Страница 13 из 43
Квинт отогнал мрачные мысли. Сегодня он первый раз за несколько недель вышел за стены Рыцарской Академии. Серебряный шлем жал, плащ продувало насквозь, но юноша был необычайно горд собой. В прошлом году он присутствовал на церемонии в качестве зрителя, на этот раз всё было по-другому.
В прошлом году он стоял на Мозаичном Квадрате вместе с Марис. Тогда они оба были ничем не примечательными воспитанниками Фонтанного Дома. Теперь же к стоящему у входа в Сокровищницу Квинту были прикованы все взгляды.
Внезапно Квинт испытал глубокое чувство вины перед Марис. Дочь Линиуса Паллитакса переехала в Нижний Город и не присутствовала на празднике. Квинт с грустью огляделся, его друг Фин, не подозревая о тяжёлых думах, обуревающих друга, весело улыбнулся, смахнув со лба кудрявую чёлку.
— Академия, смирно! — прозвучала команда Хакса Востилликса. — Кругом!
Шеренги поменялись местами, и Квинт, к своему разочарованию, оказался в самом последнем ряду рядом со зрителями.
Толпа подалась вперёд, все жаждали увидеть начало церемонии. Квинт ощутил, как кто-то настойчиво дёргает его за плащ.
— Мастер Квинт, — раздался звонкий голос. — Это же вы, мастер Квинт?
Обернувшись, Квинт увидел старую знакомую. Маленькая и пухленькая, с крошечным носиком и сухими губами лесная троллиха в ворсистом пальто и старом чепце улыбаясь смотрела на него во все глаза. На плече у неё сидел полосатый лемкин.
— Вельма! — закричал Квинт, бросаясь в тёплые объятия троллихи. Лемкин пронзительно завизжал и натянул поводок. — И Палец! — Квинт почесал пушистый комочек за ухом. — Как у вас Дела?
— С тех пор как увидели вас, мастер Квинт, гораздо лучше, — затараторила Вельма, перекрикивая беспокойное бормотание — кха-кха-кха-кха — лемкина. Тонсор и Фин с любопытством уставились на троллиху. — Сначала всё полетело кувырком. Но потом мы с Твизлом сняли комнаты в доме торговцев скобяными изделиями. Между прочим, очень милая семья гоблинов. Твизл стал продавать на Ступенях Виадука настойки и зелья, а я… там приберусь, здесь помою. Ничего особенного, но жить можно.
— А Марис? — спросил Квинт, заметив про себя, что на них с Вельмой смотрят уже и ученики из Верхних Палат.
— Я здесь как раз из-за неё, — прочирикала Вельма. — Дачия — тётка Марис глаз с неё не спускает. — Произнося это имя, Вельма скривилась. — Но на прошлой неделе на базаре мне удалось переброситься с нашей девочкой несколькими словами. — Вельма порылась в карманах. — Она просила меня не волноваться и наказала передать вам вот это.
Вельма показала Квинту свиток, на котором юноша увидел своё имя, написанное рукой Марис.
— Больше она ничего не сказала? — спросил он. Вельма кивнула и сунула Квинту свиток.
— Ну, пожалуй, я побегу, — засуетилась она. — Пока эти доблестные воспитанники не сделали мне выговор за разговоры с будущим блестящим Рыцарем-Академиком. — Она весело подмигнула и сжала руки Квинта в своих ладонях. — Благословят вас Небо и Земля, мой дорогой. — И прежде чем Квинт успел что-то ответить, исчезла в толпе.
— Кто это был? — фыркнул Вилникс. — Твоя няня? Боится, как бы её деточка не простыла на морозе.
— Закрой рот, Вилникс, — сердито бросил Фин.
Квинт обнял друга за плечи:
— Не обращай внимания. Он того не стоит.
— Послушайте, друзья, — один из старшекурсников, наблюдавший за сценой, вмешался в разговор. Это был высокий юноша со щербатой улыбкой и в круглых очках. — Нельзя ли немного потише? Старая добрая церемония сейчас начнётся, а вы же не хотите её пропустить?
Вилникс демонстративно отвернулся, а Фин покраснел до корней волос и уставился в землю. Квинт виновато улыбнулся.
— Простите, меня просто пришёл проведать старый друг.
— Понимаю, — добродушно ответил старшекурсник. — Вы же новенькие?
Квинт и его товарищи кивнули.
— Значит, мы скоро увидимся в Верхних Палатах. Меня зовут Раффикс Эмилиус, — старшекурсник улыбнулся и протянул костлявую руку. — Рад знакомству.
