Страница 49 из 75
– Не стоит разбрасываться ярлыками, Капитан. Ты не наш агент, но суть дела от этого не меняется. Нам нужен этот древнейший артефакт, и добудешь его именно ты, – Эндар не стал уточнять, откуда у Серебряного Мага такая уверенность в Предначертанности данного события. – А тебе нужно от нас… – тут Познающий запнулся, и Эндар вдруг понял, что Всеведущий в затруднении: а что же действительно нужно от Познающих Алому Магу? Что означала эта краткая заминка? Серебряный счёл предложенную ранее оплату неадекватной тому, что требовалось от Воителя? Или…
– Я выберу сам, Епископ.
– Конечно, конечно. Ты странен, алый эск… Душа твоя блуждает в потёмках, ты… – казалось, Сумрачный Волшебник рад, что Эндар помог ему, и спешил сменить тему.
– Давай оставим душеспасительные беседы, серебряный эск. Мой Путь для меня ясен: совсем скоро я вернусь в строй, и тогда…
– Да-да, ты прав, воин. Не стоит сейчас взывать к материям, которые кажутся тебе эфемерными. Мир для тебя окрашен в два цвета – белый и чёрный, добро и зло. Правда, эту монохроматическую картинку можно обильно подкрасить алым цветом, цветом крови – ведь это твой – ваш – любимый цвет, не правда ли?
– Если ты не хочешь, чтобы я отказался от нашего, м-м-м… сотрудничества, скажем так, то оставь свою ненужную ироничность. Я же не высказываю своего отношения к вашей вседовлеющей и всепоглощающей идее полной, скорейшей и окончательной Вторичной Смерти, которую вы именуете Слиянием с Вечнотворящим Разумом! Не думай, что для меня так уж важно исполнение того, что ты мне пообещал тогда, при нашей первой встрече.
– Не будем ссориться, Алый, – узловатые корни шевельнулись, словно извиняясь. – Мы нужны друг другу, уж в этом-то я не ошибаюсь, поверь. Прости, если тебя задели мои слова. Мы не придаём большого значения эпитетам…
– Каждому своё, Серебряный. Твой амулет ещё действует?
– Да. Он живёт, как живёт, кстати, и твой талисман Инь-Янь. Мир Сказочных вообще очень хорошее место для пробуждения силы любых оберегов и …артефактов.
Всеведущий был прав. Эндар ощутил на груди, под тканью одежды оба амулета, уютно покоившихся на цепочках чуть ниже ключиц. Капитан слегка оттянул ворот и коснулся ладонью обеих гранул: чёрно-белой и опалесцирующе-матовой. Да, действительно тёплые… Интересная штука Истинные Амулеты: их невозможно потерять, порвать кажущуюся такой тонкой и непрочной цепочку совсем не просто. Длина цепочки саморегулируется, охватывая шею владельца без лишней слабины, какой бы облик Маг не принял. Конечно, если в какой-то из трансформаций шеи не будет вообще… Но и в такой ситуации амулет как-нибудь выкрутится. Он останется с владельцем до тех пор, пока хозяин сам не решит, что пришло время расстаться – или же не погибнет. А до того времени амулет будет жить своей (но преданной хозяину) жизнью, как живёт браслет из абсолютного металла на запястье Эндара, и умрёт вместе с его носителем. Вот только от амулета Натэны тянет каким-то холодком, лёгкой болью… Ладно, с этим разберёмся попозднее…
– Про артефакты – это намёк, Епископ?
– Намёк, но не более того. Правила игры надо соблюдать. Ты достаточно умён, чтобы самому придти к окончательным и очевидным выводам, – древесник замолчал, огоньки глаз стали тускнеть: похоже, Серебряный Чародей к чему-то прислушивался. – Ты позовёшь меня, когда придёт срок…
Очертания древесного спрута начали таять, уродливые корни змеями стали втягиваться в растрескавшуюся кору старого пня. Ещё несколько мгновений, и на поляне ничего более не напоминало о появлении Мага из иных Миров и измерений.
На противоположном краю полянки раздвинулись ветки, из них выкарабкался мелкий древесный гном в коричневой куртке, зелёной шляпе и грубых башмаках. Гном деловито взобрался на пень, стукнул по коре обухом топорика – посыпалась труха. Лесной житель равнодушно окинул Воителя взглядом и проворно скрылся в зарослях, исчез, как будто его здесь никогда и не было.
А Эндар постоял и пошёл к своему Дому – ему было над чем поразмышлять.
