Страница 89 из 207
Универсальность и комфортность западных ценностей особенно важны при анализе одной из ключевых компонент глобальной конкуренции - ориентации элит погруженных в нее стран.
Подобно тому, как государство является мозгом и руками общества, элита служит его центральной нервной системой, отбирающей побудительные импульсы, заглушая при этом одни и усиливая другие, концентрирующей их и передающей соответствующим группам социальных мышц.
Хотя ключевым среднесрочным фактором национальной конкурентоспособности является эффективность управления, в долгосрочном плане, в котором ресурсные ограничения играют качественно меньшую роль, на первое место выходят мотивация и воля общества, в первую очередь воплощаемые в его элите. А в силу того, что с началом глобализации конкуренция стала осуществляться в первую очередь в сфере формирования сознания, важнейшим фактором конкурентоспособности общества становится то, кто именно формирует сознание его элиты (СНОСКА: Делягин - конк2010 и до нее, РЕМЧУКОВ).
Если общество само формирует сознание своей элиты, оно сохраняет адекватность, то есть способность преследовать свои цели и даже - посредством интеллигенции - сознавать и формулировать их.
Однако весьма часто сознание элиты формируется не самим обществом, но извне. Понятно, что это - слегка завуалированная форма внешнего управления. Так как дружба бывает между отдельными людьми и даже народами, а между странами и тем более государствами наблюдается преимущественно конкуренция, внешнее формирование сознания элиты осуществляется, как правило, стратегическими конкурентами соответствующего общества.
Исключение возможно, если рассматриваемая экономика так мала и однородна, что вписывается в мировой экономический организм на правах одной клеточки, одного звена в транснациональной технологической цепочке и, следовательно, интересы внешнего управления соответствуют интересам рассматриваемого общества. Однако такие случаи не столь часты, как может показаться приверженцам «либерального фундаментализма»; так, они ни при каких обстоятельствах не имеют отношения к случаю конкуренции между цивилизациями.
Понятно, что общество, сознание элиты которого формируется его стратегическими конкурентами, неизбежно становится неадекватным. Ценности, идеи, приоритеты, которые реализуют его элита, соответствует интересам его стратегических конкурентов, а для самого этого общества являются разрушительными.
Эта систематически недооцениваемая проблема исключительно важна. Формирование сознания элиты конкурирующего общества или хотя бы влияние на ее сознание становится одним из важнейших инструментов, с одной стороны, ведущейся на уничтожение конкуренции, а с другой - установления тотального контроля глобальных монополий. Последние используют технологии формирования сознания часто эффективнее отдельных государств, и превращают в простых исполнителей своей воли не только международные организации (вроде ВТО), но и глобальное общественное мнение, и национальные элиты.
Понятно, что элита, сознание которой сформировано стратегическими конкурентами ее страны, обречена на систематическое предательство национальных интересов.
Однако даже формирование сознания элиты ее собственным обществом еще не гарантирует ориентации элиты на национальные интересы. Причина прежде всего в естественном неравенстве, в том, что члены элиты в силу своего положения располагают значительно большими возможностями, чем рядовые граждане своей страны. В результате глобализация, которая предоставляет большие возможности сильным и большие несчастья - слабым, разделяет относительно слабо развитые общества, принося благо их элитам и проблемы - рядовым гражданам. С личной точки зрения членам элиты таких обществ естественно стремиться к либерализации, предоставляющей им все новые возможности, но подрывающей конкурентоспособность их стран и несущей неисчислимые беды их народам.
Это естественное разделение усугубляет угрозу превращения национальной элиты в антинациональную силу.
Более того: в относительно слабо развитых обществах традиционная культура, усугубленная косностью неэффективной бюрократии, способствует отторжению инициативных, энергичных людей, порождая в них естественное чувство обиды. А ведь именно такие люди и образуют элиту общества! В результате, отправившись «искать по свету, где оскорбленному есть чувству уголок», они воспринимают в качестве образца для подражания развитые страны и пытаются оздоровить свою Родину путем механического переноса на ее почву реалий и ценностей развитых стран. Подобное слепое культуртрегерство (особенно успешное) ведет к страшным последствиям не только в случае незрелости неразвитого общества, его неготовности к внедряемым в него ценностям, но и в случае цивилизационной чуждости для него указанных ценностей.
Но даже оставшись в стране и добившись в ней успехов, войдя в элиту общества, инициативные люди не могут избавиться от чувства собственной чужеродности, от ощущения своего отличия от большинства сограждан. Это также провоцирует враждебность активных членов элиты и к собственному обществу, воспринимаемому как скопище несимпатичных и в конечном счете опасных людей, и к собственной стране. «Умный человек в России неправ просто потому, что он умный - и потому думает не так, как все и, соответственно, не может предвидеть, как будут поступать все». Такое отторжение элиты имеет богатейшую традицию в России, но характерно и для многих других стран.
По мере распространения западных стандартов образования и переориентации части элиты и особенно молодежи неразвитых стран, особенно стран незападных цивилизаций, на западные ценности это противоречие распространяется все более широко.
Прозападная молодежь и прозападная часть элиты, стремясь к интеграции, к простым человеческим благам, утрачивают при этом собственные цивилизационные (не говоря уже о национальных) ценности, и в результате незаметно для самих себя начинают работать на систему ценностей своих стратегических конкурентов.
Именно с элиты и молодежи начинается размывание собственной системы ценностей, которое ведет к размыванию общества. Это деликатный аспект цивилизационной конкуренции, без которого нельзя понять широкое распространение отторжения собственных ценностей и враждебности к собственной стране.
Практический критерий патриотичности национальной элиты - форма ее активов. Ведь вне зависимости от мотивов ее отдельных членов, как целое элита обречена действовать в интересах сохранения и приумножения именно собственных активов (материальных или нематериальных - влияния, статуса и репутации в значимых для нее системах, информации и так далее). Если эти активы чужды обществу или контролируются стратегическими конкурентами, элита поневоле начинает реализовывать их интересы, превращаясь в коллективного предателя.
Как минимум это означает, что адекватная элита, ориентированная на собственные национальные и цивилизационные интересы, должна хранить значимую часть личных средств в национальной валюте, а не в валюте своих стратегических конкурентов. Отсюда, в частности, следует обреченность исламского вызова, лидеры которого, в отличие от лидеров США, Евросоюза и Китая, хранят средства в валютах своих стратегических конкурентов и потому не могут последовательно противодействовать последним.
Пример 22.
Национальные элиты против национальных интересов