Жрец Лейлы

—

—

И Лилиан согласно кивнул, болезненно морщась от воспоминаний.

Горстка людей на поляне, тихая песня,

восславляющая

—

—

ся

грустный голос

одного из жрецов Лейлы. — Жаль, что вы отказываетесь от нашей поддержки.

Принц пожимает плечами:

— Я не заинтересован в религиях. И мне не нужны песни. Меня привлекает звон оружия. И как только я достигну положенного возраста, я собираюсь сдать норматив как минимум на звание полковника. Так что… я хочу знать все, что вы слышали о загадочной истории с Кириллом. Вы обещали мне информацию в обмен на песни. Я выполнил условия договора. А насчет поддержки: мне нужны работники, мои подчиненные. Вы же слишком непредсказуемы.

Жрец вздохнул:

—

Хорошо, ваше высочество. Но знайте, вы всегда будете желанны в наших рядах. У нас не только творцы и любовники, вы бы стали отличным убийцей.

—

Это бессмысленный разговор, — отрезал принц. — Итак?..

—

Последователи Лейлы ни при чем, — начал жрец. — Нам не нужна жизнь принца Кирилла. Даже в самых извращенных фантазиях мы предпочли бы вонзить клинок в сердце жертвы своими руками — только такие жертвы принимает наша богиня. А здесь отравление… Когда вы пришли к нам с вопросами, я позволил себе подключить источники информации немного иного характера, и вот что я могу сказать. Все проделано в соответствии с родственным ритуалом богу Рою. Кто-то очень сильно хотел стяжать его силу и благосклонность, а потому решил использовать юного принца для этих целей.

—

Хотите сказать, что это кто-то из семьи? — побледнел Кристиан.

—

Ваше высочество, — тихо отчеканил жрец, не позволяя сочувствию прорваться, — вы знали это с самого начала. И догадывались о личности преступника. Просто не хотели верить…

И Крис опустил голову, его яркие зеленые глаза потухли, словно от сильной боли.

—

Знаю, — глухо прозвучал его ответ. — Знаю… В нашей семье только один человек из страны, в которой поклоняются Рою. Это официальная религия государства…

И я замер, словно получив удар кинжала в сердце. Не может этого быть, губы беззвучно зашевелились, посылая мольбу богам. Но в этом мире боги нас не слышат. Тут можно рассчитывать только на себя и свои силы.

И так

оставшуюся

сотрясались от

королеву

и

том и он ушел,

—

Он кивнул и пояснил:

—

—

—

—

Сирена покачал головой:

—

Я лишь кивнул. У меня не осталось сомнений и вопросов.

—

—

—

в

Морские глаза уставились в мои несколько недоуменно.

—

Действительно, не сможешь. Какие странные запреты я вижу на твоей ауре.

—

Пойдем, сирена Ралирин. Тебе же не терпится спеть свою Песню. Я прав?

—

Абсолютно, — усмехнулся он.

Король Регил и его наследник резко остановились, когда из-за поворота коридора вышел принц Кристиан.

—

Крис? — удивленно воскликнул Регил, глядя в серьезные глаза сына. — Ты тоже это слышал?

Тот резко кивнул.

—

Настала пора посмотреть правде в глаза, отец. Идемте. Я знаю, куда их должны привести.

—

Откуда?! — воскликнул Лилиан.

—

У меня свои источники, — грустно усмехнулся принц, — Поторопимся. Я подозреваю, что твою жену будут убивать в первую очередь.

—

Почему? — Он уже знал ответ, но все равно задал этот вопрос.

—

Потому, что для жрецов Роя нет лучшей жертвы, чем оборотень, тем более истинный, — раздался звонкий ответ.

Братья и отец развернулись, и Регил тяжело вздохнул:

—

Похоже, мы все в это впутаны.

—

Она наша мать, — пожал плечами Кириан.

—

Успеем ли? — тихо заметил как-то разом постаревший король.

—

Рал уже движется в ту сторону, — тихо и сочувствующе ответил принц. — С ним человек, который может помочь.

—

Что ж, поторопимся, — помолчав, предложил Кристиан. — Вся семья в сборе. — Ответом ему стали синхронные кивки согласия. Все были готовы увидеть то, во что не хотели верить все эти годы. Но сейчас королева Тамира переступила незримую черту, которую не стоило пересекать.

—

Вернуть свою магию, вернуть своего бога, — улыбнулась королева Кириллу.

Мальчик беззвучно заплакал, прикованный тонкой прочной цепью к алтарю, на котором, распятая и одурманенная, лежала леди Лисиара.

—

Двойная жертва… — Королева ласково провела по обнаженной груди девушки рукой. — Оборотень Истинный и родственная кровь, пролитая однажды. О вас двоих говорится в нашем пророчестве. Оно утеряно, но отрывки сохранились. И теперь мы можем возродить надежду в наших сердцах. Мирейя станет тем королевством, с которого начнет процветание.

Кирилл молча слушал женщину, как две капли воды похожую на его мать, и на сердце постепенно становилось легче, когда мысль о том, что настоящая Тамира Катани на самом деле покоится в фамильном склепе на Эмире, утверждалась в его сознании как незыблемый факт. Вокруг алтаря собрались люди, одетые в черное с красным. Стены залы увешаны картинами, гобеленами и… оружием. Взгляд приковал лук на противоположной стене, а под ним две перекрещенные стрелы, одна сломанная, вторая… она словно дразнила. Если бы добраться до них. Если бы…