Лишённые смерти

   ...Мелодия танца оборвалась на резкой высокой ноте. После мгновения тишины в зале за секунды развилась суета, скоро перешедшая в панику. Кто-то вообразил, что Орден направил сюда все силы, и сейчас головы carere morte полетят с плеч; смертные стоят испуганным стадом, бросают по сторонам быстрые, тревожные взгляды: они не знают, кто из масок друзья им, а кто враги...

   Дэви спускается с галереи. Ему навстречу бегут. Любопытная Сесилия впереди всех, вытянула шею - пытается разглядеть, что творится вверху. "Где Владыка?" - тихо спрашивает Дэви Александр Митто, хотя по лицу собрата вампир уже понял, что произошло страшное. Всё ещё заплаканы глаза у Мелиссы - очередной её смертный любовник не пережил инициацию, эта вампирша не знает меры, когда берёт чужую кровь, но рыщет взглядом графиня уже осторожно и внимательно: ищет служителей Ордена, ищет безопасные выходы из дома Бала...

   Дэви выходит в зал. Едва оглядев собравшихся, бросает:

   - Бал окончен. Хозяин дома мёртв.

   Возгласы: "Как?!" и "Невозможно!". Действительно, главное правило Бала нарушено: хозяин дома мёртв. Но нет убийцы! Люди растерянно мечутся. Что-то уверено объясняет толпе Бенедикт Гесси, глава охотников. Пусть! Сейчас задача у врагов одна: не допустить появления вредных слухов. Ситуация должна быть обрисована чётко, точно, и выглядеть правдиво. Одновременно с этим Дэви замечает нескольких, поднимающихся на галерею по правой лестнице... Охотники!

   В два прыжка он взлетает обратно на галерею, и всё же опаздывает. Carere morte застыли, распластавшись по стенам. На другом конце галереи, с той стороны, откуда поднимались охотники, Дэви видит несколько тел. Несомненно, мёртвые, хотя без малейших ран, люди.

   - Он убил их, не касаясь, одним взглядом, - задыхаясь, шепчет Сесилия. Её остекленевшие от ужаса глаза находят Дэви. - На что ещё он способен?!

   Посреди галереи стоит юный вампир, созданный кровью Алитера. После гибели Владыки прошло уже с полчаса, но только теперь Дэви впервые по-настоящему заинтересован его последним творением. С одного взгляда видно, что этот carere morte необычен. Он - средоточие Пустоты, почти как Первый вампир. Пустота хлещет из его глаз, в пяти шагах от него бессмертные замирают, а смертные валятся на землю мёртвыми. Он заставляет кровь вязнуть, останавливаться в жилах. Дэви отшатывается, увидев его лицо. Прежние черты стёрты, словно кто-то одним взмахом смазал ещё не высохший рисунок, резкие складки с глубокими тенями пролегли от углов рта. И когда этот новообращённый улыбается, Дэви вдруг понимает:

   - Владыка Алитер?! - шепчет он, потрясённый.

   Алитер не погиб при инициации. Он лишь избавился от сковывающей собственной телесности, стал неизвестной силой, что пряталась в крови обращаемого. Этому нет логичного объяснения, но это так. Теперь Алитер в полной мере бессмертен, в полной мере бог. Дэви глядит на собравшихся: кто, кроме него, понимает это?

   Сесилия. Александр. Магнус. Они, как и Дэви видят Алитера в новообращённом - но это не успокаивает их... Тот, чьё тело - новая клетка Алитера, безумен и едва ли управляем Владыкой. Пустота разрывает его, он воет от ужаса!

   "Кто подчинит его, тот и будет Владыкой вампиров", - понимает Дэви.

   Этот поединок краток, как бросок хищного зверя за жертвой. Время останавливается, пространство уплотняется, сжимается, оставляя лишь узкий коридор, по которому вы несётесь. В одно мгновение, показавшееся остальным бессмертным вечностью, в незримом мире Дэви выстроил клетку вокруг пустоты нового вампира. В мгновение ока клокочущая бездна стала гладким озером чёрного льда. Сейчас Дэви не интересовало, есть ли дно у этого озера... Он придал чёрному льду приятные глазу очертания и отступил.

   ...Дэви отступает к лестнице, и юный вампир послушно, как прирученный зверь, трогается следом. Дав форму чужой пустоте, вампир подчинил себе и её сосуд. Подобное доступно немногим бессмертным, кроме него. И никому - из собравшихся здесь.

