Страница 14 из 124
– Да что ты?
– Я буду твоим личным инструктором.
– Звучит привлекательно.
Снова разговаривать они начали много позже. Ленни опять пространно жаловался по поводу фильма, а Лаки молча слушала, упиваясь сознанием, что скоро в ее власти будет все изменить.
– Написал я новый диалог, этот жопа-режиссер говорит: «Прекрасно, Ленни, просто блеск». И отказывается снимать. Я каждый день вношу свои предложения, так они на них плюют. Господи, да я все делаю задаром, им бы только радоваться, верно?
Она согласно кивнула, поглаживая ему спину и массируя шею.
Он лежал лицом вниз и впервые за много недель расслабился по-настоящему. Лаки – единственная женщина на свете, которая может снять с него напряжение и заставить почувствовать себя легко и свободно.
– Нам надо придумать, как тебе выбраться из этого контракта, – сказала она.
Он признал свое поражение.
– Как всегда, ты была права. Я поговорю с адвокатом.
– Подожди, пока не доснимут «Настоящего мужчину». Тогда будет самое время что-то предпринять.
– Да, наверное. И почему ты всегда права?
Она рассмеялась.
– Потому что я – дочь Джино, а он меня здорово натаскал.
– Чертовски здорово.
– Очень здорово. И не забывай этого, муж мой.
Он перевернулся на спину и схватил ее в объятия.
– Теперь – главный вопрос. Когда ты приедешь в Акапулько? Ты мне нужна там уже сейчас.
Начинается. Она глубоко вздохнула.
– Гм, Ленни, я хотела поговорить с тобой насчет Акапулько.
– О чем именно? – спросил он подозрительно.
– Не злись, – предупредила она.
– О чем именно? – повторил он.
Она начала заранее подготовленную речь.
– Мне надо покончить с крупной сделкой в Японии. Если все пойдет нормально, я освобожусь через пару недель, потом заеду повидать Бобби в Лондон, да еще проведу несколько дней в Нью-Йорке, в конторе. После этого я в твоем распоряжении.
– Ты, должно быть, шутишь? – спросил он бесцветным голосом.
– Нет, я серьезно.
– Лаки. – Он был настойчив. – Ты обещала мне Акапулько.
– Я приеду, – заверила она.
– Когда? – обиженно поинтересовался он.
– Как только смогу.
Обозлившись, он сел.
– Так я тебе и поверил.
– Я и сама не в восторге. Но японцы очень своеобразны во всем, что касается сделок. – Она потянулась за сигаретой. – Конечно, я могла бы послать кого-нибудь из директоров компании, но они хотят, чтобы я приехала сама. Тут речь идет о том, чтобы показать свое уважение. Владелец их компании хочет иметь дело только с владельцем нашей компании. А пока Бобби и Бриджит не достигнут совершеннолетия, это я. Сделка огромная, мы над ней больше года работали. Было бы обидно все потерять.
К счастью, Ленни ничего не знал о том, что творится в компании по морским перевозкам Станислопулоса, он никогда не выказывал никакого интереса, а она не навязывалась с подробностями. Так что ее объяснение звучало правдоподобно.
– Блин! – проворчал он. – И угораздило же меня жениться на деловой женщине. Я никогда тебя не вижу, мать твою…
Он вскочил с постели и прошлепал в ванную комнату.
– Зато я тебя чертовски возбуждаю, – крикнула она ему вслед. – А с другими тебе скучно. Давай, Ленни, признавайся.
Шум душа заглушил ее слова. Черт побери, его реакция оставляла желать лучшего.
Затушив сигарету, она прошла за ним в ванную и, встав под душ, обняла сзади за талию.
– Прекрати, – проворчал он сердито, пытаясь высвободиться.
– Не выдрючивайся, – попросила она, не отпуская его. – Это же просто отсрочка. Я приеду. Ты ведь туда не бездельничать едешь. Тебе же работать каждый день, а ты знаешь, как я не люблю болтаться под ногами и изображать из себя жену.
– У меня были и другие планы, – заметил он, потянувшись за мылом.
– Какие? – спросила Лаки, скользнув руками вниз по его животу и наконец добравшись до цели.
