Страница 83 из 122
— Ты хоть думай, что ты говоришь. Во-первых, некоторые из этих деятелей скоро в ящик сыграют по причине преклонного возраста, а во вторых, к примеру, за каким чёртом лично мне было вселяться в того же Николашку, чтобы потом спать с Аликс. Нет, Дьякон, мы всё сделали правильно.
— Голова прав, Дьякон, — вступил в разговор я, — кроме того ты и сам знаешь, что любого короля играет свита. То, что князь Горчаков вдруг записался в пророки и кладоискатели, люди были способны понять, но начни говорить о том же самом Николашка, беды было бы, не оберёшься. Да, мы не смогли предотвратить эту войну, но мы ведь об этом знали и раньше. Извини, Петруха, но что бы ты не делал, вселившись в тело короля Эдуарда, всё равно не смог бы изменить Англию, а в ней-то как раз и заключён весь корень зла. В России, как ты понимаешь, мы могли обойтись малой кровью и обошлись, но только не в Британской империи и ты это прекрасно знаешь.
Дьякон печально вздохнул и признался:
— Знаю, Маркони, но ничего не могу с собой поделать. Мне всё время кажется, что мы всё же имели возможность безболезненно завоевать весь мир и переделать его без войн и насилия.
— Нет, командир, не смогли бы. — Решительно сказал Айболит, напомнив Дьякону, кем он для нас всех по прежнему был — И ты прекрасно знаешь, что эта война мало того, что неизбежна, так ещё и нужна, чёрт бы её побрал. Мы сделали всё, чтобы она не принесла жертв больше, чем та, которая случилась в нашем прошлом, а кроме того только в том случае, если она будет развязана, мы сможем провести операцию "Гнев миротворцев".
Голова, кивая, добавил:
— Не забывай также и о том, что эта война позволит нам, наконец, сковырнуть чужими руками Николашку. Чёрт, как же он мне надоел, этот дуролом. Не царь, а просто беда какая-то.
— Не он один такой, Володя, — сказал я не в порядке защиты государя императора, а только для того, чтобы указать на других коронованных деятелей, — чем, к примеру, лучше него Филателист или наш дорогой Кузя? Тоже ещё те деятели.
Филателистом мы называли короля Георга, а Кузей — кайзера Вильгельма, троюродного деда Николашки. Оба этих монарха что в нашей, прежней истории, что в новой, своими действиями причинили огромный вред всей планете. Впрочем, говорить о том, что они одни во всём виноваты, конечно же нельзя, но это именно они могли сделать первые шаги к миру и не сделали их. Айболит, снимая с углей вторую рыбину, мрачным, чуть ли не замогильным голосом сказал:
— Знаешь, Маркони, и всё-таки Дьякон был прав тогда, когда предложил сделать мулами самых одиозных политиков и монархов. Вот тогда мы действительно избежали бы войны.
— Айболит, не заводи эту шарманку по новой. — Огрызнулся я, разливая водку по стопкам — Это ничего не дало бы. При всех их недостатках, не надо забывать, что за небольшим исключением, эти ребята ещё с тем норовом и их вот так, запросто, в бараний рог не скрутишь. Опять-таки не забывай, что рано или поздно все они предстанут перед судом, как поджигатели войны.
— Ну, да, конечно, — съязвил Айболит, — ты только забыл о том, сколько людей из-за этого погибнет.
— А вот это, не факт. — Резко возразил я — И ты это прекрасно знаешь. Мы ведь сможем дать всем погибшим второй шанс и хотя они в результате с места гибели за несколько мгновений перенесутся в далёкое будущее, это всё же лучше, чем умереть молодым парнем или девушкой. Ты об этом подумал или тебе трудно заглянуть в будущее?
Айболит сразу же стушевался, зато Голова, посмотрев на меня с иронией, беря в правую руку стопку, а в левую солёный огурец, покрутив головой со вздохом сказал:
— Знаешь, Серёга, мне что-то не очень нравится эта идея — возрождать людей, умерших чёрт знает когда. Эдак мы можем дойти до того, что доберёмся до Александра Невского, а то и до фараонов. Ну, подумай сам, какой в этом смысл?
