Красавица

Жэр посмотрел на него.

- Она приснилась вам прошлой ночью?

- Да. - Отец помолчал. - Она ехала в замок верхом на Великодушном. Одетая в длинную синюю амазонку и плащ, который развевался за ней. Она кому-то помахала - я не смог его увидеть. И она выглядела счастливой.

Он покачал головой.

- Я часто вижу ее во сне, вы знаете. И я заметил, ох, совсем недавно мне стало ясно, что она изменилась. И все еще меняется. Сначала я подумал, что начал ее забывать и огорчился. Но это не то. Она меняется. Мои сны реальны, как и прежде, но Красавица, которую вижу я, совсем другая.

- Какая? - спросила Грейс.

- Не знаю. Хотел бы тебе ответить. Хотел бы знать, откуда появляются сны - и вещие ли они.

- Думаю, что да, - заметила Хоуп. - Уверена, что так. Это как розы - они успокаивают нас.

Отец улыбнулся.

- И я так считаю.

А затем Мерси произнесла ясным тонким голоском:

- Когда Красавица вернется домой?

Ее слова словно кинули камень, потревоживший спокойную гладь пруда, в который я глядела: на мгновение я увидела выражения удивления, изумления и страха на лицах моей семьи, а потом картинка исчезла и мой сон прервался вместе с ней.

Первым, о чем я подумала после пробуждения, было: я и правда одевала вчера синюю амазонку, видела Чудовище и махала ему рукой, пока мой конь галопом направлялся обратно к замку.

Сквозь мое окно виднелся бледновато-прозрачный рассвет. Гроза ушла и небо стало безоблачно голубым. Я чувствовала себя усталой: поклевала носом над чашкой и медленно прошла вниз, чтобы выйти в сад.

- Доброе утро, Красавица, - сказало Чудовище.

- Доброе утро, - я повернулась и зевнула. - Извини. Из-за грозы я почти всю ночь не спала.

Уставшая, я не заметила, как добавила:

- А еще мне приснился очень грустный сон прямо перед тем, как я проснулась.

Я вновь зевнула и только потом поняла, что сказала.

- Что это был за сон? - спросил он.

- Неважно, - пробормотала я.

Мы шли по направлению к конюшне, пока говорили, и я прошла в стойло, чтобы выпустить Великодушного. Тот поспешил к двери, навострил уши при виде Чудовища, и побрел прочь в поисках травы. Поля все еще были сырыми от вчерашнего дождя; на мне были ботинки, но подол амазонки быстро промок.

- Тебе приснилась семья? - спросило Чудовище после нескольких минут молчания.

Я уже открыла рот, чтобы возразить, но передумала. Кивнув, я уставилась в землю и пнула маргаритку. Цветок стряхнул с себя капли дождя, которые засияли от лучей солнца словно нимб.

- Ты читаешь мои мысли? - поинтересовалась я.

- Нет, - ответило Чудовище. - Но в этом случае твое лицо говорит за тебя.

- Мне часто они снятся, - открылась ему я. - Но в этот раз все было по-другому. Я будто наблюдала за ними, словно они находились в комнате - или я, только они меня не видели. Я смотрела на сучки на древесине стола - не потому что помнила их, а потому что видела. У Жэра был перебинтован большой палец. Я узнала рубашку на Отце, но на ней была новая заплатка. Я их видела.

Чудовище кивнуло.

- И слышала?

- Да, - медленно произнесла я. - Они… они говорили обо мне. И о розах. Мой отец сказал, что я ему снилась - ехала верхом в замок, одетая в синюю амазонку, и выглядела счастливой. Он сказал, что ему хотелось бы знать, сон ли это; а Хоуп ответила, что уверена - сон вещий, и он (а еще розы) дан для успокоения.

- Она права, - ответил он.

- Откуда ты знаешь? - спросила я.

- Розы от меня, - ответило Чудовище. - И я посылал сны.

Я уставилась на него.

- Он видит сны о тебе почти каждую ночь и рассказывает семье об этом на следующий день. Думаю, это их действительно успокаивает. Я был осторожен и не показывал себя.

- Откуда ты это знаешь? Ты можешь их видеть? - я все еще смотрела на него.

Он отвел взгляд.

- Да, могу.

- А можно мне?

Он печально взглянул на меня.

- Я покажу тебе, если ты этого хочешь.

- Пожалуйста, - попросила я. - О, прошу, покажи мне.

