Путь во тьму

Катя больше не могла сдерживаться. Низко наклонила голову, закрыла лицо ладонями и зарыдала.

Может хоть слезы немного облегчат ее состояние...

- Что произошло на этот раз? - раздался рядом до боли знакомый холодный голос.

Катя на несколько секунд замерла, затем медленно повернула голову и увидела облокотившегося о перила Маркуса. Красивое лицо ничего не выражало, но во взгляде она прочла усталость.

Откуда он взялся? Как посмел подойти после того, что случилось в школе?

Катю обуял гнев. Она сжала руки в кулаки так, что ногти впились в кожу. Но физической боли не почувствовала. Душевная боль была в стократ сильнее.

- Ты не причем, - твердо ответила Катя, вытирая слезы. Не хотелось, чтобы иностранец видел ее зареванной и разбитой. Хватит! Он итак наверно считает ее слабой.

- Это радует, - на губах иностранца мелькнула полуулыбка. Он не сводил внимательного взгляда. Ледяной порыв ветра взметнул его серо-синий шарф и заставил Катю спрятать замерзшие руки в карман.

Заметно холодало. Небо темнело. Тучи сгущались. Ветер все сильнее, словно хлесткими плетями, бил в лицо.

- Как ты здесь оказался? - холодно спросила Катя.

- Проезжал мимо, направлялся домой. Если ты не заметила, он практически сразу за поворотом. Я всегда еду домой из университета по этой дороге, - Маркус достал из кармана пальто черные кожаные перчатки и надел их. Похоже не у одной Кати мерзли руки...

Парадокс. Катя бродила несколько часов по улице, не замечая, куда направляется. Ноги предали, они несли ближе к иностранцу. Подсознательно она, несмотря на все заверения забыть, продолжала тянуться к нему. Это невыносимо.

- Надеюсь, ты не собиралась прыгать? - Маркус положил ладони на перила и посмотрел на воду.

Он говорил невозмутимо, спокойно. Вел себя так, словно в школе ничего не произошло. Или случилась мелочь, недостойная внимания. Это усилило гнев.

- Нет! Я еще не совсем из ума выжила! - процедила Катя, чувствуя, что с каждой секундой все труднее видеть его. Маркус стоял так близко, всего на расстоянии вытянутой руки, но в тоже время далеко. Он не принадлежал ей и никогда принадлежать не будет. Вздохнула и тихо, и устало попросила:

- Уезжай. Оставь меня одну.

Маркус не шелохнулся. Он продолжал смотреть на темную гладь воды.

- Убирайся! - не выдержав, яростно воскликнула Катя. - Прекрати мучить меня! Пойми, я живой человек, и да, я люблю тебя, черт возьми! Представь как мне сейчас больно рядом с тобой! Я больше никогда не хочу тебя видеть! Ведь ты этого хотел, почему тогда не уходишь?! Или тебе нравиться, издеваться надо мной?! Ты вообще чего-нибудь чувствуешь или только иногда делаешь видимость?!

На глазах вновь выступили слезы.

- Я извинился, за то, что случилось в школе, - Маркус словно не услышал ее вопросов.

- Ты хоть слышишь себя? - скривилась Катя. - Неужели ты и правда такой черствый и эгоистичный, а то что ты способен на другие, настоящие теплые чувства мне показалось? У тебя хоть душа есть? Или внутри черная пустота?

Маркус перевел взгляд на Катю.

- Не поверишь, душа имеется! Пустота тоже! Боль я тоже способен испытывать! Я пережил намного больше страданий, чем ты! Боль от глупой любви с ними не сравнится! Не надо корить меня за 'ангельский' характер. Вначале знакомства я предупреждал, что не подарок. Меня в себе все устраивает. Хотя не все... Я бы с радостью убрал способность чувствовать.

- Уходи... От твоих слов только хуже, - Катя устало оперлась локтями о перила и закрыла лицо рукой. - Раньше день рождения был любимым праздником, а после сегодняшнего боюсь, возненавижу его.

- У тебя сегодня день рождения?

- Да...

Повисла тишина. Слышались лишь жуткие завывания ветра и шум проезжающих мимо машин.

Тучи сгустились сильнее. Собирался дождь.

