Путь во тьму

Раздавшийся звонок, заставил вздрогнуть.

- Мне пора на урок, извините. До свидания, - Катя нажала на кнопку сброса вызова и подошла к Саше.

- Кто звонил? - поинтересовалась подруга.

- Старый знакомый. Идем в класс.

* * *

- Как я и обещал, вместо урока сегодня выступят с докладом студенты с юридического факультета, - объявил учитель иностранного языка и по совместительству классный руководитель Антон Эдуардович. - Ведите себя тихо и уважительно.

Открылась дверь. Вошли двое.

Катя замерла, забыла, что нужно дышать. Во рту пересохло. Сердце начало пропускать удары. Звуки исчезли. Закружилась голова, и стены класса дрогнули.

Катя, ища опоры, вцепилась в края парты.

Это сон... Он не может быть реальностью.

В одном из студентов она узнала Маркуса.

Глава 2

Судьба жестоко издевалась. Расставляла хитроумные ловушки, в одну из которых попала Катя. Она снова лежала в холодной, темной бездне на самом дне. Маркус стоял рядом, но не думал подать руку помощи. Он не замечал ее... Но если увидит, станет еще хуже... Принесет большую боль.

Она решила забыть, навсегда выбросить иностранца из памяти, а главное из души и сердца. Но жизнь вместо помощи преподнесла иной подарок. Сильнее разбередила рану, которая теперь сочилась свежей кровью.

Причина всех переживаний и страданий Кати стояла возле учительского стола, рядом с симпатичной русоволосой девушкой, в которой узналась Евгения, однокурсница Маркуса.

Иностранец не видел Катю. Его равнодушный, скучающий взгляд был направлен в сторону окна.

Оставалась слабая надежда, что он не заметит ее, сидящую на дальней парте, скрытую широкой спиной, занимающегося боксом Никиты Серебрякова.

Катя боялась встретиться взглядом с иностранцем. Боялась утонуть и пропасть в дьявольских глазах. Потом она не сможет вновь заставить себя забыть его.

Ее трясло от волнения. Она нервно заерзала на стуле и положила дрожащие, вспотевшие руки на колени, чем привлекла внимание подруги.

- Ты сама не своя. Бледная... Что с тобой? - донесся встревоженный голос Саши.

- Студент это он... Маркус... - язык едва шевелился, фраза прозвучала невнятно и хрипло. Но Саша поняла.

Она тихо охнула и бросила сочувственный взгляд.

За соседней партой зашушукались закадычные подруги Кристина и Яна - девицы модельной внешности, не отличающиеся мягкосердечностью, считающие мужчин, чей кошелек тоньше кошелька успешного предпринимателя, серостью и отбросами общества. Они были готовы лечь под любого у кого водились деньги.

- Хорошенький экземпляр, красивый, статный, - прошептала Кристина, бросая томный взгляд в сторону Маркуса. - Одежда куплена явно в дорогом магазине. Сразу видно не бедный студентик. Хорошая партия. Нужно подловить его после урока, взять номерок...

Катя понимала заинтересованность одноклассниц.

Иностранец достоин внимания, даже любительниц высших слоев общества. Короткие черные волосы, слегка бледноватая кожа. Благородные, точеные черты лица, словно вылепленные непревзойденным скульптором, мастером своего дела. Среднего размера губы, прямой нос и холодные, завораживающие черные глаза, обрамленные густыми темными ресницами.

Высокий, худощавый, но довольно спортивный.

Он не изменил привычке одеваться дорого, со вкусом, отдавая предпочтение классическому стилю.

Маркус великолепно смотрелся в узконосых черных ботинках, джинсах, белой рубашке, надетой навыпуск и наброшенном на плечи драповом пальто.

Таинственный магнетизм и тонкий ореол опасности прибавляли образу пикантности.

Маркус не являлся миллионером, но имел достаточное количество денег, чтобы жить безбедно.

Он подходил Кристине по всем параметрам. А узнай она, что родина Маркуса не Россия и родился он в Лондоне, да еще происходит из древнего аристократического рода, вмиг бы повисла у него на шее.

Катя бросила взгляд на красивую, словно сошедшую с обложки журнала Кристину.