Я отвела Великодушного в стойло и Чудовище увело меня обратно в замок: вверх по лестнице и вниз по коридорам, и еще раз вверх - в комнату, в которой я обнаружила его в свою первую ночь здесь. Он задернул портьеры и закрыл дверь, а я заметила, что на небольшом столике за креслом Чудовища что-то странно блестело. Он прошел туда и уставился на это; потом поднял бокал, стоявший на каминной полке, и произнес несколько слов, пока наливал немного содержимого на поверхность стола. Затем поставил бокал обратно и сказал мне:

- Иди сюда, встань рядом.

Я увидела, что столешница была сделана из толстого, похожего на светлый нефрит, материала. Блеск ушел и поверхность стала мутно-серой, бурлящей словно воды гавани после прилива. Медленно она начала проясняться.

Я увидела своих сестер в гостиной: Грейс сидела, закрыв руками лицо, а Хоуп стояла перед ней, положив руки ей на плечи.

- В чем дело, милая? - спрашивала она. - Что случилось?

Солнечные лучи проникали сквозь окно, из кузницы доносился смех Жэра.

- Это насчет мистера Лори? Я видела, как он уходил.

Грейс медленно кивнула и сказала, не снимая рук с лица:

- Он хочет жениться на мне.

Хоуп встала на колени и отвела руки Грейс с ее лица; сестры смотрели друг другу в глаза.

- Он тебя просил?

- Не совсем. Он слишком тщательно соблюдает правила приличия, ты понимаешь? Но его намеки: он просто сказал, что хочет «поговорить» с Отцом. Что еще он мог иметь в виду?

- Конечно, - ответила Хоуп. - Мы целое лето подозревали, что это случится. Отец будет доволен - он считает мистера Лори очень хорошим и приличным молодым человеком. Все будет хорошо. Ты станешь замечательной женой священнику, ведь ты так добра и терпелива.

Глаза Грейс наполнились слезами.

- Нет, - прошептала она. - Я не могу.

Слезы покатились по ее бледному лицу. Хоуп потянулась и дотронулась до мокрой щеки сестры рукой. Она тоже говорила шепотом.

- Ты ведь все еще думаешь о Робби?

Грейс кивнула.

- Не могу ничего поделать, - ответила она, плача. - Мы никогда не знали. И я не люблю Пэта Лори… Я все еще люблю Робби. Не могу ни о ком больше думать. Даже не пытаюсь. Я несправедлива к мистеру Лори?

- Нет, - неуверенным тоном ответила Хоуп. - Нет, не беспокойся об этом. Но Отец даст ему согласие, ты понимаешь, и он начнет всерьез за тобой ухаживать. О, моя дорогая, ты должна попытаться убрать Робби из своих мыслей. Не стоит напрасно тратить свою жизнь. Прошло шесть лет.

- Знаю, - отозвалась Грейс. - Думаешь, я хоть на день забываю об этом? Бесполезно.

- Попытайся, - попросила Хоуп. - Прошу. Мистер Лори любит тебя и будет хорошо к тебе относиться. Тебе не нужно любить его так, как Робби.

Голос Хоуп задрожал и она тоже начала плакать.

- Просто будь добра к нему - время и его любовь к тебе позаботятся об остальном. Уверена в этом. Пожалуйста, Грейс.

Грейс посмотрела на сестру словно потерявшийся ребенок.

- Я должна? Мне осталось только это?

- Да, - ответила Хоуп. - Поверь мне. Это для твоего же блага, я понимаю. И Отец будет так доволен. Ты знаешь, что он беспокоится о тебе.

- Да, - Грейс склонила голову и прошептала. - Хорошо, я сделаю, как ты говоришь

Вокруг картинки вновь заклубился туман, который накрыл ее, и мои сестры исчезли.

- Ох, бедняжка Грейс, - произнесла я. - Бедняжка Грейс. Интересно, что случилось с Робби?

Пока я говорила, туман испарился, как дым рассеивается от ветра, и мужчина выступил на причал с борта корабля. Со стороны гавани дул свежий ветер, так знакомый мне с детства; я видела один из складов, который раньше принадлежал моему Отцу. Рядом стояла новая пристройка, ее недавно покрасили. Корабль, с которого сошел мужчина, был двухмачтовый, но вторая мачта обломилась на треть своей длины и балка была привязана к обрубку. Остальная часть судна также была в печальном состоянии: дыры в рейках, грубые заплаты по бокам и на палубе; большинство носовых кают были снесены, а остатки паруса превратили в подобие палатки. Немногие мужчины, управлявшие кораблем, выглядели потрепанными, глаза их ввалились. Но моряки стояли смирно, с гордостью на лицах и в осанке. Несколько человек с берега торопились к тому, который сошел с судна. Между ними была такая разница: плотные и здоровые мужчины, хорошо одетые. А человек, к которому они направлялись, был гораздо выше, однако худ и бледен, словно долго болел и пока не до конца выздоровел. В его черных волосах виднелась седина.