Страница 20 из 39
Фактически церковная власть вестготского короля соответствовала тем правам, которыми обладал по отношению к церкви своего государства император (Schubert, S. 177). Последующий период характеризуется взаимопроникновением церковной и светской областей государственной жизни, засвидетельствованным уже в 589 г. На соборе обсуждались светские законы, а Реккаред прислушивался к советам епископов, как показывает его антииудейское законодательство. От позднейших соборов также исходили важные инициативы по развитию вестготского государственного права. И наоборот, король имел почти что неограниченные возможности влиять на постановления собора. Он определял круг обсуждаемых вопросов, которые представлял собранию в письменном послании (tomus). Король мог придавать решениям собора статус законов. Права светского правителя в отношении собора естественным образом вытекали из его положения «короля Божьей милостью». В одном письме папе Григорию Великому Реккаред говорит о том, что он наивысший повелитель своих подданных после Бога.
В остальном Реккаред продолжал политику, завещанную ему отцом. Войну с франками он завершил крупной победой, которую одержало готское войско под началом Лузитанского герцога Клавдия (Isidor, HG, 54). Достиг ли Реккаред каких-либо успехов в борьбе с византийцами, неизвестно. Он сражался также против басков, но постоянное возобновление походов показывает, что они в сущности не приносили никаких результатов и баски сохраняли свою самостоятельность. Мятеж герцога Аргимунда в 590 г. не смог серьезно поколебать власть Реккареда. После смерти короля в 601 г. на престол без сопротивления вступил его сын Лиува II.
За время правления Леовигильда и Реккареда вестготское государство претерпело ряд внешних и внутренних преобразований, направленных на укрепление единства страны.
При этом речь шла с одной стороны о внешнем единстве, подчинении вестготской власти всего Пиренейского полуострова (впрочем, этот процесс так и не был завершен), и с другой стороны, о единстве внутреннем, правовом и конфессиональном объединении вестготов и римлян, которое было суждено осуществить только Реккареду.
Толедское государство (601—711 гг).
Последовавшее за правлением Реккареда столетие отмечено растущей внешнеполитической изоляцией вестготского государства. Этот процесс был обусловлен внутренней слабостью франкской державы, более не способной на какие– либо серьезные действия и одновременно переставшей представлять интерес в качестве партнера как дружественных, так и враждебных отношений. Не было у вестготов точек соприкосновения и с королевством лангобардов, непосредственные контакты с которым засвидетельствованы лишь в начале VII века. Византия была занята тяжелой борьбой с Персией, а начиная с 632 г., с арабами и больше не была в состоянии активно вмешиваться в события, происходившие в западном Средиземноморье
Изолированность отражена и в исторических источниках того времени. В не-испанских источниках вестготское королевство, выпавшее из поля зрения франков и византийцев, почти не упоминается (Messmer, Hispania-Idee, S. 79). И с другой стороны, вестготские хронисты почти не интересовались событиями, случавшимися за пределами их страны. Сын Реккареда Лиува II, взошедший на престол в возрасте 18 лет, уже в 603 г. пал жертвой заговора, во главе которого стоял Виттерих. Нам ничего не известно о государственной деятельности молодого короля. Виттерих, взявший в свои руки бразды правления после Лиувы, судя по сообщениям источников, был способным военачальником. Он предпринимал многочисленные, хотя и безрезультатные походы против византийцев (Isidor, HG 38. Следует отказаться от широко распространенной точки зрения, согласно которой Виттерих был королем ариан и благоволил арианской церкви (например, Historia de Espana, S. 112). Арианской церкви в то время уже не существовало). Союз с Теудерихом II, скрепленный браком франкского короля с дочерью короля вестготского, который должен был способствовать обеспечению мира в Септимании, закончился скандалом. Теудерих II после годичного брака отослал Эрменберту, дочь Виттериха, к отцу, но удержал у себя ее богатое приданое (Fredegar, 4, 30). Разрыв произошел по настоянию Брунхильды, хотя ее мотивы так и остались нам неизвестны. Теперь Виттерих вступил в союз с Хлотарем II и его братом Теудебертом II; когда в этот альянс, направленный против Теудериха II, вступил еще и король лангобардов Агилольф, судьба повелителя бургундской части франкской державы, казалось, была решена; но по непонятным причинам планы союзников так никогда и не были приведены в исполнение.
Виттерих также был убит. Гундемар, принявший корону в феврале 610 г., победил басков и византийцев. Он твердо поддерживал союзнические отношения с Теудебертом II и посылал своему союзнику установленные по договору субсидии под охраной графа Булгара, тем более что до него доходили слухи, будто Теудерих II и Брунхильда призвали к себе на помощь аваров, чтобы натравить их на Теудеберта (Ep. Visig. 11-12). Раздоры внутри франкского королевского рода, в которые дипломатическим способом вмешался Гундемар, утихли только после смерти короля вестготов, завершившись поражением Брунхильды и восстановлением государственного единства. Управление всей франкской державой сосредоточил с своих руках Хлотарь II.
Преемником Гундемара, умершего в 612 г., стал Сисебут, решительно продолживший политику своего предшественника. На севере он подчинил астурийцев, которые до тех пор, возможно, находились под верховной властью франков (Isidor, HG, 38). Сисебут также победил рукконов, совершенно неизвестный народ, область поселений которого не поддается локализации. Впрочем, гораздо важнее были успешные войны с византийцами. Император Ираклий был не в состоянии помочь войсками своему наместнику Цезарию. Таким образом, в 615 г. по просьбе Цезария начались мирные переговоры. Переписка с Сисебутом, частично дошедшая до нас, велась обеими сторонами в самых любезных тонах и вежливых выражениях (Ep. Visig. 3-6. Ср. Stroheker, S. 222). Условия мирного договора не сохранились, но византийцы потеряли по крайней мере Малагу.
Во внутриполитической сфере Сисебут продолжил антииудейскую политику Реккареда. Так как евреи после перехода вестготов в ортодоксальное вероисповедание оставались единственной закрытой не-христианской группой населения, последовательная политика консолидации страны требовала их ассимиляции. Сисебут пытался обратить их силой, и Исидор Севильский неодобрительно замечает по этому поводу: «Он принуждал силой тех, кого должен был бы привлекать силой убеждения, присущей нашей вере.» Образ действий Сисебута, возможно, следует связывать с антииудейскими мерами императора Ираклия. Немногим позднее против приверженцев веры Моисея выступил король Дагоберт I в государстве франков. К тому времени борьба с синагогами приняла общеевропейский размах. Впрочем, если спустя некоторое время остальные государства вернулись на позиции большей веротерпимости, антииудейское законодательство вестготов ужесточалось вплоть до самого падения их державы.
Сисебут был образованным правителем и даже занимался писательской деятельностью. Так, он написал на несколько вычурной латыни «Житие епископа Дезидерия Валенсийского«, убитого в 606 или 607 г., так как он имел несчастье принадлежать к числу политических противников королевы Брунхильды. Исидору Севильскому, величайшему ученому своего государства, Сисебут посвятил стихотворение, в котором он жаловался на тяготы своего положения правителя и восхвалял радости спокойной жизни ученого (W. Stach, Koenig Sisebut, ein Maezen des isidorianischen Zeitalters, Die Antike 19, 1943, S. 63-76). В отличие от папы Григория Великого, который порицал епископа Дезидерия за то, что тот выступал в защиту риторического образования, именно по этой причине его хвалит вестготский король, приверженец античной традиции образования. В. Штах указал, что, возможно, своим меценатством Сисебут преследовал определенные культурно-политические цели, стремясь к укреплению единства государства и в этом отношении.