А интересно... Маркус подпустил бы ее к себе? Однозначно бы не стал строить серьезных отношений. Он категорично против их, тем более со смертными. Но пустить Кристину в постель мог бы без проблем. Анжелу же пускал...

Евгения рассказывала историю их университета, но Катя совершенно не слушала.

По телу прошлась дрожь, когда Женя замолчала, и заговорил Маркус. Его ровный голос, с едва заметным акцентом звучал словно музыка. Обволакивал сознание, дарил тепло, но в тоже время больно бил в сердце.

Катя знала, что видит его в последний раз.

Она отчаянно не хотела, чтобы он вновь уходил. Не хотела отпускать.

Состояние походило на безумие. Сердце рвало на части. Катя начала нервничать сильнее. Схватила с парты ручку и начала вертеть, пытаясь успокоиться и взять себя в руки.

Ручка выскользнула из рук и упала на пол. Катя нагнулась, чтобы поднять ее, а когда выпрямилась, оцепенела.

На нее в упор смотрел Маркус. Во взгляде отразилось неверие, отрицание, затем удивление. Маркус запнулся на полуслове и, поперхнувшись, закашлялся.

- Может воды принести? - с тревогой спросил Антон Эдуардович.

Продолжая кашлять, Маркус покачал головой.

Наконец справившись с кашлем, переведя дыхание, иностранец выговорил:

- Прошу прощения.

У него было такое выражение лица, словно он увидел приведение.

'Призрак прошлого', - нервно усмехнулась Катя.

Раздался звонок, возвещая о конце урока и долгожданном десятиминутном отдыхе.

- Поблагодарим наших гостей за увлекательный доклад, - заговорил классный руководитель, поднимаясь из-за стола. Затем повернулся к студентам:

- Спасибо, что посетили нас.

- До свидания, - тепло улыбнулась Евгения.

Маркус же не предпочел должным прощаться и молча, направился к выходу из кабинета.

Ученики поднялись со своих мест и начали покидать класс.

Катя быстро вскочила, подхватила сумку и бросилась за Маркусом. Понимала, что поддается слабости, ведет себя несдержанно и недостойно, но она должна поговорить с иностранцем.

Никогда не простит себе, если упустит этот шанс.

Прорываясь через толпу учеников, кинулась к двери.

- Маркус, подожди! - окликнула его, влетая в коридор.

Иностранец замер и повернулся лицом. Недовольно сдвинул брови.

- Чего?

- Нужно поговорить, - растерянно выдавила Катя, от волнения сердце билось в районе горла. Только бы он не ушел...

Евгения замерла, следя за обоими.

В этот момент подошла Кристина. Одарив Катю презрительным взглядом, обратилась к Маркусу, кокетливо наклонив голову:

- Привет.

- Отвали! - спокойно, но резко бросил иностранец. - Меня не интересуют тупые блондинистые курицы!

- Да пошел ты! Козел! - огрызнулась она и, развернувшись на каблуках, пошла прочь, метая взглядом молнии.

- Говори, - Маркус обратился к Кате.

- Не здесь, давай, зайдем в класс. Там потише, - предложила Катя.

- Хорошо, - сухие, равнодушные ответы Маркуса, словно тупым ножом резали по сердцу. Но он не отказался от разговора, уже хорошо.

Иностранец двинулся в пустой класс иностранного языка. Катя направилась за ним, но прежде чем переступить порог кабинета обернулась.

Женя ободряюще улыбнулась и одними губами прошептала:

- Удачи.

Катя кивнула и, войдя в класс, закрыла дверь.

Маркус обвел взглядом пустой кабинет, затем прижался спиной к стене возле классной доски и посмотрел на Катю равнодушным взглядом.

- Я слушаю.

Катя замешкалась. Она поддалась сумасшедшему порыву не дать иностранцу уйти, предложила поговорить, но на самом деле не знала о чем.

Катя растерянно смотрела в лицо Маркуса, пытаясь найти в застывших бесстрастной маской, красивых чертах, хотя бы толику тепла. Но натыкалась лишь на холод и отчуждение.

Неужели он забыл ее? Стер из души и ту малость чувств, которые испытывал к ней?

Теперь она для него ничего не значит?

Собственные мысли причиняли боль. Кололи сердце длинными иглами, сжимали раскаленными клещами, убивали медленно и нещадно.