Страница 70 из 122
Российская армия тоже получала защитные боекостюмы, изготовленные компаниями "Джулио Сезаре" и "Фернандо Кортес", но как и те, которые поставлялись вооруженным силам Италии и Испании, а также США и Латинской Америки, это были куда более совершенные изделия, оснащённые осветительными приборами и радиосвязью. Помимо этого эти цезари и кортесы были ещё и исполнены в виде боевой разгрузки с удобным ранцем. Армии Испании, Италии, всех стран Латинской Америки уже почти на половину были профессиональными и попасть на службу могли только грамотные, инициативные, физически сильные, ловкие и подвижные молодые люди. В Российской империи уже почти вся армия была профессиональной, а призыв существовал только на бумаге и то исключительно для шпионов. Получить же полное представление о российской армии они не могли, но отмечали, что все офицеры и солдаты одеты с иголочки и пользуются очень большой популярностью в обществе.
В одна тысяча девятьсот двенадцатом году произошло одно из самых знаменитых событий двадцатого века. Большой Тедди, который передал эстафетную палочку в девятьсот восьмом году своему другу Уильяму Говарду Тафту, не стал создавать свою "Партию лосей" в двенадцатом году. Поэтому Старый Билли, как мы его называли, переизбрался на второй срок практически автоматом, зная, что на следующих выборах Теодор Рузвельт выставит свою кандидатуру в третий раз, чтобы потом снова побороться за президентский пост, но уже в новой стране. О всех своих недугах он уже давно забыл, здорово помолодел и больше не носил пенсне. Начиная с девятьсот девятого года он почти безвылазно находился в Латинской Америке. В своём летающем дворце "Авраам Линкольн", Большой Гринго облетел все страны этого континента, но больше всего полюбил Аргентину и даже стал настоящим летающим гаучо.
Как и практически все члены нашей огромной команды, Большой Тедди научился пилотировать не только самолёт, но и вертолёт, а потому довольно часто отправлялся в сопровождении шестёрки истребителей на воздушные прогулки. Они имели очень большой смысл. Мы не навязывали нашему другу никаких идей по той причине, что у нас их попросту не было, как таковых. Единственное, что мы старались донести до смысла каждого человека, поднявшегося над другими, так это то, что он должен чувствовать себя отцом по отношению к тем, кто слабее и беднее него. В общем пропагандировали идеи чуть ли не феодального патернализма. Тем же самым занимался и Большой Тедди, который не стеснялся объяснять каждому богатому ранчеро или идальго, что тот должен быть добрым отцом для своего народа, а не деспотом-самодуром, окружившим себя жестокими нукерами.
А ещё Большой Гринго объяснял всем, что Латинская Америка должна стать единым государством, в котором у всех людей должны быть равные права независимо от цвета кожи. Наши образовательные программы уже дали свои плоды и результаты были весьма впечатляющими. Молодые индейцы Южной Америки, получив классическое образование несравненно более высокого уровня, чем европейское, стали учёными, инженерами-конструкторами и такими врачами, каких было не сыскать больше нигде в мире. Мы вы выкупали в джунглях захваченные белыми плантаторами земли и создавали на них индейские научно-промышленные корпорации, по большей части фармацевтические, бесплатно обучали креолов и чернокожих граждан латиноамериканских стран, создавали для них всевозможные бизнесы, но что самое главное, обучали грамоте и делали и высококлассными специалистами. Про белых людей мы тоже не забывали и постепенно, шаг за шагом добивались пусть и небольших, но всё же успехов.
Варианты типа "Рабыня Изаура" уже не проходили. Каждый молодой идальго считал своим долгом стать офицером и мы предоставляли им такую возможность, давая им такое военное образование, о котором они не могли мечтать и в Европе. Даром что ли мы взяли с собой в прошлое свыше трёхсот самых лучших преподавателей из высшей военной школы своей страны? Ранчеро и крупные землевладельцы-плантаторы, быстро смекнув, что они смогут получить от нас огромные кредиты только в том случае, если будут проявлять заботу о своих пеонах, размышляли недолго. Даже не алчность, а просто здравый смысл взял верх над прежними предрассудками и они "повернулись" лицом к народу и решили, что перестать быть угнетателями в первую очередь означает, что ты сможешь прожить долгую жизнь.
