Жрец Лейлы

Серебристая волна магии окутала мое тело.

— Bay, — тихий шепот оборотня напомнил мне о нем. Но я даже огрызаться не стал, настолько искренне прозвучало его восхищение.

Я наклонился к одежде и начал натягивать брюки. Выпрямившись, я взглядом уперся прямо в своего спутника, который неожиданно оказался очень близко. Он протягивал мне рубашку. Я молча позволил ему помочь мне. Затем пришел черед сапог.

Его движения были легкими, словно он наслаждался этим процессом прислуживания.

— Оставь волосы так. — Он смотрел на меня, сидя на корточках.

Я покачал головой:

— Нет. Принц не должен быть простоволосым, Кэртис. Это почти позор. Пусть принц и изгнанный.

В этот раз я не украшал свое лицо. Кисточка коснулась только моего лба. Я мог бы просто высветить свой знак жреца, но традиция должна быть соблюдена, и кисточка начала свой путь, вырисовывая три лепестка над моей переносицей.

С каждой новой линией сила Лейлы наполняла меня как сосуд. Кровь, страсть, желание, жажда убийства и любви — все смешалось. Вокруг плясало пламя.

Кэртис наблюдал за мной встревоженными глазами.

— Что-то случилось?

— Ничего, — покачал головой я и отложил кисточку. — Я готов.

Он молча кивнул.

Глава 5

Мирейя

— Командир! — Начальника стражи окликнул человек, стоявший на краю стены. При виде его любого охватил бы страх, что еще чуть-чуть, и он оттуда свалится.

— Да, мой господин, — почтительно откликнулся седой воин, стоящий рядом с ним. Пришелец запретил обращаться к нему в соответствии с его положением, и стража границ выбрала нейтральный вариант — "господин".

— Чувствуете ветер?

— Боюсь, что нет, мой господин, — склонил голову страж. — Мало кто может чувствовать, что несет с собой дуновение ветра.

— Близятся большие перемены, — задумчиво отозвался тот, кого он назвал господином. Его короткие черные волосы растрепались, пока он стоял на стене, и пожилой воин почти с физической болью отметил седую прядь в этой густой шевелюре, а ведь его сюзерену исполнилось всего двадцать два года.

Серые глаза отливали сталью, которая отражала взгляды, не давая проникнуть глубже.

— Перемены для кого, господин? — тихо спросил воин, видя, что тот задумался над чем-то.

— Увидим, — наконец отозвался молодой человек. И поправил добротный солдатский плащ на своих плечах. — У нас гости.

Воин прищурился и разглядел точку на горизонте:

— У вас хороший глаз.

— Я не всегда этому рад, — как-то странно невпопад ответил он и встрепенулся, поймав недоумение в глазах солдата. — Могу сказать, что это всадник и какое-то крупное животное. Его движения выглядят совсем по-иному, чем если бы это была вьючная лошадь.

Лишь через полчаса начальник стражи увидел, что он был прав. И повернулся, чтобы поздравить своего господина, но слова застряли в горле, когда он заметил, как побледнел юноша. Его длинные пальцы так сильно впились в камень стены, что побелели от усилия.

— Господин? Нужно остановить этого человека?

— Нет, — почти против своей воли качнул головой тот. — За последние два года у меня к нему накопилось много вопросов.

— Вы его знаете?

Серые глаза взглянули на воина с непонятной тоской.

— Думал, что знаю. Но, как показали последние события, на самом деле я ничего не знал. Простите, командир, я совсем вас запутал…

— Есть немного, — встревоженно отозвался собеседник. — Что-то случилось, мой господин? Кто он?

— Это Лилиан, — тихо ответил тот.

Страж вздрогнул. Изгнанный принц. А его господин продолжал:

— Знаете, я ведь, так же как остальные, ничего не понимал. А оказалось, что он был намного больше мне братом, чем я ему. Настоящим старшим братом. Я глупец, что не смог разглядеть все это под слоем макияжа и манерностью. Я ведь видел страх в глазах короля. Но принял это за презрение. Какой из меня наследник престола, если я не рассмотрел правды за искусной игрой?

Начальник стражи взглянул на него.

