Страница 2 из 4
— Я иду. Видишь, я уже иду.
Другой, тот что поспокойней, стал объяснять:
— Ты дальше тротуара не иди. Как только сойдешь с тротуара — отстрелим тебе башку.
— Понял, — буркнул Дортмундер и, похрустев по осколкам выбитой стеклянной двери, выглянул наружу. Через улицу в ряд выстроились автобусы, полицейские машины и грузовики, все бело-голубые с красными блямбами на крышах, а за ними маячила толпа вооруженных копов.
— Ого, — пробормотал Дортмундер и, обернувшись к спокойному грабителю, поинтересовался: — А у вас случайно не найдется белого флага или чего-нибудь похожего, а?
Тот ткнул его дулом в бок и отрезал:
— Пошел!
— Ладно.
Дортмундер поднял руки вверх и вышел на улицу.
Сколько взглядов он к себе привлек! За бело-голубым рядом авто на него уставились напряженные лица. С крыш окрестных кирпичных домов этого жилого района Квинси снайперы через прицелы своих ружей знакомились с морщинками на его лбу. Слева и справа выходы с улицы были заблокированы автобусами, за которыми едва можно было разглядеть машины скорой помощи и врачей. Кругом были люди, которые держали в напряженных руках оружие. Адреналин с бешеной скоростью понесся по венам.
— Я не с ними! — крикнул Дортмундер, подходя к кромке тротуара с поднятыми руками и отчаянно надеясь, что этот возглас не обидит вооруженных психов, что остались у него за спиной. Как он давно понял — они не приемлют слово «нет».
Однако у него за спиной ничего не произошло, а вот впереди появился мегафон, который, опираясь на крышу полицейской машины, заорал на него: — Вы заложник?
— Конечно! — проорал Дортмундер.
— Как вас зовут?
О, нет, опять! — подумал Дортмундер. Но делать нечего.
— Дидамс.
— Как?
— Дидамс!
Короткая пауза и:
— Дидамс?
— Это валлийское имя!
— А!
Наступила пауза, во время которой тот, кто кричал в мегафон, видимо, проводил конференцию со своими коллегами, а затем мегафон снова заработал: — Как там обстановка?
И что это за вопрос?
— Ну, ммм… — начал было Дортмундер, потом опомнился, что надо говорить громче и крикнул, — вообще-то напряженная.
— Кто-нибудь из заложников пострадал?
— Хм, нет, вообще-то нет. Это… это противостояние без насилия.
Дортмундер искренне надеялся в этом всех уверить, особенно, если он собирался пробыть снаружи подольше.
— Что-нибудь изменилось?
Изменилось?
— Ну, — протянул Дортмундер, — я не пробыл там так долго, но кажется…
— Не был там долго? Да, что с тобой Дидамс? Ты в этом банке уже больше 2 часов находишься!
— А, да! — забывшись, Дортмундер опустил руки и шагнул вперед, к краю тротуара. — Точно! 2 часа! Больше двух часов! Давно уже там сижу!
— Уходите от банка!
Дортмундер посмотрел вниз и увидел, что на 10 дюймов заступил за край тротуара. Он отскочил назад и крикнул: — Я не должен этого делать!
— Послушай Дидамс! У меня тут много нервных и вооруженных мужчин и женщин, так что уходи от банка!
— Парни там, внутри, — Дортмундер попытался объяснить, — они не хотят, чтобы я сходил с тротуара. Они сказали, что… ммм, в-общем, они просто не хотят, чтобы я так поступал.
— Пссс, эй, Дидамс!
Дортмундер не обратил внимания на этот голос, прозвучавший сзади. Он был слишком сконцентрирован на том, что происходило перед ним. К тому же он еще не привык к своему новому имени.
— Дидамс! Ты, может быть, все-таки поднимешь руки?
— А, да!
Его руки взлетели вверх, словно поршни в моторе. — Вот они!
— Дидамс, я что, тебя должен пристрелить к черту, чтобы ты меня услышал?
Руки снова упали. Дортмундер развернулся.
— Извините! Я не… Я… Здесь я!
— Да подними ты свои проклятые руки!
Дортмундер стал боком и так высоко задрал руки, что ему стало больно.
Одним глазом глядя вправо от себя, он крикнул в толпу, что находилась через улицу: — Офицеры, со мной тут разговаривают из банка.