Как это не прискорбно, но всех тех людей, которые выступали против нас тайно или открыто, причём не просто сердито ворчали, а пытались поднять мятеж, мы ликвидировали. Тихо, под видом банального инфаркта или инсульта, они уходили из жизни, а им на смену приходили куда более вменяемые люди. Мы ведь даже и не собирались ликвидировать, как класс, богатых. Мы просто вели жесточайшую борьбу с бедностью, но не путём раздачи денег налево и направо, а через создание множества рабочих мест и небольших предприятий с самыми разными формами собственности. В таких условиях Большой Тедди правильно понял свою задачу — создать как можно быстрее Южно-Американские Соединённые Штаты как государство, в котором все люди будут иметь равные права и равные возможности. Самого ценного — земли, для этого хватало с избытком.
При этом Теодор Рузвельт постоянно говорил о том, что только так северный сосед также сможет преобразиться и по ту сторону Панамского канала можно будет создать Северо-Американские Соединённые Штаты. Он настолько взвинтил темп, что уже к лету одна тысяча девятьсот двенадцатого года в Асунсьоне, столице Парагвая, состоялся Конгресс латиноамериканских народов, а незадолго до этого войска Бразилии и Венесуэлы, после очередной крупномасштабной военной провокации вышвырнули европейских колонизаторов из всех трёх Гвиан. На этом Конгрессе было принято решение создать Южно-Американские Соединённые Штаты, как единое континентальное государство. Выборы президента должны были состояться через два года, а пока что новым государством должен был управлять временный президент. Им был избран Анастасио Рикос, которого был до этого президентом Венесуэлы, наш старый друг и умнейший человек с большим жизненным опытом.
Так пятнадцатого июля одна тысяча девятьсот двенадцатого года произошло то, что впоследствии стали называть Великим переломом. Начиная с этого дня на всей территории Южной Америки полностью отменялись границы и вступили в силу новая Конституция и Гражданский кодекс законов, а также вводилась новая денежная единица — золотой боливар. При том, что запасы золота ЮАСШ составляли на тот момент четыре с половиной тысячи тонн, это была одна из самых обеспеченных валют в мире. Разумеется, золотые монеты лежали в хранилищах федеральных банков, а на руки людям выдавались новенькие пластиковые, "неубиваемые" банкноты, на которых был изображен Симон Боливар на одной стороне, а на другой самые величественные пейзажи и архитектурные памятники. В качестве архитектурного символа Бразилии была избрана установленная три года назад на горе Сахарная голова в Рио-де-Жанейро статуя Христа, её изобразили на купюре в один золотой боливар, а для колумбийцев им стала ещё большая по размеру статуя Симона Боливара. Она была изображена на банкноте в тысячу золотых боливаров.
Наш лозунг — "Война хижинам — мир дворцам!", прекрасно сработал, а поскольку был поддержан огромными капиталовложениями, в результате которых бедняки переселялись из трущоб в отличные коттеджи, то народ не очень-то протестовал против того, что Венесуэла или, скажем, Чили стала федеральным штатом, а президент страны теперь именовался губернатором. Тем более, что на Конгрессе было принято решение установить новые границы штатов по экономическому принципу. Экономика, социальная политика и элементарная целесообразность постоянно выдвигались вперёд. Главным приматом права стали права каждого отдельно взятого человека, а государство ставило перед собой цель заботиться о постоянном росте его благосостоянии, интеллектуальном, культурном и физическом развитии. Было также заявлено об охране природы, как высшего достояния человека, и государственном планировании и регулировании экономики с целью обеспечения прав человека.