Квинт ответил на рукопожатие, неожиданно крепкое Для такого худощавого юноши.
— Квинт Верджиникс.
— Очень приятно, Квинт. Вот идёт стража, так что если ты и твои друзья встанете на цыпочки, то разглядите их головы. Ох, ничего себе, какие у них превосходные кирасы! — воскликнул Раффикс.
Грянули фанфары, и к входу в Сокровищницу подъехала разукрашенная колесница. Колесницу тянул мощный зубоскал в нарядной, вышитой драгоценными каменьями упряжи и лиловом султане.
По обе стороны колесницы вышагивали четверо плоскоголовых гоблинов в блестящих доспехах, на сияющих кирасах был выкован дуб-кровосос. Один из Стражников подошёл к колеснице и помог выйти на заснеженную площадь профессору в тёмно-сером одеянии. На тонких цепочках, свисающих с шеи академика, болтались очки самых разнообразных диоптрий. Традиция требовала, чтобы Высочайшие Академики прислали в каменные соты своего преемника — «Следующего Высочайшего Академика».
Следуя древним предписаниям, академик ударил посохом в дверь — раз, два, три раза, — и Главный страж капитан Сигборд сам распахнул двери Сокровищницы. Сигборд гордо выпятил грудь, закованную в блестящую кирасу, и пропустил в недры Сокровищницы «Следующего Высочайшего Академика» и его свиту. Мозаичный Квадрат огласился громкими криками «Верь Небесам!».
Дверь из свинцового дерева захлопнулась с громким, гулким стуком, и крики стихли. Шумного праздника не получилось. И толпа нехотя стала расходиться.
Обычно День Сокровищницы отмечался весело и широко, но сейчас было холодно, шёл снег, и настроение у всех было подавленное. Унылые профессора и уставшие слуги разбрелись по своим школам и институтам.
— Академия! Разойдись! — отдал команду Хакс Востилликс, стройные ряды рассеялись, и Квинт отчётливо увидел декана факультета Всех Облаков в тёплых белых одеждах из меха тильдера и других деканов. Позади них, как статуи, стояли воины-академики, лица их всё ещё закрывали блестящие забрала, из которых вылетал пар.
— Вечерний гонг соберёт вас на праздничный ужин! — объявил Хакс. — Не опаздывайте.
Развернувшись декан факультета Всех Облаков зашагал прочь с Мозаичного Квадрата, за ним последовали остальные деканы и академики.
— Ну что ж, — протянул Раффикс Эмилиус, поправляя очки. — У нас ещё весь День впереди. Предлагаю устроить поединок. — Он наклонился и взял в руки целую пригоршню снега. — Верхние Палаты против Нижних!
Вскоре на Мозаичном квадрате под оголтелые крики воспитанников началась баталия. Во все стороны летели крепкие снежки, ученики не успевали уворачиваться.
— Фин, не зевай! — крикнул Квинт, когда друг получил в грудь третий снежок подряд.
— Сам не зевай! — рассмеялся Фин и тут же получил следующий снежок прямо в рот.
— Готовься! — заорал Квинт, бросаясь к Раффиксу и его однокашникам. — Пли! Ура!
Целая очередь снежков ударила юноше в лицо, задыхаясь от смеха, он рухнул на колени, но успел увидеть, как товарищи взяли в кольцо соперников.
Наконец промокшие и уставшие воспитанники заключили перемирие и дружной толпой направились в родную Рыцарскую Академию.
— А ты отличный командир, Квинт Верджиникс, — похвалил Раффикс, хлопая Квинта по спине. — Ты и твои друзья сражались на славу.
— Спасибо, Раффикс, — улыбнулся Квинт, вздрагивая от холода. — Вы прекрасно держали оборону.
— Можешь звать меня Рафф, — благодушно рассмеялся старшекурсник. — Теперь мы друзья. Это и к тебе относится, Фин.
— Я польщён, Рафф. — Фин отвесил шутливый поклон. — Теперь ты можешь занимать для меня место в очереди перед котлом!
— Ой, я и забыл! — Квинт ускорил шаг. — Скоро ужин. Поторопитесь, а то опоздаем за праздничный стол.
Вечером в трапезной царило приподнятое настроение, ученики и академики отмечали День Сокровищницы. Квинт с удовольствием попробовал жареную птицу снежника и пирог с тильдятиной. Фин, уплетая ужин за обе щёки, не переставал расхваливать прекрасные кирасы, выкованные Стоупом.