быть войне. Консулы Корнелий Сципион и Семпроний Лонг набрали войска и разыграли по жребию, кому куда отправляться на войну. Семпроний отбыл в Сицилию, Корнелий — в Испанию. Однако в 218 г. до н. э. в Карфаген вновь было направлено посольство — последняя попытка договориться. Но совет старейшин стоял за своего полководца и доказывал, что Ганнибал имел право разграбить Сагунт.
Тогда римский посол свернул полу тоги и сказал: «Вот здесь я приношу вам войну и мир: выбирайте любое». «Выбирай сам», — был ответ Карфагена. И римлянин ответил: «Я даю вам войну». А как же иначе? Риму трусить перед пунийцами? Римляне ни перед кем не отступают. Сил у них больше, чем у Карфагена. Армия мощная, пусть и набранная по призыву, а не профессиональная, и талантливых полководцев достаточно. Одна беда: консулы менялись каждый год. Повезет — и командовать армией будет толковый и осмотрительный полководец. Если очень повезет — талантливый. Но Фортуна — богиня переменчивая. И один заносчивый и недалекий консул может вмиг погубить все дело. А ведь дело может не ограничиться одним дураком.
Возвращаясь в Рим, послы пытались найти дополнительных союзников против Ганнибала в Испании и Галлии, но не преуспели. Повсюду им напоминали о судьбе Сагунта, ну а галлы и вовсе над ними посмеялись, вообразив почему-то, что могут получить выгоду от предстоящей войны. Лишь добравшись до греческой колонии Массилии (совр. Марсель), послы встретили хороший прием.
Узнав об исходе переговоров, Ганнибал стал неспешно собираться в поход, тасуя воинские соединения, как колоду: испанцев он отправил служить в Африку подальше от дома, уроженцев Африки оставил служить в Испании. Армия у него была одновременно и школой мастерства, и институтом заложников. В Испании Ганнибал оставил своего брата Гасдрубала. А сам двинулся через Пиренеи. Консул Корнелий Сципион добрался на кораблях до Массилии и встал лагерем у одного из рукавов Родана (совр. Рона). Ганнибал переправился через Родан, но сражаться с консулом не входило в его планы. Столкнулись лишь два разведотряда и разошлись. Пуниец рассчитывал дать римлянам сражение в самой Италии, а для этого он решил перейти через Альпы.
Консул Корнелий уже не мог догнать Пунийца. Отправив в Испанию воевать своего брата Гнея, — поддержать союзников и потрепать Гасдрубала — сам консул решил вернуться в Италию.
Полибий утверждает, что до перехода через Альпы у Ганнибала было 38 000 войска, и половину он потерял, переходя через Альпы. Заметим сразу: римляне не были способны на такой безумный шаг, ни сенат, ни римский народ не простил бы консулу подобные «запланированные потери» римских граждан, и такого полководца вместо славы должен был ждать суд. Но войско Ганнибала состояло из наемников. Зачем их жалеть? Добычи на долю каждого оставшегося в живых будет куда больше.
Ганнибал спустился с Альп, и Сципион поспешил ему навстречу. Первая стычка показала силу Пунийца: его конница была куда сильнее, а в бой вступили лишь передовые отряды. Консул был тяжело ранен в битве, и честь его спасения большинство историков приписывают 17-летнему сыну Публию (будущий победитель Ганнибала Публий Корнелий Сципион). После этой неудачной стычки Сципион понял, что тягаться с Ганнибалом в открытом поле опасно, и решил отойти. Переправившись через реку Пад (совр. По), он разрушил за собой мост и уклонился от второй битвы. Ушел и встал лагерем, ожидая подхода второго консула, который спешил на помощь, оставив свои дела в Сицилии. И вот Семпроний Лонг явился. Оба консульских войска соединились. Сципион, наученный своим собственным не слишком удачным опытом, предлагал ждать, Семпроний, напротив, горел желанием сразиться. Новая стычка римской конницы с солдатами Ганнибала, что опустошали окрестные поля, принесла Семпронию успех. Так что Семпроний буквально жаждал битвы.
У Ганнибала прекрасно работала разведка. Он всегда знал, с кем предстоит сражаться. Так что Ганнибал не сомневался, что Семпроний ринется в битву. (Еще не оправившийся от раны Сципион не мог командовать войсками — это Ганнибал тоже знал). И теперь дело было за небольшим — подготовиться к битве и выбрать удобное место. Битва произошла в конце декабря. Римляне проиграли, но их поражение нельзя назвать катастрофическим. 10 000 легионеров, образовав каре, прорубились сквозь центр карфагенской пехоты и ушли в город Плацентию. Туда же Сципион увел оставшихся в лагере солдат.
Далее на время военные действия прекратились. Легионеры Семпрония Лонга зимовали в Плацентии, Корнелий Сципион со своими солдатами — в Кремоне.
Семпроний вернулся в Город и провел выборы консулов.
Ганнибал попытался перейти через Апеннины еще ранней весной, чтобы разграбить богатый край. Но снежная буря заставила его повернуть назад.
Новый консул Гай Фламиний, бывший народный трибун, консул 223 г. до н. э. и цензор 220 г. до н. э., опасаясь противодействия патрициев, с которыми был на ножах, уехал к войскам тайком, дабы ему не чинили препятствий, толкуя о дурных предзнаменованиях. Его пытались вернуть, но он отказался, принял войска от Семпрония и преторов и пошел в Этрурию через Апеннины. Ганнибал двинулся за ним, выбрав дорогу через болота. Три или четыре дня шли его войска по воде, люди не могли спать, удавалось забыться ненадолго на тюках с вещами или на трупах животных. Сам Ганнибал ехал на единственном уцелевшем слоне, он подцепил какую-то инфекцию и ослеп на один глаз. В этот раз против Рима выступил не искатель приключений Пирр, а фанатик, который не знал устали и планировал питаться человеческим мясом ради достижения цели (но не сумел все же преодолеть отвращения — чисто физиологически).