Потерянный принц

И, кстати говоря, о спасении…

— Привет, — послышался знакомый, слегка раздосадованный голос с верхних ступеней лестницы. — Не хочу мешать вашему маленькому воссоединению или чему там еще, но ты ничего там не забыл? К примеру… ну, не знаю… меня?

Анвил ахнула, когда рыжеволосый фейри начал спускаться к нам. На его губах снова играла усмешка.

— Помнишь меня? — спросил он, перепрыгнув последние ступеньки. Кензи с любопытством разглядывала его, но он не обращал на нее внимания, глядя на Кейрана и Анвил. — О, да тут еще и наш красавчик принц! И что, позволь мне спросить, ты делаешь здесь с братом королевы?

— А ты сам-то что здесь делаешь? — проворчал я.

Кейран с Анвил наконец присоединились к нам. Кейран широко и облегченно улыбался парню, лыбящемуся ему в ответ — они явно были знакомы. Анвил же наоборот выглядела слегка ошеломленной. Неудивительно, учитывая то, кто это был.

— Я? — Фейри сцепил пальцы на затылке. — Я должен был встретиться с небезызвестным тебе комком шерсти у Шекспировского сада, но услышал шум и решил посмотреть, что тут происходит. — Он покачал головой и одарил меня озадаченным взглядом. — Боже, ты приносишь не меньше беспокойства, чем твоя сестра, знаешь об этом? Должно быть, это у вас в крови.

— Эм… извините меня, — встряла Кензи, и мы уставились на нее. — Простите, но я так поняла, что вы все знакомы. И если это так, то почему бы вам не представить нас друг другу?

Главный Шутник расплылся в улыбке.

— Представишь меня или мне самому назваться?

Я проигнорировал его.

— Кензи, — вздохнул я, — это Плутишка Робин, друг моей сестры. — Ее глаза расширились, и я кивнул. — Тебе, наверное, он известен больше как…

— Пак, — шепотом закончила она, воззрившись на него в благоговейном изумлении. — Пак из «Сна в летнюю ночь»? Любовный напиток, Ник Боттом и ослиные головы? Этот Пак?

— Он самый, единственный и неповторимый, — ухмыльнулся Пак. Достав из кармана зеленый носовой платок, он скомкал его и бросил мне. Я поймал его здоровой рукой. — Те существа, видать, пожевали тебя маленько. Обвяжи рану. И расскажите мне, что здесь, черт возьми, происходит.

— Это-то мы и пытаемся выяснить, — объяснил Кейран.

Кензи взяла у меня платок и начала обматывать им мое израненное запястье. Ранки от зубов были неглубоки, но ужасно болели. Чертовы фейри-пираньи. Я стиснул зубы, терпя боль, пока Кейран продолжал:

— Лэнанши отправила нас сюда, чтобы узнать, что тут случилось с изгнанниками и полукровками. Мы как раз пытались найти хоть кого-нибудь, когда ты появился.

Внезапно на плече Кейрана материализовался Разор. Увидев Пака, гремлин издал не очень-то приветливую трель, отчего тот поморщился.

— О, привет, циркулярная пила. Все еще болтаешься рядом с Кейраном? — Пак вздохнул. — Так, давайте-ка разберемся. Страшная Темная Муза отправила вас в Центральный парк с каким-то безумным тайным поручением, даже не сказав об этом мне? Мое самолюбие уязвлено. — Скрестив руки на груди, он испытующе уставился на нас с Кейраном, и его зеленые глаза сузились. — И как вы двое вообще умудрились влезть в это?

От тона его голоса волоски у меня на руке встали дыбом. Мы двое — я и Кейран. Не Кензи или Анвил, нет, он даже на них не смотрел. Пак что-то знал. Как и Меган. Своими словами он будто подтвердил то, что мы с Кейраном никогда не должны были встретиться, и то, что мы сейчас вместе — для него неприятный сюрприз, не сулящий ничего хорошего.

Но мне некогда было размышлять об этом. Да и Пак все равно ничего не скажет.

— Моего друга — Тодда — похитили, — сказал я, и Пак выгнул бровь. — Он полукровка, его забрали существа, подобные этим гномам, которые высасывают магию из обычных фейри.

— Так вот что они делают. Я что-то примерно такое и предполагал. Брр. — Его передернуло, и он брезгливо встряхнул руками. — Какие отвратные штуки. Чувствую себя как оплеванный. — Он хмуро взглянул на меня. — И ты, значит, решил отправиться на его поиски? Вот так вот просто? Никому об этом не сказав? Мда, ну прям вылитая сестра.

