Страница 47 из 64
А впрочем, несмотря на показной расовый фанатизм, Лимних был склонен проявлять терпимость в случае, если она сулила выгоду. В состав нового командования даже вошел офицер, полковник Йедраш, в чьих жилах текла частично кровь лоринов. Однако полковник выступал яростным борцом за общее дело — казалось, ярость только усугублялась оттого, что Йедраш знал о своем сомнительном происхождении. Услуги, каковые он оказывал титанистам, были неоценимы, и Лимних решил (и всемирный президент согласился с Лимнихом), что жертвовать им нельзя. И вместо ликвидации Йедрашу сделали вазэктомию, чтобы впредь не мог осквернять кровь Человека Истинного.
Дубовая дверь приоткрылась, и секретарь торжественно возвестил:
— Прошу прощения, лидер, прибыл полковник Хатт…
Лимних отрывисто кивнул, и титан-полковник Хатт вошел в кабинет. Оба подняли руки в титан- салюте.
— Относительно информации для широкой публики, лидер…
— Я принял решение, — опять кивнул Лимних. — Интеллект среднего человека слишком ограничен для того, чтобы переварить правду. Публике надо дать представление о природе времени в ограниченных пределах — пусть объявят о нападении из будущего, в котором инопланетные захватчики создали базу для второй попытки завладеть нашей Землей…
— Иными словами, — добавил Браск, — простой человек должен понимать проблему так, как не столь давно понимали ее мы сами. Позднее, с ростом образовательного уровня, можно будет обнародовать более полную картину.
— Понимаю, — откликнулся титан-полковник Хатт.
— И еще одно, — подхватил Лимних. — Чрезвычайное положение повлечет за собой серьезный политический кризис. Интенсивность политической пропаганды должна быть усилена, деятельность диссидентских групп сведена к нулю. В этой связи приказываю, используя наши секретные каналы, передать в Лигу общечеловеческих ценностей все факты, какими мы располагаем, без изъятий.
— Все без изъятий? — переспросил Хатт недоверчиво. — Но зачем?
— Разве есть лучший способ выбить у них почву из-под ног? — ответил Лимних холодно, без улыбки. — Можно ручаться, что как только в Лиге узнают правду, большая ее часть перейдет на нашу сторону.
— Так точно, лидер. Будет исполнено! — Тень запоздалого понимания мелькнула на лице Хатта.
Лимних же со своей стороны, с трудом удерживал разум на краю помешательства. Его преследовало жуткое видение двух встречных временных систем, мчащихся к точке столкновения.
— Слава Богу, мы узнали правду вовремя! — повторил он чуть слышно.
Но какой прок в том, что они узнали? Существует ли хоть какое-то средство к спасению?
Контакт с жителями Земли будущего был, по вполне понятным причинам, подготовлен менее тщательно, чем контакт с титанистами. Задача, стоящая перед молодыми философами Ван Ятсеном и Ли Лисанем, которых выбрал для этой миссии лично Вэн By, носила более чем деликатный характер.
Прежде всего предстояло убедить лемуроподоб- ных хозяев планеты, что двое философов — не посланцы цивилизации, следующей встречный курсом. Уже непростая задача, поскольку чужаки, естественно, не улавливали различий в физическом облике людей. Но, к счастью, предыдущая экспедиция расшифровала, перехватывая электромагнитные волны, язык лемуров (точнее, несколько языков). Ван Ятсену и Ли Лисаню удалось прилично овладеть прерывистым, щебечущим наречием, хотя их произношение оставляло желать лучшего.
В конце концов чужаки, кажется, поверили в межзвездные поселения, и молодых философов освободили из тюремного госпиталя (именуемого биологическим исследовательским центром), куда они были помещены поначалу вместе с пленными землянами. Что там с этими пленными делали, лучше было не вспоминать.
Их привели в комнату с коническим потолком и голыми каменными стенами. Чужаки предпочитали неукрашенный камень и коническую форму построек, а двери были треугольными и слишком низкими для того, чтобы человек мог войти не пригибаясь. Мебель была скудной, выполненной из грубого неполированного деревянного бруса или фанеры. Удивительно, что несомненные технические достижения этой цивилизации не сопровождались интересом к быту.
Однако два субъекта, усевшиеся напротив философов за простым дощатым столом, принадлежали к авторитетной верхушке общества. Ван Ятсен спокойно рассматривал собеседников, не уставая поражаться их необычайной возбудимости. Достаточно было любого пустяка, чтобы они принимались дрожать всем телом, а торчащие под носом тонкие усики — подергиваться и ходить ходуном.
— Но почему вы делаете нам такое предложение? — прочирикал один из лемуров. — Зачем вам пускаться во все тяжкие ради того, чтобы нам помочь? Откуда мы знаем, что это не какой-нибудь злобный трюк?
— Отвечаю по порядку, — сказал Ли Лисань. — Готовность помочь свидетельствует об уважении, с каким одна разумная раса обязана относиться к другой. Во-вторых, мы можем предоставить вам гарантии наших добрых намерений. Наше предложение относится и к встречной человеческой цивилизации. Если и вы и они примете его, то будете сотрудничать друг-с другом вместо того, чтобы воевать.
— Если вам угодно, — добавил Ван Ятсен рассудительно, — мы могли бы доставить в Межзвездную космическую общину ваших полномочных послов. Пусть увидят все своими глазами.
Лемур пропустил предложение мимо ушей.
— И вы ждете от нас, чтобы мы отступили перед врагом? Чтобы мы бросили эту планету? — Каждая гласная в его речи звенела, выдавая душевное напряжение. Руки и ноги дрожали крупной дрожью, как у смертельно раненного животного. — Это наша планета, наша с самого начала времен! Мы будем защищать ее до последнего!..
В разговор вступил второй лемур.
— Никогда, никогда во всей нашей истории мы не отступали перед врагом! Несколько дней назад ваши двоюродные братья атаковали наши города и применили мощное оружие, связанное со слиянием легких атомных ядер. Города полностью разрушены, радиоактивные отходы загрязнили все вокруг. Но мы нанесем ответный удар! Ответный удар!..
Посланцы Города-Колбы, с детства приученные рассматривать любые явления с позиций беспристрастного анализа, были озадачены.
— Но как вы не сознаете, что ваше эмоциональное отношение к исторической родине в данных обстоятельствах совершенно неуместно? — высказался Ван Ятсен. — Ваши враги, как вы их именуете, ответят тем же, удар на удар. Эвакуация — единственная надежда как для них, так и для вас…
— А мы не считаем такую надежду единственной, — визгливо проверещал первый из лемуров. — Нам известно, что жизнь врагов протекает в нашем будущем и что если они будут существовать и дальше, мы погибнем. Стало быть, мы должны покончить с ними!
— Каким же образом? — задал Ли Лисань самый простой вопрос.
— Мы создаем вирусы, разрушительные для вражеской биосферы, — ответил лемур. — Эти вирусы будут рассеяны по всей Земле. К моменту, когда наша временная система достигнет предполагаемой точки столкновения, во всей встречной биосфере не останется ничего живого. И ничто не помешает нашей собственной волне времени следовать своим путем…
Переглянувшись, Ван Ятсен и Ли Лисань пришли к одинаковому выводу: миссия провалилась. Они поняли друг друга без слов и поднялись на ноги.
— Для нас очевидно, что ваши решения не продиктованы здравым смыслом, — произнес Ван Ятсен, не отказываясь, впрочем, от прежнего дружеского тона. — Следовательно, нас здесь больше ничто не удерживает. С вашего разрешения, мы вызываем космический челнок и возвращаемся к своему народу…
— Ну уж нет! — взвизгнул лемур. — Вы располагаете информацией, которую можно использовать против нас. А с другой стороны, вы принадлежите к той же расе, что и наши враги. Так что назад, на биостанцию, и прощайте!..
И двух молодых философов отвезли назад на Станцию подготовки биологической войны, откуда им не суждено было выбраться.
Едва переступив порог подвального комплекса,
Собри Бломоут понял: случилось нечто из ряда вон выходящее.
Совет Лиги общечеловеческих ценностей собрался на этот раз в Саннане, родном городе Собри. Древние подвалы были совершенно забыты властями: их замуровали при работах по реконструкции много лет назад. Осталось всего несколько потайных входов, и те были известны лишь доверенным членам Лиги.