— Если вы так говорите, значит, ему удалось обмануть всю страну, мой принц. — Стражник впервые назвал титул своего собеседника, но тот, казалось, даже не заметил этого.

— Каган, ты знаешь, что Кирилл умеет стрелять из большого лука?

— Его высочество? Разве он еще не мал для такого? — удивился солдат.

— Вот и я так думал, — горько отозвался принц. — Однако, как оказалось, он мастерски владеет им. И знаешь, кто его учил?

Воин потрясенно перевел взгляд на приближающегося всадника.

— Я так и не узнал, кто же обучил самого Лилиана. Кирилл сказал, что занятия стрельбой из лука — это был их секрет. И Ли никогда не рассказывал ему, как учился сам. У них вообще оказалось много общих тайн. Ты знаешь, что Кирилл был единственным, кто пришел его проводить, когда он уезжал? А теперь он возвращается… И я не знаю, кто он такой на самом деле — мой старший брат.

Каган медленно положил на плечо принца тяжелую руку:

— Мой принц, вы боитесь, что он не простит вам вашего незнания?

Тот вздрогнул всем телом:

— Боюсь…

Они взглянули вниз. Всадник остановился у ворот и поднял голову.

Длинные черные волосы собраны в хвост, и только более короткий ряд волос обрамляет лицо. Знаменитая на всю Мирейю прическа принца Лилиана, богатые черно-синие одежды сложного покроя с искусной вышивкой. И все это совершенно естественно сочеталось с рукояткой двуручного меча, выглядывающей из-за плеча всадника.

У седла был приторочен сложенный лук и покачивался колчан со стрелами, чья длина позволяла предположить высоту лука в собранном состоянии. И его убойную силу.

На двух людей, стоящих на стене над воротами, смотрели сапфировые бездонные озера глаз, на дне которых били ледяные ручьи. На лице безупречный макияж, который уже не мог обмануть опытного воина. И три странных лепестка над переносицей.

— Великий Доэр! — ахнул принц. — Верховный жрец Лейлы! Короля удар хватит! Кирилл — зараза! А я-то думал, почему он так уверен, что Лилиан сможет вернуться!

— А оборотень тоже каким-то боком к религии имеет отношение? — с интересом осведомился воин, разглядывая большую черную кошку, с меланхоличным видом сидящую на дороге рядом со всадником.

— Уверен, что это оборотень?

— Абсолютно, мой принц. Наш пост граничит с владениями Черной Ложи, так что я этих кошек навидался за свою службу столько, что на глаз могу определить, что этот оборотень, ко всему прочему, еще и высокородный.

— Давай спустимся и все выясним, — пожал плечами наследный принц Мирейи.

Я не ошибся. На стене, рядом с пожилым воином, стояла знакомая фигура. Не рассчитывал я так рано встретиться со своими родственниками. Да, Регил отказал мне в праве быть принцем Лилианом и объявил это в соответствии с полным ритуалом, но кровная связь разорвана не была, так как для этого каждый член семьи должен был произнести отказ. Причем вслух. Так что парень, который стоял на стене и смотрел на меня серыми, стальными глазами, был моим младшим братом, как бы там ни считали. И именно его и остальных двух я защищал все эти годы. Они мало что понимали тогда, когда я уже изменился. Изменился навсегда.

Оправила меня моя богиня. — Еще я и Призрак.

И я не мог сдержать дрожь в пальцах, сжимающих поводья, когда от ворот навстречу шагнул Кириан. Последний раз я видел его, когда Кирилл пришел попрощаться к дверям конюшни два года назад.

И тогда в его волосах не было этой седой, серебристой пряди.

— Лилиан. — Он остановился в паре шагов от Призрака.

Горькие складки легли возле рта и прорезали прежде чистый лоб. Эти два года не были для него легкими. Он явно осунулся. И стал тверже. Словно сталь, которую попеременно опускали то в огонь, то в холод. Я соскользнул с Призрака, придерживая меч. И встал напротив него:

— Кириан.

Я не делал лишних движений, словно передо мной был не мой брат, а хищное животное, которое требовалось приручить. Он пришел один, оставив за воротами стражей, словно хотел сказать мне что-то, не предназначавшееся для чужих ушей.