Катя обхватила себя руками. Она замерзла, существовала угроза намокнуть и заболеть, но домой идти не собиралась. Возможно удастся переждать непогоду в подъезде. Жаль Кристина на отдыхе, а Саша собиралась за город, а кроме как к подругам податься некуда...

- Я не знал... Извини, не хотел испортить праздник, - слова иностранца прозвучали искренне. В них слышалась вина.

Ветер взъерошил волосы Кати и бросил их на лицо. Она откинула назад темные пряди и повернулась к Маркусу.

- Оставь меня.

Он молча кивнул и направился к припаркованному рядом черному автомобилю.

- Подожди! - Маркус мог внести ясность, подтвердить или опровергнуть слова отца. Как она раньше об этом не подумала!

Иностранец обернулся.

- Какие чувства ты испытываешь, когда смотришь на меня? - едва борясь с волнением, спросила Катя.

Маркус коротко застонал и закатил глаза.

- Издеваешься? - выговорил недовольно и устало. - Может, хватит бегать по кругу?

- Я имела в виду другое... Вы вампиры способны распознавать мистических существ. Скажи, кто я? Человек или нет? Во мне есть тьма?

Она затаила дыхание в ожидании ответа.

- Прости, что? - иностранец недоуменно сдвинул брови. - Почему ты спрашиваешь об этом?

Катя опустила глаза.

- Сегодня с явной целью испортить мне день рождение, приехал отец. Он ненавидит меня. Считает отродьем дьявола и дочерью тьмы... Раньше я не обращала внимания на его высказывания. Но зная о существовании вампиров, задумалась. Мне часто снятся сны, которые сбываются, если я чувствую что что-то должно произойти, оно происходит... Гипноз плохо действует на меня... Может я и правда...

Маркус покачал головой.

- Я не знаю, с чего твой отец несет подобный бред, но ты однозначно человек и никакое не отродье дьявола. В вещих снах, предчувствиях нет ничего мистического и темного. Многие люди испытывают подобное, кто-то больше, кто-то меньше. Возможно в тебе спит экстрасенс, - иностранец усмехнулся. - Но эти способности не связаны с моим миром.

- Уверен? - недоверчиво спросила Катя.

- Да, по крайней мере я не чувствую в тебе ничего мистического.

Катя облегченно вздохнула. Словно гора свалилась с плеч, и дышать стало легче.

- Ты из-за отца ушла из дома?- вопрос Маркуса прозвучал больше как утверждение.

- Да. Я не хочу возвращаться пока он там.

- Что ты собираешься делать? Скоро начнется дождь.

- Разберусь по ходу дела. Но домой не вернусь, - Катя упрямо поджала губы.

Маркус минуту молчал, задумчиво смотря на Катю, словно что-то решая.

Посмотрел на хмурившееся небо.

- Пойдем, - вздохнул он и взял ее за руку.

- Куда? - Катя ухватилась другой рукой за перила, не желая идти за иностранцем. - Я не вернусь домой!

- Поехали ко мне. Сделаю доброе дело, не оставлю девушку на холоде мокнуть под дождем. Отдам должок, помнишь ты меня тоже не оставила, впустила к себе, при этом нечего практически обо мне не зная. Это было смело, - Маркус улыбнулся.

Закрапал дождь. Холодные капли попали на кожу и заставили вздрогнуть.

- Идем, я не буду уговаривать и ждать согласия вечно.

Маркус подвел Катю к автомобилю и открыл переднюю пассажирскую дверцу.

Катя села в салон и потерла замерзшие руки. Маркус занял место водителя, снял перчатки и начал прогревать машину.

Дождь усилился, тяжелые капли с силой застучали по стеклу и крыше. Иностранцу пришлось включить дворники. Они мерно задвигались по стеклу, возвращая размытой дороге четкие очертания.

- Только давай условимся - мы просто друзья. Никаких разговоров об отношениях, - сказал Маркус, когда автомобиль плавно тронулся с места.

Катя молча кивнула, пристегнулась, и откинулась на спинку сиденья.

Судьба вновь свела их вместе. Только Катя не знала плакать или радоваться... Вскоре они вновь расстанутся и теперь уже точно навсегда. Как же она устала...

Достала из кармана мобильный телефон, включила и написала сообщение матери, что все хорошо. Потом вновь выключила и убрала обратно.

Она надеялась, что получив сообщение, мать и сестра перестанут волноваться и переживать, не случилось ли с ней что-нибудь страшное.