Радуга 1

— Потому что с инопланетянами у меня бы получилось договориться, а вот с твоей мамой, да в этой глуши — вряд ли.

— Дурак! — сказала Лена. — Ты посмотри в окно!

Действительно, зрелище было завораживающее: над лесом, сбоку от мокрой крыши магазина переливались огни чего-то, неподвижно застывшего и безмолвного. Восемь или девять фонариков, чередующихся красными, зелеными и белыми цветами, вытянулись в слегка скругленную к краям линию.

— Пошли из машины, посмотрим! — предложил Шурик, отстегивая ремень безопасности.

— Саша, я боюсь, — трагически снова прошептала жена.

— Пойдем, на улице бояться интересней! — сказал Шурик и отстегнул ее ремень. — Не бойся, я тебя защитю!

Они вышли на обочину. Машин на дороге больше не было. Со стороны домов были слышны крики самозабвенно влюбленных друг в друга котов, да к магазину шли две какие-то женщины с ребенком. Женщины курили, ребенок безостановочно тянул носом и пинал поочередно обеими ногами подмерзающую к ночи слякотную грязь.

НЛО просто и буднично висело над макушками деревьев. Огоньки весело перемигивались, напоминая чем-то елочные гирлянды. Силуэт его сливался с чистым ночным мартовским небом. Определить размеры было невозможно: то ли оно было огромным и замерло где-то вдалеке, то ли, наоборот.

Смотреть на эдакое чудо было, конечно, интересно, даже фотографировать не хотелось. Но без обмена мнениями обойтись было просто нельзя, невыносимо и даже как-то не по-человечески.

— Видишь? — спросила Лена.

— Думаю — да!

— Это НЛО? — опять спросила Лена, на сей раз уже достаточно громко. Видимо, ей очень хотелось, чтобы и те женщины, и тот сопливый ребенок тоже обратили на это диво свое внимание.

Шурик деликатно промолчал, а одна из женщин, расслышав слова Лены, задрала голову к лесу.

— Че там? — спросила другая.

— Инопланетяне, говорят, — ответила ее спутница. — Вишь, огнями светятся?

— Фу! — громко протянула другая и сплюнула сигаретный бычок. — Вот если бы бутылка водки висела — тогда интересно. Эка невидаль!

И они перешли на другую сторону дороги, ребенок, так и не обратив никакого внимания на чуждые огни, поспешил следом, продолжая отвратительно тянуть носом.

— Во дают! — снова тихим голосом произнесла Лена. — У них тут НЛО — заурядность, что ли? Даже ребенку ничего не сказали!

— Просто — это быдло, родная моя. Такое состояние души. Приземленность. Способ выживания. Здесь по другому — тяжело, — вздохнул Шурик. — Ребенку, думаю, тоже неинтересно. Дали бы кто денег — вот тогда НЛО! А так — чушь собачья.

Словно отозвавшись на их разговор, объект вдруг, в одно мгновение, сделался ближе и огромней. Можно было различить даже какие-то окна-иллюминаторы над сделавшимися далекими друг от друга разноцветными огоньками. А в них — силуэты.

В следующую секунду НЛО опять внезапно оказался вдали, огни его сошлись в точку — и все кончилось. Только звезды, пар от дыхания, и Rod Stewart из машины.

Уже дома, под уютное потрескивание камина, выпив по бокалу 7-летнего Chivas Regal, расположившись в глубоких креслах, Лена, вдруг спросила:

— Почему ты сказал про конец света?

— Когда? — удивился Шурик, отблески скрытого жаропрочным стеклом дверцы огня играли на линзах его очков.

— Ну, ты сказал, что НЛО расплодились, как при конце света.

Шурик задумался, плеснул в бокалы виски и отпил из своего, не забыв чокнуться с Леной, почесал за ухом, отчего стал похожим на кролика. Если учесть багровый отсвет очков — на кровожадного кролика. Наконец, он произнес:

— А пес его знает, почему я так сказал. Наверно, так и есть.

15. Белый шум, первый опыт

Случайная фраза о конце света не вылетала у него из головы. Что поделаешь — специфика работы в «Дуге» допускала возможность и такого развития событий. Он старательно перепроверял поступающие ему от подшефных метеорологов данные. Несмотря на раннюю весну Радуга фиксировалась. Стало быть — все в порядке, волноваться не стоит.

