Страница 5 из 8
– Понравилась?
– Неплохая земля, – кивнул Юрис, – но я бы не дал за нее шестьсот тысяч. Потом мы вместе поехали на аукцион. Господин Звирбулис попросил, чтобы именно я участвовал в аукционе, а он сидел рядом и назначал цену. Все знали, что на землю претендуют господин Кродерс и господин Кренберг – это был основной конкурент Кродерса. Потом начались торги…
– Поподробнее, – вмешался Гирт. – Расскажи подробнее…
– Объявили первоначальную цену в двести тысяч, и Кродерс сразу поднял ее до двухсот пятидесяти. Кренберг прибавил десять. Кродерс дал еще двадцать. Кренберг снова прибавил десять. Кродерс предложил триста. Так они довели до трехсот пятидесяти. Потом Кренберг кому-то позвонил и прибавил еще немного. Кродерс снова поднял цену. За триста семьдесят уже не должно было быть конкурентов, когда Звирбулис толкнул меня, и я предложил четыреста. Весь зал просто ахнул. Господин Кренберг даже поднялся, чтобы нас рассмотреть. Господин Кродерс стал белым как мел и прибавил еще десять. Звирбулис снова толкнул меня, и я предложил четыреста пятьдесят. – Юрис вздохнул, отодвинул уже пустую чашку и продолжил: – Нужно было видеть, как нервничает Кродерс. Он снова прибавил, но только пять тысяч, меньше было нельзя. Я опять получил толчок и объявил цену в пятьсот тысяч.
Кродерс поднялся, собираясь уйти, но неожиданно повернулся и объявил новую цену в пятьсот пять тысяч. Зал зашумел. Все прекрасно понимали, что эта цена просто не соответствует реальной стоимости земли. И теперь все смотрели на меня. Звирбулис молчал, и я подумал, что мы просто выходим из игры. Но когда аукционист начал считать, при счете «два» Звирбулис толкнул меня и назвал цену в шестьсот тысяч. Я даже не поверил и наклонился, чтобы переспросить. «Идиот! – зашипел он. – Говори «шестьсот», пропустишь время!» И я крикнул «шестьсот» в последнюю секунду. Вот тогда зал просто взорвался. Кродерс быстро покинул аукцион, а через минуту аукционист объявил, что землю продают фирме «Авангард» за шестьсот тысяч долларов. На следующий день в газетах появились сообщения, что неизвестная ранее фирма «Авангард» выиграла земельный конкурс. Все гадали, что именно мы собираемся там строить. Одна газета даже написала, что тендер выигран по заданию посольства России, которое собирается возводить там летнюю резиденцию посла, поэтому мы могли позволить себе заплатить такие шальные деньги.
– Почему именно для российского посла? – уточнил Дронго.
– У кого еще могут быть шальные деньги в такое время? – удивился молодой человек. – Только у бизнесменов из России. Тем более что господин Звирбулис несколько раз ездил в Москву, перед тем как открыть свою фирму.
Дронго и Вейдеманис переглянулись.
– Откуда вы знаете? – спросил эксперт.
– От Руты. В разговоре с ней он сказал, что за последний месяц перед открытием фирмы дважды был в Москве. Она и запомнила.
– И он знал, что она собирается уезжать, но все равно взял ее на работу? – переспросил Вейдеманис.
– Да. Рута говорила, что уже все готово и она скоро переедет, но он сказал, что ему нужна сотрудница со знанием польского. Хотя мы оба так и не поняли, зачем ему нужен был еще и польский язык.
– Как только вы выиграли тендер и получили землю, он кому-то звонил?
– Да. При мне позвонил и сказал, что купил землю.
– На каком языке он разговаривал?
– На русском.
– Что было потом?
– Потом мы поехали с ним еще раз посмотреть землю. Несколько дней он куда-то исчезал, все время с кем-то разговаривал. Искал клиентов на землю, предлагал ее сначала за шестьсот, потом за пятьсот, потом за четыреста.
– Может, у него изменились какие-то обстоятельства или что-то произошло?
– Не знаю. Он жил один. С женой давно развелся, дочь уже взрослая, он про них даже не вспоминал. Это я потом узнал, что у него в Риге бывшая жена и взрослая дочь. А в его квартире никто не жил. Но когда я там был, он уже решил ее продать.
– Чем закончилась ваша эпопея с землей?
