Страница 13 из 47
— Пойдем, — сказал Кагэро.
Пришли на место они к вечеру. Уже разгорелся закат, но было еще светло. Возможно, именно время сумерек сыграло решающую роль. Может быть, днем это место и не показалось бы зловещим, сейчас же, в красном свете заката, Кладбище выглядело ужасно.
Нет, не было там никаких могил или гробниц, ничего этого. Кладбище являло собой огромное плато, сплошь заваленное костями. Костями огромными, не человеческими. Можно только представить себе, как это выглядело в последних лучах солнца.
Да, несколько раз Кагэро наткнулся и на человеческий череп, но черепа все больше были огромными, когда-то они принадлежали каким-то животным. Очень большим, больше лошади. Гораздо больше. В пустую глазницу запросто можно было просунуть кулак.
— Что это, Кагэро-сан? — спросил Итиро; он был испуган.
— Наверное, какие-то древние звери. Мы не пойдем туда сейчас, давай вернемся, а уже утром… Я не хочу идти туда на ночь глядя.
Как обычно, развели костер, Итиро приготовил какой-то нехитрый ужин. Кагэро съел все, слуге достались лишь объедки.
— Ложитесь спать, Кагэро-сан, — сказал Итиро.
— Не хочется. Нельзя здесь спать. Жуткое это место.
— Да, место не из приятных…
Среди ночи Кагэро проснулся.
И то, что он увидел, ему не понравилось.
Была почти полная луна. Ее свет окутывал все плато, и груды костей светились призрачно-бело, придавая ему еще более жуткий вид.
Итиро стоял неподалеку. Костер, конечно же, погас, ветер шевелил остывающий пепел. А Итиро стоял совершенно неподвижно, с отрешенным лицом и пустыми глазами. Губы его что-то шептали. Он будто смотрел в сторону Кладбища.
— Эй, — Кагэро тронул его за рукав, но Итиро не отозвался. Только качнулся. Кагэро попытался разобрать, что он там шепчет, но ничего не вышло. Итиро не произносил слов вслух.
— Не трогай его, — голос был больше похож на шепот или шипение. Каждое слово сопровождалось порывом ветра. Несильным, чуть заметным, правда. Кагэро повернул голову и увидел огромную прозрачную голубую фигуру.
Да, наверное, именно так выглядел зверь, которому принадлежали ныне покоящиеся на Кладбище кости. Похож на ящерицу. Только более округлое и короткое тело, стоит на двух мощных задних ногах, а передние, менее развитые, держит на весу. По спине на всю длину — гребень.
Призрак. Лучи лунного света беспрепятственно проходили сквозь фигуру, и тени она не отбрасывала.
— Кто ты? — осторожно спросил Кагэро. И съежился под взглядом призрачных глаз, маленьких и злых.
— Ты задаешь вопросы?
Кагэро почувствовал окатившую его волну холода. А потом будто укол в лоб. Невидимая игла жала все сильнее, боль усиливалась, сверля мозг.
— Да, задаю, — с трудом проговорил Кагэро; вся его воля была сосредоточена в точке на лбу. Он выталкивал иглу. И это ему удавалось, правда, приходилось тратить много, очень много силы. — Кто ты такой?
Кагэро наконец избавился от сверлящей боли и увидел… Настоящая игла, обрезок толстой черной нитки, висящий в воздухе. Это придало ему сил — все же лучше бороться с тем, что видишь. Кагэро попытался выставить барьер, но страх не позволил ему полагаться на шаткую и непрочную стену. Тогда он собрал этот барьер вокруг иглы, окутал его прозрачным коконом. Теперь нужно следить, чтобы оболочка не прорвалась.
— Я защищаю свой дом, — прошипел зверь-призрак. — Я не нападаю.
— Но мне не нужен твой дом.
— Как же! Я знаю, зачем ты пришел. Чтобы забрать Коготь.
Слово «Коготь» зверь выговорил с выражением особой важности.
Вполне может быть, что Говорящий послал Кагэро в это место именно за каким-то Когтем.
Кагэро утратил бдительность, и игла с чуть слышным визгом пошла сквозь оболочку. Ему показалось, что зверь усмехнулся.
— Не старайся, у тебя не хватит сил удержать иглу. Лучше уходи.
