Страница 7 из 38
Каменную дорогу накрыло снегом, скрывая все ямы и щели. Алексей спотыкался, то и дело падал, проваливаясь руками в наполненные ручейками вымоины, с трудом вставал. А когда сил не хватало, просто полз на коленях вперед, пока на пути не попадался валун, на который можно опереться и выпрямить подгибающиеся ноги. Его шатало из стороны в сторону, но еще больше раскачивался его разум, то подсовывая видения снежной королевы вырывающей его сердце и вставляющей в грудь кусок льда, то вновь заставляя почувствовать себя жалкой амебой. Иногда разум катапультировался, оставляя ничтожное тело, ползущее по снегу и бормочущее в бреду проклятия и поднимался на лесом, с омерзением взирая на копошащегося внизу муравья. Еще выше – разумоноситель размером с микроба, еще – вся земля маленький металлический шарик, покрытый тонким слоем глины…
"Сынок, ты где это взял?! "Дядя Вася подарил!" – отвечал маленький мальчик, протягивая маме испачканный в грязи шарик от подшипника. "А ну немедленно выкинь! Он же грязный! Там микробы!" "А что такое микробы? – мальчик не хотел выбрасывать шарик, и заинтересовано рассматривал его, в надежде увидеть микробов!" "Микробы – это такие маленькие существа, они полезного ничего не делают, только едят и гадят… – женщина поколебалась и добавила – И размножаются." "А зачем же они тогда?…" – мальчик не понимал, как может что-то существовать и ничего полезного не делать. "А ни зачем! Просто так – паразиты!" Мальчик бросил шарик на землю и принялся с радостью топтаться по нему ножкой. "Вот вам, вот вам, паразиты!"
Разум вернулся, когда человек уже карабкался по склону горы, на которой в прошлый раз видел старика. Алексей замер, вновь ощущая тело и с ужасом понимая, что последствиями ночного похода будут ампутированные конечности и воспаленные легкие. Он уткнулся лицом в синие окоченевшие пальцы и затрясся в рыданиях. Найдя в себе силы, встал и медленно пошел вверх по склону, зная, что если камень будет пуст, то ничего не останется как сесть на него и замерзнуть. Говорят замерзать приятно… Слезы текли по лицу, лунный свет отражался от синего снега… Старик был на месте. Сидел, кутаясь в лохмотья, и смотрел в ту же даль что и раньше. Писатель подошел к камню, рухнул на колени и, вцепившись не гнущимися руками в старика, прошептал:
– Это снежная королева? Да? Это она заставила мое сердце оледенеть?
Старик повернул голову, всматриваясь в гостя, покачал головой и произнес:
– Причем здесь сердце? Сердце – оно кровь гоняет, из гениталий в голову. И обратно! Ледяные глыбы не в сердце, они в голове сковывают мысли. – Замолчал, и как вбивая гвоздь, добавил. – И не у тебя, а у всех остальных…
Алексей ошеломленно отпрянул:
– Так это правда?! Неужели человек на самом деле такое ничтожество? Но для чего-то же он существует? – Леша взмолился. – Должен же быть в этом какой-то смысл! Бог с ними, с сермяжными и исконно-посконными! Но хоть какой-то, малейший, отделяющий нас от амебы, смысл должен быть! Как же его понять?!!!
Старик вновь улыбнулся и ткнул пальцем писателя в лоб:
– Пойми сначала самого себя!
И отвернулся.
Алексей всматривался в старческое лицо, словно пытаясь проникнуть в мысли старика и выудить оттуда ответ на самые сокровенный вопрос. И только сейчас он заметил, что старик смотрит не вдаль, на раскинувшийся под ним лес, а вовнутрь самого себя. Писатель ужаснулся – там же пусто, там же нет ничегошеньки, пустота размером с кварк. Или все-таки…
Алексей собрался с мужеством и отчаянным усилием запихнул разум эту частицу атома и едва не закричал от ужасного давления. Но сдержался, чувствуя как тяжесть пространства медленно тает, а затем и вовсе понял, что может пошевелиться, погружаясь в вязкую пустоту. Писатель не торопился, давая разуму сжиться с новыми ощущениями, и лишь когда на смену ужасу пришло спокойствие, позволил продолжить исследование себя. Он проталкивался сквозь кисель тьмы в надежде наткнуться хоть на крупицу материи, зацепиться, сделать ее маяком в этой пустоте, якорем, для норовящего упорхнуть разума.
