Страница 31 из 207
Как представляется, «эпидемия конспирологии» вызвана некими органическими, принципиально неустранимыми особенностями технологий high-hume. Сам характер этих технологий жестко предопределяет неизбежную скрытность, конспиративность всякого отдельно взятого случая их сознательного применения. Ведь если даже самым благожелательно настроенным людям сообщить, что они находятся под информационным воздействием, оказываемым на них таким-то образом в таких-то целях, эффективность этого воздействия в общем случае уменьшится в разы, если оно вообще не приведет к противоположным результатам. Так, одним из наиболее изощренных и эффективных приемов информационной войны является создание у людей иллюзии враждебного пропагандистского воздействия на них для того, чтобы направить их естественное противодействие в нужную сторону.
Специалисты в области информационных технологий, как и большинство людей, охотно судят о других по себе и своим успехам. А так как их успехи основаны преимущественно на применении скрытых методов, легко подпадающих под определение «заговора», они охотно верят в широкую распространенность и всемогущество заговоров - тем более, что для них самих эта вера приятна, так как означает неявно и веру в их собственное всемогущество, в их собственную принадлежность к некоему всесильному и тайному сообществу, своего рода «новым масонам».
Эта вера подпитывается и тем, что погруженность в информационный мир и связанный с ней отрыв, «выпадение» из реального мира способствует потере представлений не то что о роли объективных закономерностей в развитии общества, но даже зачастую и о самом принципиальном существовании подобных закономерностей.
Происходит своего рода естественная «инверсия сознания», распространяющего известные ему преимущественно информатизированные аспекты общественной жизни на всю эту жизнь.
У широкого распространения «теорий заговоров» есть и вполне объективная предпосылка, выявленная для общих случаев И.Пригожиным и конкретизированная для общественных процессов В.Леонтьевым.
Практически любое позитивное взаимодействие людей внешне выглядит может быть представлено как заговор (именно в этом заключается объективная предпосылка распространения специфических расстройств психики среди сотрудников разного рода политических полиций). В любой момент такие взаимодействия идут в целом достаточно хаотично и разнонаправленно. Однако объективные закономерности общественного развития, реализуясь через деятельность людей, в общем случае позволяют достичь успеха только тем межличностным взаимодействиям, которые случайно или же в результате успешного планирования в наибольшей степени соответствуют требованиям этих объективных закономерностей.
Именно эти успешные взаимодействия и сохраняются в памяти - не только общества, но и самих их участников и, соответственно, входят в историю. Остальное забывается и отбрасывается как несущественное и случайное, а порой и постыдное - людям свойственно стыдиться своих ошибок и всеми силами стараться их забыть.
В результате, оглядываясь назад без углубления в изучение объективных закономерностей развития (которые недоступны для специализирующихся на информационных воздействиях), человек и общество видят на поверхности явлений лишь цепочки зачастую очень сложных, но неуклонно венчающихся успехами межличностных взаимодействий. Называть их заговорами или же плодами удачного стратегического планирования - дело воспитания, вкуса и личной культуры, но приверженность к их изучению жестко задается самим поверхностным характером рассмотрения.
Таким образом, сведение всего общественного развития именно к таким цепочкам практически неизбежно для информатизированного, профессионально инфантильного сознания, принципиально не имеющего отношения к реальности и тем более к ее объективным закономерностям.
Венцом такого сознания являются фобии - безотчетные страхи, произвольно концентрирующиеся на относительно случайных явлениях. Причина их появления у информатизированного сознания - неминуемо острое ощущение, существующее, как правило, на подсознательном уровне, своей как минимум неполной адекватности и недостаточности для восприятия окружающего реального мира.
Однако в условиях информационной революции и смерти логики фобии являются не привилегией одного лишь наиболее передового, информатизированного сознания, но всеобщим достоянием. Глубинной причиной их появления в обычном, традиционном сознании является внутренний конфликт между обстоятельствами реального мира, которые помнит, знает или видит не- или недостаточно «информатизированный» человек, ставший объектом интенсивного воздействия технологий high-hume (а это едва ли не все население относительно развитых и успешно развивающихся стран), и теми образами и оценками этих обстоятельств, которые массированно и настойчиво внедряют в его сознание указанные технологии.
Невиданный взрыв популярности фильмов ужасов (в первую очередь в развитых странах и лишь затем в остальных), таким образом, отнюдь не случайно совпал с началом относительно широкого применения информационных технологий. Он представляется не только стихийной реакцией совокупности индивидуальных сознаний на распространение относительно высоких стандартов благополучия и связанного с ним сенсорного голодания, но и более чем наглядным воплощением широкого, практически повсеместного распространения индивидуальных фобий.
В общественной жизни фобии воплощаются в том числе и через описанные выше «теории заговоров». Сфера конкретизации их объектов, особенно в «экспертном сообществе», достаточно широка - от «жидомасонов» и «мирового правительства» с центром то в Шамбале, то в Бильдебергском клубе до «русской мафии», всевластного АНБ (а ранее - не менее всевластных ЦРУ и КГБ) и более или менее «террористических» режимов Кастро, Хусейна, Ким Чен Ира, Каддафи, отца и сына Бушей со вклинившимся между ними Клинтоном, не говоря уже о Милошевиче.
Существенно, что все описанные проявления инфантилизма характерны для индивидуальных сознаний не только развитых, но и авторитарных обществ, в наибольшей степени и в наиболее грубой форме подвергнувшихся перестройке с помощью информационных технологий. Основная часть наших российских современников старше 35 лет помнит большинство рассмотренных черт на своем собственном примере. Соответственно, грубая перестройка сознания при разрушении авторитарного режима и «перехода к демократии», являющаяся для большинства населения поставторитарных стран не менее насильственной и психологически (а часто и не только психологически) катастрофичной, чем для их отцов или дедов - становление авторитарного режима, также создает питательную почву для широкого распространения фобий.
В развитых странах описанные сбои индивидуальных сознаний способствуют ускоренному и углубленному развитию психиатрии и психотерапии, которые не только выступают непосредственной реакцией общества на распространение заболеваний, но и, на более глубоком уровне рассмотрения, служат своего рода «ремонтными производствами» для важнейшей производительной силы информационных технологий - индивидуального человеческого интеллекта и психики. Остальные общества, просто в силу недостаточной развитости, этих «ремонтных производств» лишены, что усугубляет их отставание от развитых стран.
Существенно, что психиатрия, как и всякое «ремонтное производство», эффективно способствует совершенствованию применяемых базовых технологий, то есть технологий формирования сознания, и служит действенным (а с точки зрения общественной безопасности - и необходимым) инструментом их улучшения.