Инопланетяне, или кто там еще под их масками, появлялись редко, но метко. Все эти две тысячи с небольшим лет от Рождества Христова, да плюс еще 5508 от сотворения мира, если брать во внимание церковную хронологию, существа с неведомых миров присутствовали, но как бы не очень. Во всяком случае, никто не мог похвастаться, как чукча, впервые увидевший негра. По мнению чукчи — черные люди невозможны, но вот они — бегают по льду, голозадые, бананы ищут. Вывезли их, несчастных пароходных «зайцев», из жаркой Африки, но вместо Европы привезли за Полярный круг. А бананьев-то — нема. Замерзли негры, посерели от холода и померли. Но они есть, их даже можно выставить указателями на самом высоком снежном торосе, пусть другие чукчи подходят и языком щелкают: «Негра, однако».

За все время существования статистики никто не мог похвастаться корешами-инопланетянами, живыми, либо не очень. Роузвел с поучительным вскрытием глазастого мутантика, объявление веселого парня Рейгана: «они живут среди нас» — все это очень романтично, но не общепринято. Чего скрываться? Подумаешь — развитая цивилизация! Вон, на Гаити, нет-нет, да и сожрут кого-нибудь, с лечебно-профилактической, так сказать, целью. Сидят кагалом, ковыряются в зубах, переваривают, да на злых тонтон-макутов валят, выкормышей антинаучных опытов папаши Дока. Дикари и антигуманные личности, никакой нравственности, предел мечтаний — камнем по башке соседа-приятеля садануть, и чтоб он не саданул в ответ. А тут, бац — автомат с полной обоймой какой-то случайный белый парень обронил. Это уже не счастье, это — воля всевышнего. Хвать в руки — и от пуза поливать свинцом. Кого? Да всех. Хоть того же белого парня. Кончился боезапас, припрятал автомат для другого случая. Будет дикарь делать патроны? Чего же он — гений, парадоксов друг что ли? Ни читать, ни писать по-человечески, из имущества — одни трусы, да еще с убитых трусы, да еще припрятанный автомат. Создает он угрозу для остальных белых, даже если завалил одного, того самого, замешкавшегося? Чтоб воплотить в жизнь победу над более умными, более выносливыми, более сильными противниками дикарям нужно влиться в чужую культуру и извратить ее, изгадить изнутри. Дело не одного поколения.

Чего же тогда мудрые инопланетяне стесняются? Им же в любом случае не убудет. Да, наверно, Божья воля на то. Недаром рядом с хлопнувшимся о лед Онежского озера чужеродным неопознанным летательным аппаратом были обнаружены следы со следами святости (прости Господи за каламбур). Все мы твари Божьи. Не могут, видать, инопланетные твари (или кто там они еще) преступить запрет и закричать с телевизора: «Привет, Земляне! Закурить не найдется?»

Шурик слегка успокоился, обозвав себя «отличным аналитиком». Потом добавив, «тайным отличным аналитиком». Профилактики ради посмотрел в интернете про упоминания об НЛО и плюнул: полтора миллиона страниц, несколько тысяч из которых относительно свежих. Пес с ними, с инопланетянами, интенсивность их появлений не должна никак связываться с концом света. Откуда они знают? Они что ли заранее уже билеты выкупили, чтобы насладиться шоу? Козлы эти инопланетяне и уроды!

Разобравшись таким образом с НЛО, Шурик решился на дальнейшие исследования, только чуть в другой области: в спиритической. Нет, конечно, рысью бежать к гадалкам и ясновидящим он не собирался. Сны тоже не могли помочь в работе, они все несли в себе информацию противоречивую и запутанную. Даже по Библии снам нельзя было доверять. Иногда, конечно, приятно полетать в звездном небе, или пообниматься с обольстительно прекрасным бабцом, но, проснувшись, гораздо приятней тронуть за грудь свою красавицу жену. Положительное свойство реальности.

Аполлинарий, получив исчерпывающий отчет об НЛО, о личном «контакте», о всяких шумерских «шемах», вдоволь насмеявшись, дал добро на поиски чего-нибудь полезного в так называемом «белом шуме».

— Дело, конечно, странное — этот «белый шум». Говорят даже, опасное. Так что в домашних условиях никаких поисков. Арендуешь помещение, лучше, даже звукозаписывающую студию. Обязательно с помощником вне студии, чтоб мог легко достичь и тебя, и электрический рубильник. Впрочем, сам знаешь меры безопасности. Можешь даже Дуремара из офиса на недельку выписать.