Выпив водку без тоста, я насмешливо ответил:
— А я и думать не собираюсь, Володенька. Пусть над этим вопросом ломают головы потомки, которым мы откроем тайну нашего десанта в прошлое. По этому поводу я могу сказать тебе только одно, в начале двадцать первого века в нашем прошлом, число умерших людей было всё же меньше, чем живших тогда. Вот и подумай теперь, может быть имея под задницей звездолёты, наши потомки, подумав, возьмут и дадут второй шанс всем тем людям, которые этого достойны? Знаешь, я не думаю, что всякие там Чингисханы и Малюты Скуратовы это заслужили, но ведь жили же на Земле такие люди, Сергий Радонежский, Исаак Ньютон и многие другие, кого действительно следует возродить в новом, молодом теле без малейшего изъяна, пусть и выращенном искусственно. Во всяком случае технологии валаров позволяют это делать, а вот пойдут на это наши потомки или нет, это уже вопрос к ним, а не к нам.
— Ага, как же, — усмехнулся Дьякон, — можно подумать, что ты чего-нибудь не придумаешь, Маркони. Ты, батенька, уже так насобачился народ на всякие дела подзуживать, что справишься и с этим, хотя лично я с тобой полностью согласен. Если есть возможность дать всем более или менее приличным людям второй шанс, то это обязательно нужно сделать, иначе грош цена твоему открытию.
— Стоп, Дьякон, я же просил не называть ментальный шлем моим открытием или изобретением. — Немедленно возразил я — Или мне что, издать специальный приказ на этот счёт?
Дьякон лениво отмахнулся от меня и, уплетая жареную рыбу, насмешливо поинтересовался:
— Всё это хорошо, Маркони, но не кажется ли тебе, что нам самое время вбросить в Европу что-нибудь новенькое?
— Угу, чертежи атомной бомбы, — отозвался я, — мы уже и так переборщили со всякими новинками. Единственное, чего им не хватает, так это радаров и они почему-то не торопятся их изобрести.
Мой друг с всё той же усмешкой сказал:
— Вот про них-то я и говорю, Серёга. Если они получат сейчас от нас локаторы наподобие "Фрейи" и "Вюрцбурга", то по самым оптимистичным расчётам смогут значительно усовершенствовать их только к двадцатому году, не раньше. Зато представь себе, как это осложнит жизнь лётчикам бомбардировочной авиации.
Тем самым Дьякон задел меня за живое, ведь я активно сотрудничал с фирмой "Маркони", которая стала крупнейшим в мире производителем радиотехники. Кивнув, я ответил:
— Можно, только давай всё же подбросим им пусть и не сильно, но куда более продвинутые радары, причём такие, которые смогут работать как на суше, так и на море, а точнее радары трёх, четырёх типов, но только не бортовые, для установки на самолётах. Это будет лишнее. Нечего всякую шпану поважать. Они у нас уже готовы, так что фирма "Маркони" запустит их в серию меньше, чем за месяц. Естественно, если мы будем поставлять им комплектующие, а ещё будет неплохо поставить им надежные миноискатели.
— Ненавижу мины. — Проворчал Николай, большой спец в том числе и по минно-взрывному делу — Особенно мины-сюрпризы.
— Кто же будет спорить. — Согласился я — Поэтому я и предлагаю начать поставку простых, но очень чувствительных и надёжных миноискателей. Всё жертв будет меньше.
Хотя это и был выходной день, если мы собирались вместе, то мы, как всегда, продолжали свою повседневную работу, а она у нас в основном заключалась в раздаче указаний. Правда, прежде чем меня просили отдать какой-нибудь приказ, иные вопросы прорабатывались по несколько месяцев, а иногда и лет. Мы ничего не делали не просчитав заранее, какими будут последствия. Теми же локаторами у нас занималось целых пять независимых групп аналитиков и Дьякон контактировал только с двумя, зато я уже получил информацию от всех пяти и наши эксперты пришли к выводу, что радиолокационные станции непременно повысят уровень безопасности мирных граждан.
Во всех городах Европы давно уже было построено немалое количество бомбоубежищ, чему поспособствовало несколько художественных фильмов о грядущей войне, снятых в России. В них как раз и показывались все ужасы ковровых бомбардировок. Они вышли на экран ещё в тринадцатом году и поскольку в одном из кинофильмах рассказывалось именно о том, как жители одного дома спаслись от смерти, построив бомбоубежище в подвале, усилив его перекрытие и выкопав подземный ход, через который потом смогли выбраться наружу. Нам было хорошо известно, какое впечатление произвели русские антивоенные фильмы в Европе. Особенно фильм, который назывался "Подземный ковчег".