– Кроме Кродерса, она никого не интересовала. Даже бесплатно. И никто не верил Звирбулису. У него была репутация не очень честного человека. Никто не знал, где он взял такую сумму на покупку земли. Сначала предлагал ее господину Кродерсу, но тот не захотел с ним даже разговаривать. А больше никто не брал. И Звирбулис очень переживал. Потом он начал звонить господину Кренбергу и предложил ему землю за триста тысяч. Кренберг подумал, что над ним издеваются, и тоже послал нашего шефа подальше. Но Звирбулис не тот человек, от которого можно легко избавиться. Он спустил цену до двухсот пятидесяти тысяч и продал землю Кренбергу, убедив того, что готов ее отдать. Хотя Кренберг очень сомневался и даже послал комиссию проверить землю. Он, наверное, думал, что Звирбулис продает ему болото, но земля была нормальная, я сам видел.
– И почти сразу ваша фирма закрылась?
– Да. Звирбулис заплатил мне и Руте за три месяца и сказал, что отправляет нас во временный отпуск. Но я уже тогда понимал, что больше наша фирма работать не будет. Так все и произошло.
– И вы его после этого не видели?
– Нет. Он продал квартиру и уехал в Германию.
– Тогда получается, что он просто ненормальный, – подвел итог Дронго. – Открыл фирму, уплатил регистрационный сбор, нанял ненужных ему сотрудников, уплатил за землю гораздо больше, чем она того стоила, и продал почти в три раза дешевле… Он действительно был чокнутым?
– Нет, – улыбнулся Юрис, – абсолютно нормальным. Даже слишком.
– Что значит слишком?
– В Риге его многие знали как умелого адвоката, – пояснил молодой человек.
– Я же вам говорил, – напомнил Гирт, – он основал фирму, купил землю, перепродал ее и сразу уехал.
– Спасибо, господин Рукманс, – сказал на прощание Дронго, – вы нам очень помогли. У меня к вам последний вопрос. Как вы думаете, зачем все это нужно было вашему бывшему шефу?
– Не знаю, – признался Юрис, – я об этом тоже много думаю. Мне кажется, что ему просто поручили купить землю и дали денег. А потом передумали, и он остался с землей вместо барыша. Поэтому и был вынужден ее так быстро продать.
Вейдеманис выразительно посмотрел на Дронго. Больше вопросов у них не было.
Глава 3
Кродерса пришлось ждать достаточно долго. Он появился только в девятом часу и сразу предложил вместе поужинать в ресторане узбекской кухни, находившемся недалеко от отеля. На двух автомобилях они подъехали к ресторану, прошли в зал и расположились у окна за круглым столом. Кродерс оказался мужчиной ниже среднего роста, что не столь характерно для латышей, с круглым подвижным лицом и большими, немного навыкате, глазами.
– Большое спасибо, что вы приехали, – с чувством произнес он. – Ваша репутация, господин Дронго, хорошо известна в нашей стране. И я благодарен господину Вейдеманису, что ему удалось убедить вас приехать в Ригу для нашей встречи.
– Нас заинтересовало ваше необычное дело, – пояснил Эдгар.
– Спасибо. Я бы в жизни не поверил, если бы сам не столкнулся с такими фактами, – признался Кродерс. – В такое просто невозможно поверить. Но в жизни, очевидно, все бывает. – По-русски он говорил хорошо, без акцента, сказывалась его учеба в Москве.
– Давайте по порядку, – предложил Дронго. – Мы уже поняли, что вы работали много лет назад на закрытом предприятии, и у вас сложилась определенная группа друзей, с которыми в последнее время начали происходить необъяснимые события.
– Абсолютно необъяснимые, – кивнул Кродерс. – Если позволите, я сделаю заказ, и мы продолжим.
Он подозвал официантку, быстро продиктовал ей названия блюд и, уточнив, что именно будут пить гости, вернулся к основной теме разговора:
– Если бы не уехавший Звирбулис, я бы не поверил, что такое вообще возможно. Я несколько раз пытался до него дозвониться, но он отказывался со мной разговаривать. Зато я нашел Юриса, и он мне все рассказал. Если я правильно понял, Звирбулис просто сошел с ума. Он зарегистрировал фирму «Авангард», принял участие в аукционе, заплатил в два раза больше и продал землю через несколько дней в три раза дешевле. Вы можете поверить, что этот пронырливый адвокат неожиданно стал таким бессребреником? Я – не могу. Я ведь знаю его уже лет двадцать пять. В советское время за ним водились разные темные делишки, хотя он был даже секретарем парторганизации в своей юридической консультации. Может, поэтому партия распалась, как вы считаете?