— Мы должны были что-то предпринять, Пак, — вмешался Кейран. — Изгнанники и полукровки исчезают по всему миру. И виной тому эти… поедатели магии. Летний и Зимний дворы сидят сложа руки, не собираясь помогать. Я бы пошел к Оберону, но он не станет слушать меня.

Кензи закончила обматывать мое запястье платком, завязав его как можно мягче, чтобы не причинить мне боли. Благодарно кивнув ей, я повернулся к фейри.

— Но он послушает тебя, — сказал я Паку. — Кто-то же должен рассказать обо всем дворам.

— Ты хочешь, чтобы я был мальчиком-посыльным? — снова скрестил руки Пак. — Я что, похож на почтового голубя? А вы сами, что планируете делать? — Он обвел нас всех взглядом, задержав его на Кейране, и улыбнулся. — Я, пожалуй, лучше пригляжу за вами.

— А как же Грималкин?

— Комок шерсти? — Пак хмыкнул. — Да он, скорее всего, нас вместе и свел. Захочет увидеться со мной — сам найдет. С вами мне явно будет веселее.

— Мы сами справимся.

— Да ты что. Глядя на твою руку, я бы так не сказал. И как бы отреагировала Меган, узнай она, где вы находитесь сейчас? Вы оба? — бросил он взгляд на Кейрана.

— С нами все будет в порядке, — настаивал я. — Мне не нужна помощь Меган. Как-то же я справлялся все эти годы без нее. Что-то раньше она за мной не следила.

Горящие глаза Пака сузились до крохотных щелочек. От него повеяло опасностью, и я тут же сменил тактику:

— И потом, мы собираемся вернуться к Лэнанши, дать ей знать, что все фейри исчезли отсюда.

— И дворы должны быть в курсе того, что происходит, — добавил Кейран. — Ты сам почувствовал, как действуют эти существа. Как думаешь, сколько времени им потребуется для того, чтобы убить всех изгнанников в этом мире и добраться до Небывалого?

— Ты должен пойти и рассказать обо всем, что видел, — поддержал его я. — Если ты скажешь Оберону…

— Меня он тоже может не послушать. — Вздохнув, Пак почесал в затылке. — Но… вы правы. Ладно. — Он шумно выдохнул. — Кажется, следующая моя остановка — Аркадия. — Уголки его губ снова изогнулись в зловредной ухмылке. — Пришло время вернуться домой. Титания будет так счастлива видеть меня!

При упоминании имени Титании Анвил вздрогнула и обняла себя руками. На ее лице была написана тоска. Она соскучилась по дому, и было очевидно, что ей очень хочется вернуться к Летнему двору. Кейран, наклонившись, прошептал ей что-то на ухо, и она ему благодарно улыбнулась.

Они не видели, как смотрел на них Пак — задумчиво и тревожно, его лицо потемнело. Не видели, как сузились его глаза, а губы сжались в тонкую линию. По моей спине пробежал холодок, но прежде чем я успел что-либо сказать, Летний Шутник громко зевнул и потянулся, подняв длинные руки над головой, и напугавшее меня выражение его лица испарилось.

— Что ж, — протянул он, встряхнув руками, — тогда я отбываю ко двору. Уверены, что вам не нужна моя помощь? Такое ощущение, что я пропускаю все веселье.

— С нами ничего не случится, Пак, — ответил ему Кейран. — Если увидишь моих родителей, скажи, что я сожалею, но я должен был уйти.

Пак поморщился.

— Ага, представляю, чем мне это светит, — пробормотал он. — Так и слышу уже, что мне скажет на это снежный мальчик. — Покачав головой, он сделал пару шагов назад и вокруг него завертелся водоворот из листьев и грязи. — Вы двое напоминаете мне сами знаете какую парочку. — Он усмехнулся и перевел взгляд с меня на Кейрана. — Может, поэтому вы мне так сильно нравитесь. Так что будьте осторожны, ладно? Если влипните в неприятности, то обвинят в этом, скорее всего, меня.

Воздушный вихрь из листьев и грязи бешено закружил, и Пак в нем становился все меньше и темнее, пока из верхушки циклона не вылетел огромный черный ворон. Поднявшись над деревьями, он улетел прочь.

— Ух ты, — восхитилась Кензи, все это время молчавшая, что было ей просто не свойственно. — Я познакомилась с Плутишкой Робином.