Потом искоса он взглянул налево и заметил, что тот, сравнительно спокойный, грабитель присел на корточки возле разбитой двери. Выглядел он уже не таким спокойным.
— Я здесь. — Прошептал Дортмундер.
— Мы собираемся объявить свои требования. И ты нам поможешь! — сказал бандит.
— Прекрасно! Просто отлично! — пробормотал Дортмундер. — Но почему бы вам не сделать это по телефону? Ну, как обычно это…
Красноглазый, не обращая внимания на стрелков, засевших через дорогу, навалился на плечи к спокойному и тот пытался удержать его вес, пока красноглазый вполголоса орал на Дортмундера: — Ты что, будешь мне все время тыкать этим? Ну, да, я совершил ошибку! Я психанул и выстрелил в щиток! Ты что хочешь, чтобы я снова разволновался?
— Нет! Нет! — крикнул Дортмундер, пытаясь держать руки вверх и в то же время словно прикрываясь ими. — Я забыл! Я просто забыл!
Остальные грабители сгрудились вокруг красноглазого, который тыкал своим автоматом в Дортмундера и продолжал кричать: — Я облажался на глазах у всех! Я унизил себя при всех! А ты теперь тут еще шутишь?
— Я забыл, простите!
— Ты не мог забыть! Никто не сможет такое забыть!
Трое бандитов наконец увели красноглазого от двери и от Дортмундера, что-то говоря ему и пытаясь успокоить. Дортмундер продолжил свою беседу со спокойным: — Прошу прощения. Я просто забыл. Я вообще не в своей тарелке последнее время. Не так давно.
— Ты с огнем играешь, Дидамс! — проворчал спокойный и продолжил. — Теперь скажи им наши требования.
Дортмундер кивнул, развернулся и заорал:
— Они собираются рассказать вам свои требования. Я имею в виду, я собираюсь рассказать вам их требования. Их требования. Не мои, а их тре…
— Мы готовы выслушать, Дидамс. Только до тех пор, пока никто из заложников не пострадал.
— Отлично! — согласился Дортмундер и обернулся к грабителю. — Это разумно, вы знаете, это разумно, это очень хорошо, то, что они говорят.
— Заткнись!
— Точно.
— Во-первых, мы хотим чтобы убрали стрелков с крыш.
— О, и я тоже! — Дортмундер согласился с ним и снова повернулся и прокричал: — Они хотят, чтобы убрали стрелков с крыш.
— Что-то еще?
— Еще что-то?
— Еще мы хотим, чтобы разблокировали тот конец улицы — какой он там? Северный конец улицы!
Дортмундер уставился в ту сторону, где были сгруппированы автобусы, заблокировавшие проезд.
— А это разве не восточная сторона?
— Без разницы! — раздраженно откликнулся бандит. — Тот конец улицы, что слева!
— Ладно, — согласился Дортмундер и прокричал:
— Они хотят, чтобы вы разблокировали восточный конец улицы!
А так как он все еще держал руки вверх, он указал направление кивком головы.
— А это разве не север? — удивились с той стороны.
— Я так и знал! — проворчал грабитель.
— Кажется так. Тот конец улицы, что слева!
— То есть справа?!
— Ну да, правильно. С вашей стороны — право, с моей — лево. С их стороны — лево!
— Что-то еще?
Дортмундер вздохнул и повернул голову.
— Что еще?
Грабитель уставился на него.
— Я слышу мегафон, Дидамс! Я слышал, как он сказал: «Что еще?». Не надо повторять за ним. Здесь не нужен перевод.
— Точно! Я все понял! Здесь не нужен перевод.
— Нам понадобится машина. Универсал. Мы возьмем троих заложников, так что нам нужна большая машина. И чтобы нас никто не преследовал!
— Ого, а вы уверены? — с сомнением спросил Дортмундер.
Бандит снова на него уставился.
— Я уверен?
— Ну, вы знаете, что они могут сделать. — Дортмундер понизил голос, чтобы с противоположной стороны его не расслышали. — Как они поступают в таких случаях? Цепляют маячок на машину и могут вас даже и не преследовать, потому что они прекрасно знают, где вы находитесь!
— Так вот и скажи им, чтобы никаких маячков или мы убьем заложников! — бандит снова разговаривал раздраженно.
— Будем надеятся, — с сомнением пробормотал Дортмундер.