— Я не уйду, — прохрипел Кагэро, сжав зубы. Он напрягся, в глазах потемнело, но… но игла стала изгибаться. Нет, он не хотел отправить ее обратно, все равно не получилось бы. Он хотел сломать ее… и ломал, а она была такой твердой!
У Кагэро уже отказали ноги, он просто перестал чувствовать их, онемение медленно ползло вверх. Когда доберется до сердца — будет совсем плохо, когда до головы… это будет означать, что силы исчерпались. Вот тогда конец. И он сделал одно единственное усилие, которое разом сожгло все резервы. Но игла тонко пропела и переломилась. Опала на землю несколькими хлопьями черного пепла. Кагэро поймал изумленный взгляд призрака.
— Я оказался сильнее, чем ты думал, да? — Кагэро блефовал; он едва стоял на ногах после такого. Ни в какое сравнение не идет с тем, что было на дороге. Сейчас он сделался абсолютно бессильным.
— Да, сильнее, — согласился призрак. — Но должен тебя разочаровать, человек. Это далеко не все, на что я способен.
И в следующее мгновение тяжелый удар свалил Кагэро на землю. В глазах поплыли цветные круги. Призрак двинулся вперед, но остановился у границы Кладбища. Наверное, просто не мог выйти за его пределы. Но только выйти.
Кагэро почувствовал, как тяжеленная плита придавливает его к земле. Воздух со свистом покинул грудь. Уши заложило. Глаза вдавились внутрь и вспыхнули нестерпимой болью. Кагэро не мог поднять эту плиту…
— Мудзюру, помоги! — прохрипел он, на что ушли остатки воздуха, которые всегда есть в легких. И налетевший ветер снес плиту. Правда, сознание было не вернуть…
Очнулся он от того, что упругой волной воздуха его подняло, крутануло, поставило на ноги. Кагэро разлепил глаза и увидел Говорящего. Его лицо выражало недовольство.
— Плохо, — сказал Говорящий и покачал головой. — Плохо, что ты не можешь справиться сам.
— Конечно, плохо, — согласился Кагэро и сжал ладонями виски: голова раскалывалась. — Спасибо…
— Другое хорошо: у тебя хватило ума покинуть Кладбище на ночь. Отошел бы дальше — было бы еще лучше. Сила Кладбища — на самом Кладбище. За его пределами она быстро рассеивается.
— Что за Коготь? За ним вы меня послали?
Говорящий потер ладонью подбородок.
— Я хотел дать тебе источник силы. Это не коготь, это свернутая в кольцо кость. Причем, свернули ее не люди, она была такой в теле животного. Считай, прихоть природы или, если угодно, — высших сил. Пойдем, я покажу тебе ее.
— А… — Кагэро посмотрел на Итиро. Тот уже не стоял и не шептал непонятное, а просто спал у давно потухшего костра.
— Не буди, предутренний сон самый крепкий… Впрочем, уже утро, светает.
Воздух и вправду стал серым и прозрачным. Кагэро побрел вслед за Говорящим на плато. Осторожно ступая меж костей, они добрались почти до середины. Там на большом круглом камне лежало белое кольцо такой величины, что его можно надеть на шею.
— Настоящая кость, — согласился Кагэро, рассматривая предмет.
— Можешь взять ее.
Кагэро взял кольцо в руки, и легкая дрожь прошла по телу. «Человеку не следует прикасаться к таким силам». Он потянулся, чтобы положить его на место. И положил. Ему показалось, что кольцо немного потемнело.
— Боишься? — с издевкой в голосе спросил Говорящий.
— Нет, просто… Я чувствую что-то большое, возможно, слишком большое для меня.
— Значит, ты — слишком маленький?
— Не знаю… Не хотелось бы верить.
— Ага! — Говорящий хлопнул в ладоши. — Конечно, не хотелось бы, потому что это означает признать себя ничтожеством. А ты не ничтожество. Это не похвала. Ты полный идиот, но, к счастью — для тебя, — не ничтожество.
Говорящий внимательно посмотрел на Кагэро.
— Возьми, — твердо сказал он.
— А вы… ты уверен, что так надо?
— Уверен. Бери.
Кагэро пожал плечами и взял кольцо из кости с таким видом, будто это теперь не стоило ему никаких усилий. Пожалуй, действительно не стоило. Просто сначала ему не позволили сделать это какие-то размышления. Размышления насчет последствий.