– Послушай, леди, сейчас тебе секс не поможет, – предупредил он, поворачиваясь к ней под потоками теплой воды.
– Какие другие планы? – повторила Лани, опускаясь на колени.
– Ничего не выйдет, – сделал он попытку оттолкнуть ее. – Можешь мучить меня сколько влезет, но я ничего не скажу.
Она пустила в ход язык.
– Говори! – потребовала она. – Выкладывай все, а то не поздоровится!
– Не… пойдет, – удалось простонать ему.
Ее язык дразнил его, Ленни притянул жену к себе. Теперь пришла ее очередь отодвинуться.
– Говори, – упрямо повторила она, – а то хуже будет.
Оба уже перестали сердиться. Кризис остался позади Он нетерпеливо схватил ее за мокрые волосы и прижал ее голову к себе.
Она вывернулась и выскочила из-под душа.
Быстрым движением он схватил ее снова, и они упали на пол, голые, скользкие и смеющиеся.
– Попалась! – произнес Ленни с торжеством, прижав ее ноги своим телом и устраиваясь поудобнее.
И когда он овладел ею, то услышал, удивив и себя и ее, свои собственные слова.
– Я… хочу, чтобы… у нас… был… ребенок. И… никаких отговорок. Слышишь, Лаки? Договорились?
11
После ухода Эйба Пантера под руководством Микки Столли «Пантер» изменилась до неузнаваемости. Когда-то она была одной из тех блестящих студий, что делали прекрасные фильмы в хорошем вкусе. Теперь она шагала в ногу со временем, уж Микки об этом позаботился. Как он любил говаривать на заседаниях совета директоров: «Мы живем в гребаные восьмидесятые, черт побери. Так пусть все эти засранцы получают то, что они на самом деле жаждут увидеть».
А публика, считал Микки, жаждет видеть многочисленные акты насилия и массу сисек и голых задниц. И не просто сиськи и задницы, а в порнографическом варианте. В фильмах девиц раздевали, запугивали, уродовали, насиловали и убивали. По существу, он и его команда сценаристов, режиссеров и продюсеров шла так далеко, как только могла себе позволить.
Со звездами в этих фильмах было не густо. Но картины приносили хорошие деньги по всему миру. Производство их обходилось в копейки, в рекламе они и вовсе не нуждались.
Великая Америка. Можно было вышибать женщинам мозги на экране, трахать их любым способом, и, если секс не изображался слишком графически точно, все сходило с рук.
Абсолютно.
Студия «Пантер» сделала эти дешевые, мягкопорнографические фильмы своей специальностью. И все благодаря Микки Столли, которого устраивали приносимые ими большие доходы. Но какой бы неограниченной властью Микки ни обладал, он был вынужден прикрывать тылы, заботиться о своем имидже и затыкать рот родственнику, Бену Гаррисону, вечно скулившему по поводу выпускаемой дешевки. Поэтому наряду с выпуском порнопродукции студия «Пантер» заключила контракты с крупными звездами, платила бешеные деньги и всячески ублажала их, вплоть до создания их собственных компаний для производства фильмов и предоставления павильонов на территории студии.
Каждый год студия выпускала три или четыре пристойных полнометражных фильма, вроде «Настоящего мужчины» с Ленни Голденом, Джоем Фирелло и Марисой Берч в главных ролях, снимавшегося в настоящий момент, и «Выскочки», драматического повествования об очаровательном рецидивисте и пронырливой молодой девице, где в главных ролях выступали Венера Мария, наиболее популярная актриса года, и Купер Тернер, он же режиссер. Удачное сочетание.
Кроме того, только что закончились съемки комедии Джонни Романо «Раздолбай».
Абигейль Столли настаивала, чтобы Микки снимал в фильмах больших звезд. Это прибавляло ей веса в обществе.
Откровенно говоря, все это было Микки до фени. Со звездами лучше не связываться, от них одни неприятности, вечно все задерживают, и платить им приходится больше, чем они того стоят. Самомнение – сверх всяких границ.
Микки предпочитал снимать свои порнушки. Раз-два и готово, а в результате хороший куш.
Разумеется, ему приходилось считаться с Абигейль. В конце концов, она была внучкой Эйба Пантера, и только благодаря ей он имел то, что имел.