   - Не бойтесь, carere morte, - слышит он звонкий голос незаметно подошедшего Гедеона Вако, одного из первых бессмертных. - Перед вами Великий вампир, - Гедеон взмахивает рукой, указывая на новообращённого. Ещё взмах, и Дэви чувствует на лице холодный ветерок от широкого рукава его свободного плаща. Старейший указывает на него. - И новый Владыка carere morte, Александр Дэви!

   Собрание закончилось, и вампиры покинули замок. Остались только Адам Митто и Хиам Калькар, ожидающие личной аудиенции. А у Владыки был новый гость.

   Плотный, невысокий, светлоглазый человек вошёл в центральную галерею. Едва перетупив порог, он легко, как на шарнирах, поклонился и равнодушно произнёс:

   - Владыка, я прибыл.

   - Валерий Конор...

   - Полгода назад вы приказали мне и моим собратьям покинуть Карду. Мы выполнили приказ. Зачем вы позвали меня вновь, Владыка?

   Дэви усмехнулся. Он стоял у окна, следя за отражением владыки Низших сразу в пяти зеркалах.

   - Какие вести из столицы ты везёшь мне, Конор?

   Вопрос удивил вампира, но он вежливо ответил:

   - Низшие живут тихо, Господин. Нас не трогают ночные бури. Орден до рассвета сражается с ордами дикарей... - всё как обычно. Центр Доны под контролем Ордена, скоро охотникам отойдёт и Север. Диосы там особенно усердствуют... Вы ведь знаете Диосов, Господин?

   - И лучше, чем ты! - фыркнул Дэви. - Фанатики. Пятнадцатое поколение на службе Ордена! Чего ещё от них ждать? Но... Валерий! Что ты стоишь на пороге? Входи.

   Конор осмотрелся и сделал два шага вперёд. Теперь от выхода его отделяло четыре зеркала с каждой стороны коридора. Бледное, круглое как луна лицо отразилось в пяти зеркалах Дэви. На лице лежала тень страха.

   - Ночь омолодила тебя, Валерий, - заметил Дэви.

   - Я слышал, вы покидаете Карду, Владыка. Куда вы направитесь?

   - На север.

   - Надолго? - Конор улыбнулся. - У меня зашёл спор с Гратой, возвратитесь ли вы к следующему Балу Карды. До него осталось только пять лет.

   - Возможно. Если Дар позовёт меня.

   Конор не показал своего сомнения, но Дэви почувствовал его. Очевидно, Низший сомневался в способности Владыки как-либо чувствовать таинственный Дар.

   - Подойди ближе, Валерий. У меня есть подарок для тебя.

   Он пожалел, что рядом нет фотографа, который мог бы запечатлеть выражение великого изумления, появившееся на лице Низшего... Конор сделал ещё шаг.

   - Ты выполнил мой последний приказ точно и быстро, - ровно продолжил Дэви. - Ты ничем не показал своей обиды, хотя имел на неё полное право. Ты не попытался меня обмануть, оставив здесь пару агентов-пастухов, пестующих нужных тебе смертных. Ты действительно заслуживаешь поощрения! Я знаю, ты ищешь сведений, подтверждающих некоторые старые легенды. Я также слышал, что ты обращался к Нефандусу... Зачем же унижать себя, господин вампиров, разговором с презренным мусорщиком? Вот ключ от моей библиотеки, - вампир повертел в пальцах серебристый ключик. - Он твой на весь день, что придёт на смену этой тьмы. Долгий, равновеликий ночи день. Подойди.

   Валерий послушался. Он несмело принял ключ и поторопился поклониться. Промолвил:

   - Наконец-то я убедился, как велика может быть щедрость нашего Господина! Благодарю, Владыка.

   Он ушёл через другую дверь, ведшую в сторону библиотеки. Низшему пришлось пройти весь зеркальный коридор, и от Дэви не укрылась крошечная трещинка, оставленная взглядом вампира на одном из срединных, самых больших зеркал.

   От Владыки не укрылась и ложь Конора. Пустота Низшего дрогнула, когда Дэви сказал об обмане и агентах-пастухах. Пустота дрогнула... и ударила фонтаном скрываемых мыслей и образов. Владыка не успел запечатлеть в памяти их все, но ухватил некоторые обрывки. Этого оказалось достаточно! Дэви хлопнул в ладоши, вызывая слугу и одновременно аплодируя себе, и сообщил подошедшей кукле в серой ливрее: