Страница 56 из 60
— Да. Несостоявшийся убийца сидит в камере на Боу-стрит. Оказалось, что лорд Лейн нанял сыщика с Боу-стрит, чтобы убить меня… точнее тебя — во всяком случае, он так думал.
— Господи милосердный! Как зовут сыщика?
Слово за слово, Виктория выложила всю историю, прерываемая изредка тихими восклицаниями Вивьен. К величайшему облегчению Виктории, у сестры хватило великодушия не выказать удовлетворения при известии о смерти лорда Лейна.
— Полагаю, он теперь со своим сыном, Гарри, — заметила Вивьен, с излишней тщательностью разглаживая юбки. — Пусть покоится с миром. — Она подняла обеспокоенный взгляд. — Они оба были очень несчастны, особенно Гарри. Именно поэтому я с ним связалась… думала, что несколько дней наслаждения как раз то, что ему нужно. Но он отказывался смириться с тем, что я не могу оставаться с ним вечно. Возможно, лорд Лейн прав… Если бы я не спала с Гарри, он был бы жив.
— Никто не знает этого наверняка, — возразила Виктория, удивленная и обрадованная искренним раскаянием Вивьен. Открытие, что сестра еще способна испытывать угрызения совести, явилось для нее приятной неожиданностью. — Не терзайся попусту, строя предположения. Просто пообещай, что оставишь в покое сына Гарри — бедный юноша и без того достаточно настрадался.
— Конечно, — не задумываясь сказала Вивьен. — В противном случае, боюсь, лорд Лейн достанет меня даже из могилы. Хотя, признаться, я неравнодушна к этому юноше. Он такой нежный, серьезный и трогательный. Из всех этих господ он единственный, кто по-настоящему любил меня. С моей стороны было непростительной глупостью принимать его предложение. Но так уж получилась, что я увлеклась им, пусть и ненадолго.
Виктория сжала руку сестры:
— Что ты собираешься делать? Надеюсь, ты останешься со мной и позволишь заботиться о тебе, пока не появится малыш.
В ответ Вивьен решительно покачала головой:
— Поеду в Италию. У меня там полно друзей, и мне необходимо отвлечься от всех ужасов последнего месяца. К тому же там сейчас находится один джентльмен… граф, кстати… который уже несколько лет не дает мне проходу. Он богат, как Крез. — Она широко улыбнулась. — Пожалуй, пора заняться им вплотную.
— Но разве можно так жить дальше? — ужаснулась Виктория. — Особенно после рождения ребенка.
— Конечно, можно. Не волнуйся, ребенок не пострадает никоим образом. Он или она будет иметь все самое лучшее — положись на меня. Как только он родится и моя фигура придет в норму, я найду нового покровителя и заключу соглашение с учетом интересов ребенка. Видит Бог, у меня будет достаточно слуг, чтобы позаботиться обо всем.
Слушая сестру, Виктория ощутила глубокое разочарование:
— Но разве тебя устраивает роль чьей-то любовницы? Я сделаю все, что в моих силах, и мистер Морган тоже, чтобы помочь тебе изменить твою жизнь.
— А я не хочу ничего менять, — будничным тоном возразила Вивьен. — Мне нравится быть куртизанкой. Это легко, приятно и выгодно. Зачем мне бросать занятие, в котором я явно преуспела. И пожалуйста, избавь меня от сентенций о чести и приличиях… Мне лично кажется, что честь в том и состоит, чтобы делать что-то наилучшим образом.
Виктория горестно покачала головой:
— О, Вивьен…
— Довольно, — решительно заявила ее сестра. — Я еду в Италию, и точка.
— Пообещай мне кое-что, — не сдавалась Виктория. — Если в конечном итоге ты решишь, что у тебя нет времени на ребенка, не перекладывай его воспитание на слуг или чужих людей. Прошу тебя. Мне невыносима мысль, что член нашей семьи будет… Привези его мне.
Вивьен смотрела на нее со скептическим видом.
— Как странно. С какой стати ты станешь возиться с ублюдком лорда Джерарда?
— Потому что это твой ребенок… и моя племянница. Или племянник. Пообещай мне, Вивьен. — Видя, что сестра колеблется, Виктория добавила:
— Ты в долгу передо мной.
— Ну ладно… обещаю. — Вытянув ноги в тапочках, Вивьен жестом попросила принести ей мягкую скамеечку с цветочной вышивкой. Снимая обувь с ног сестры и подставляя под них скамеечку, Виктория ощущала на себе ее оценивающий взгляд.
— Ты ни словом не упомянула о своих отношениях с мистером Морганом, — заметила Вивьен с напускным равнодушием.
Виктория посмотрела в проницательные голубые глаза сестры:
— Что он сказал тебе, когда приезжал сюда?
Рассмеявшись, Вивьен накрутила на палец блестящий рыжий локон.
— То немногое, чего он не сказал, я угадала. Сознавайся, Виктория, он уже дошел до точки или нет?
Вспыхнув, Виктория едва заметно кивнула:
— Да, он сделал мне предложение.
— И ты его приняла?
Виктория неохотно покачала головой:
— Я сомневаюсь в целесообразности этого брака.
— О Господи! — промолвила Вивьен, глядя на сестру любящим взглядом с изрядной долей раздражения. — Вечно ты мудришь. Ладно, выкладывай, что тебя тревожит.
Виктория была рада излить душу единственному на свете человеку, который по-настоящему знал, какой была ее жизнь до недавних пор.
— Хотела бы я знать, как отец представлял себе мое будущее, — задумчиво сказала она. — Я не знаю, в чем мое предназначение. О Вивьен, мистер Морган — прекрасный человек. Но я не уверена, что смогу дать ему то, чего он заслуживает. У нас так мало общего. Разные характеры, происхождение, темперамент. Он мне не пара.
— Если так, почему ты не отказала ему?
— Потому что я его люблю. Просто боюсь, что мы не подходим друг другу.
Вивьен насмешливо фыркнула.
— Хватит молоть чепуху, Виктория. Какая разница, кто кому подходит. Ты запросто приспособишься к новым обстоятельствам… Не такая уж это драма — выйти замуж за состоятельного человека, пусть и без титула. — Вивьен закатила глаза и вздохнула. — Как это похоже на тебя — анализировать ситуацию, пока она не станет в десять раз сложнее, чем на самом деле! Совсем как отец.
— Отец был замечательным человеком, — натянуто сказала Виктория.
— Да… замечательный, добродетельный, одинокий страдалец. После того как мама оставила его, отец ушел в свою раковину и спрятался от мира. И ты решила возместить ему все, чего он лишился, превратившись в точное его подобие. Ты жила в том же чертовом коттедже, корпела над теми же проклятыми книгами. Ничего хорошего в этом не вижу.
— Ты не понимаешь… — вскинулась Виктория.
— Неужели? — перебила ее Вивьен. — Я понимаю все твои страхи лучше, чем ты сама. Ты предпочитала отсиживаться здесь в гордом одиночестве, потому что боялась полюбить кого-нибудь и подвергнуть себя риску быть брошенной. Вот что на самом деле терзает тебя. С тех пор как мама оставила нас, ты все время ждешь, что любой человек, к которому ты привяжешься, поступит так же.
Правда, прозвучавшая в этих словах, ошеломила Викторию. Она уставилась на сестру полными слез глазами.
Вивьен права — с уходом матери она перестала быть самой собой. Она потеряла способность доверять людям, открывать им душу, замкнувшись в защитной скорлупе, через которую никто не мог проникнуть. Пока не появился Грант.
Он заслужил ее доверие. Заслужил право быть любимым безоглядно. Единственное, что от нее требуется, так это поверить в себя.
— Насколько все было проще, когда отец был жив, — сказала Виктория. — Я внушила себе, что никто, кроме него, мне не нужен. Мы спасали друг друга от одиночества. Но как только его не стало… — Она замолчала, прикусив губу, и разрыдалась.
Вивьен вздохнула и с усилием встала, потянувшись к комоду. Вытащив носовой платок, она уронила белый квадратик на колени Виктории.
— Прошло два года, — заметила она. — Пора подумать о том, как жить дальше.
Промокнув глаза мягкой тканью, Виктория энергично кивнула.
— Я понимаю, — невнятно произнесла она. — Я устала от скорби. Устала от одиночества. И я люблю Гранта Моргана больше жизни.
— Слава Богу, — прочувствованно сказала сестра. — Смею надеяться, даже отец признал бы, что ты несла свое покаяние достаточно долго. И раз уж мы коснулись этой темы, скажу тебе то, что давно хотела сказать… Любовь к мужчине не превращает женщину в «падшее создание», как ты всегда думала обо мне и маме.