Прежде всего – стоит ли добиваться победы над женщиной за счёт заёмного чародейства? Сладка ли такая победа, и не будет ли это ещё худшим унижением для Янь, чем даже признание превосходства Инь? И что всё-таки вызвало замешательство Епископа? Неужели Серебряный раньше самого Эндара понял ненужность для Алого получения желаемого таким способом и не сообразил сразу, что же ещё он может предложить Воителю? И зачем вообще Всеведущий стремился снова встретиться с Капитаном – ведь всё идёт по плану, и временная задержка из-за пребывания Мага-Воителя на излечении отнюдь не означает его отказа от продолжения поисков? Зачем суетиться?
А вот зачем: Восходящие-к-Вершинам-Познания не сильны в разрушительной, боевой магии – это общеизвестно, – зато они очень искусны в Магии Воздействия (ведь именно воздействие и обещал Эндару Маг из Расы Отрешающихся-от-Суетного). Но Мир Сказочных – укрытый Мир, и применение магии манипулирования сознанием издалека здесь не слишком эффективно. А Епископу непременно надо было проконтролировать разум Алого, и скорее всего, не только лишь для того, чтобы лишний раз убедиться в сохраняющейся для Воителя соблазнительности предложенного вознаграждения. Епископ ведёт Эндара, это ясно. Значит, искомый артефакт действительно чрезвычайно важен для Всеведущих. Но если он так важен…
И наконец, самое главное: если Познающие умеют исподтишка, незаметно вскрывать сознание даже Магов и работать с ним (а они умеют это делать), то где гарантия того, что во время их первой встречи Епископ был искренен? Разумно ли передавать Серебряному такую штуку, как времеуправляющий артефакт, когда абсолютно неизвестно, для чего же всё-таки он будет применён?
Из объятий сна (или видения?) Эндар вышел рывком. Мягкая тёплая тьма за оконным проёмом, запах Леса, колючие искорки звёзд – немногочисленные, зелёный полог очень плотен. Уют и тишина комнаты в его Доме, упругость и покой ложа. Рядом тихо дышала во сне Аэль, невесомое покрывало окутывало её стройное тело. Воитель осторожно поднялся и подошёл к окну, всматриваясь в темноту Леса. Что это было? Да, Мир Сказочных воистину странное место… Эндар коснулся амулета, того самого, Инь-Янь. Амулет был тёплым! А на белой капельке Инь пальцы ощутили крошечный, почти неосязаемый скол – частички амулета недоставало, она пропала, исчезла без следа…
…Видение было ярким, осязаемым и реальным. Звуки, запахи, цвета, ощущения… Россыпь звёзд в первозданной бархатной черноте, желтый шар звезды, обрамлённый космами протуберанцев… Вереница планет, плывущих по своим орбитам вокруг этой звезды… Что-то во всём этом было очень знакомое, хотя мало ли солнц и планет в бесчисленных Мирах Познаваемой Вселенной!
А потом картина изменилась. Зал с колоннами и высоким сводчатым потолком, пламя магических светильников на стенах. Это похоже… Да, это он, излюбленный архитектурный стиль Хранительниц! Сердце заныло… Неужели?! А потом зал наполнился людьми – точнее, эсками, и цветом их был голубой.
Натэна сидела на возвышении посередине зала. Она не изменилась внешне – что такое несколько лет для почти бессмертных. Но весь облик её дышал Силой и Властностью – перед Эндаром предстала Повелительница. Не её одежда, не торжественный антураж, не аура преклонения, ощутимо разлитая вокруг, нет – средоточием Силы и Власти была она сама: истинная Звёздная Владычица. Она была самодостаточной и независимой, и сидевший рядом с ней мужчина выглядел скорее атрибутом, неким полагающимся дополнением, без которого облик Владычицы не обрёл бы подлинной законченности, а отнюдь не господином или (хотя бы!) равноправным партнёром-соправителем.
Кто это, Эндар понял сразу – для этого не требовалось особой проницательности. Нет, муж Натэны – или какое теперь там имя она носила – совсем не выглядел жалким и незначительным: явно сильный Маг, уверенный в себе, молодой и красивый – его внешний образ вполне соответствовал внутреннему содержанию, такие совпадения формы и сути обычны для Высших Магических Рас. Но на фоне Владычицы он мерк и таял, неизбежно отступая на второй, а то и на третий план. Интересно, подумалось Эндару, а как бы смотрелся рядом с этой теперешней Натэной он сам, Капитан Ордена Магов-Воителей? Впрочем, это вопрос риторический: Свершившееся есть Свершившееся, Несбывшееся есть Несбывшееся, а Невозможное (даже для Мага) – невозможно. Да и нужно ли это ему, Эндару нынешнему?