Впереди блеснуло, неярко и неуверенно, но Алексей рванулся навстречу искре всем сознанием. И замер пораженный – перед ним раскинулась целая вселенная, кружащаяся, пульсирующая в такт его сердца, безгранично огромная и в тоже время такая маленькая и родная. Вселенная его души.
Писатель счастливо засмеялся, впитывая тепло расплескавшейся в окружающем пространстве энергии и наслаждаясь видом разбегающихся галактик. Теперь он знал, что мысли – звезды. Они, или блистающие, смотреть больно, или тусклые, забытые, складывались в галактики – идеи. Живые, крутящиеся волчком, постоянно изменяющиеся, то вспыхивали подкормленные новыми мыслями и аргументами, то затухали, скрываясь за туманностями заблуждений. Все жило, подчиняясь своим непонятным законам, двигалось. То тут, то там рождались новые мысли и сразу бросались в бой, сражались, побеждали или проигрывали. Вон верою раскинулся Млечный Путь, его как стая волков окружили черные дыры знания и отхватывали от него по кусочку, засасывая звезды.
Алексей, в который раз за последние сутки пришел в себя, но теперь был полон спокойствия и понимания. Уже чернеющие пальцы достали из внутреннего кармана жпс-модуль и уверенно нажали на кнопку вызова. Старик вопросительно посмотрел на парня.
– Возвращаюсь! – коротко ответил на немой вопрос писатель.
– Куда? Во владения снежной королевы? И что делать будешь? – заинтересовано спросил старик.
– Надеюсь у меня хватит внутреннего огня, чтобы отогреть их разум! – твердо произнес Алексей.
– Конечно хватит! У каждого хватит! Смотри! – Старче одобрительно кивнул и неожиданно провел ладонью у своей головы. Алексей был готов поклясться, что дряблые пальцы погрузились в тело, но в следующий момент он ахнул, дивясь завораживающему зрелищу: на старческой ладони засияло настоящее солнце, одно из тех, что полыхало внутри его самого. Алексей заслонил глаза, ощущая волны жара исходящие от маленькой звезды, от одежды повалил пар, мертвая чернота медлено исходила из отмороженных пальцев писателя, сменяясь здоровой краснотой. Старик держал «солнце» в ладони, играл с ним, купался в его энергии и внезапно подкинул к небу. Ослепительная вспышка на мгновенье поглотила ночь, вал света сначала скрутился в невероятную петлю Мебиуса, а затем разбежался в стороны, теряясь среди тайги. Старик снова замер, напряженно вглядываясь в самого себя, а у подножия камня медленно распускались лесные цветы, разбуженные человеческим теплом.
Где- то далеко, в сотне километров от этого берега, под толстым слоем снега сонно зашевелилось семечко одуванчика. Но тут же притихло – инстинкт подсказал, что рано еще просыпаться, рано…
Среди ореховых зарослей, лежал молодой волк и обгрызал корку льда с лап. Он давно уже не воевал с одуванчиками, предпочитая им молодых кабанов. Волна тепла накрыла его, он пружинисто вскочил, оглядывался скуля, пытаясь понять источник. Вдруг над головой мощно залопотало, словно старый глухарь пытается взлететь с кочки. Но это не птица, а железное чудовище, подчиняющееся человеку, натужно воя и мигая огнями, потянуло через тайгу. Впервые волк не ощутил ненависти к творению человеческого разума, сладко зевнул и улегся спать.
Алексей постоял полминуты, но старик молчал, погруженный в свои думы. Да и зачем слова… Алексей развернулся и легко зашагал в сторону избушки, куда скоро должен прилететь вертолет.
На этот раз мудрец не смотрел вслед уходящему парню – умер, израсходовав всю энергию своей души… Он немного слукавил – огонь даже тысяч человеческих душ не может растопить одно сердце, находящееся во власти снежной королевы. Но малейшая искра способна зажечь веру, что иногда бывает важнее знания…
Белый Король
Потребитель