Страница 30 из 52
* * *
Они вывели пленницу на шоссе, и сквозь дымку полуобморочного состояния она заметила, что в салоне ее машины никого не было. Мори исчез. Темпл не знала, куда он подевался. В затуманенном мозгу мелькнула мысль, что его, возможно, схватили мутанты. Пройдя полмили по дороге, они оказались в небольшом городке — всего несколько улиц и два-три магазина в кирпичных зданиях.
Вскоре они вышли к старому железнодорожному переезду. Один деревянный шлагбаум, выкрашенный в красные полоски, указывал вверх — в темневшее небо. От другого, сломанного, осталась только пара футов. Ноги Темпл скользнули через рельсы, тянувшиеся с востока на запад или с запада на восток. Она вновь попыталась идти самостоятельно, но споткнулась и повисла на руках своих конвоиров. Ее предплечья болели — особенно там, где в них впивались костлявые пальцы мутантов. Ее протащили по безлюдной улице к большому строению, которое когда-то было городской ратушей или муниципальным зданием. Над дверью сохранилась вывеска, но Темпл не умела читать. Буквы оставались для нее загадкой. Зато она узнала мужской голос, прозвучавший за их спинами.
— Эй, секундочку! Одну чертову секунду!
Мутанты отпустили ее, и она упала сначала на колени, а затем лицом в грязь. Мир вращался вокруг нее с тошнотворной скоростью. Мелкий гравий аллеи вонзился в руки. Собравшись с силами, Темпл повернула голову в направлении мужской фигуры.
— Мозес Тодд, — прошептала она.
Это действительно был он. Тодд стоял, как ковбой, посреди железнодорожного переезда. Сломанный светофор раскачивался над его головой. В вытянутой руке мужчина держал пистолет, нацеленный в большого мутанта.
— Отойдите от девушки, — рявкнул он.
Однако никто не собирался выполнять его приказы. Гигант с зашитым веком быстро пригнулся и сжал голову пленницы в костлявых руках. Казалось, что ее череп попал в стальные тиски. Мутант поднял Темпл с земли. Чтобы ослабить боль в натянувшихся мышцах, ей пришлось встать на цыпочки и ухватиться за его запястья.
— Брось оружие на землю! — басом произнес одноглазый мужчина. — Иначе я убью ее.
Мозес засмеялся и, продолжая целиться в мутанта, сделал несколько шагов вперед.
— Видишь, в какую неприятную ситуацию ты попала, малышка? Похоже, кто-то другой тоже решил оборвать твое дыхание.
— Клянусь адом, я убью ее! — прокричал мутант, слегка склонив на бок голову Темпл.
Мозес Тодд перевел на него сердитый взгляд и угрожающе оскалился.
— Не тебе убивать эту девочку. Она моя.
Его оружие выстрелило, и Темпл почувствовала влагу, брызнувшую на ее затылок. Руки мутанта разжались. Она упала на землю и, обернувшись, увидела, как тело гиганта рухнуло на аллею. Пуля разнесла его голову вдребезги. Там, где прежде была левая щека, зияла большая дыра. Милли, стоявшая неподалеку, метнулась в сторону и скрылась за углом кирпичного здания. Подогнув колени, Темпл с трудом приняла сидячее положение. Мозес подошел к ней, пригнулся и, осмотрев ее лицо, печально кивнул головой.
— Теперь твоя очередь, малышка. Я ведь говорил, что должен прикончить тебя.
— Да, говорил, — ответила она, не понимая, куда же подевалась ее сила.
— Ты передо мной в двойном долгу. Один раз — за жизнь моего брата, второй — за спасение от этих уродов.
— Похоже, так оно и есть.
— Ты хочешь что-нибудь сказать напоследок?
Мир вращался перед ней, как варево в котле. Она попыталась сжать кулаки, но никаких сил уже не осталось. Руки, как плети, свисали по бокам. Она устала бороться. Темпл впервые чувствовала себя такой истощенной, а это о чем-то говорило, потому что в последнее время ей часто приходилось биться из последних сил.
— Не волнуйся о моем последнем слове, — ответила она. — Конечно, мне хотелось бы взглянуть на Ниагарский водопад. Хотя бы раз увидеть его величие… Но теперь это не важно.
— Ниагарский водопад? Зачем?
— Он очень большой. Так мне говорили. Одно из чудес Бога.
— Тогда понятно, — кивнув головой, сказал Тодд.
Она посмотрела на Мозеса, и уголки его рта изогнулись в подобие улыбки. Он будто говорил ей: это нормально, что я здесь, в твоей затуманенной голове. Он тяжело вздохнул и посмотрел на дорогу.
— Ладно, пора заканчивать нашу беседу, — произнес Тодд, приставив пистолет к ее лбу. — Все произойдет мгновенно. Ты даже ничего не заметишь. Начинай мечтать о небесах. Если хочешь, можешь закрыть глаза.
Она так и сделала. Темпл закрыла глаза и подумала о многом: о Малкольме, и о слабоумном Мори, и о маяке, откуда можно было видеть океан. Она подумала о полете над морскими просторами — о том, как ты паришь над океаном, а он простирается все дальше и дальше. И ты скользишь над поверхностью вод, ты летишь все быстрее и быстрее, пока волны не смазываются в серую ленту от скорости. И тогда верх и низ уже не имеют значения, и воздух вокруг тебя становится густым и плотным, а прямо перед тобой возникает лик Бога. Он уже засиял перед ней! Прямо здесь! И она зашептала: аминь, аминь, аминь!
А затем раздался выстрел. Но что-то пошло не так. Она знала, что не должна была услышать этот звук. В ее голове все смешалось. Там, в своем воображении, она, как птица, неслась над океаном, а здесь, в реальном мире, ее тошнило от слабости. Открыв глаза, она увидела перед собой Мозеса Тодда. Его пистолет валялся на земле. Сам он сжимал рукой плечо, и между его пальцев сочились струйки крови.
— Проклятье! — проревел он, отходя от Темпл.
Затем из-за ее спины вышло несколько больших и уродливых фигур — возможно, шесть или семь мутантов. Они напали на Мозеса Тодда и прижали его к земле. Он продолжал кричать: «Проклятье! Проклятье!»
Темпл стало трудно дышать. В ее глазах замелькали яркие точки. Она упала на щебень, гадая, когда же умрет. Потому что она ужасно устала, чудовищно устала. И Мозес Тодд был прав. Она имела долги перед чудесным миром. Она слишком долго уклонялась от них.
* * *
Зал городской ратуши был заставлен столами и покосившейся мебелью прошлой эпохи. Запыленные компьютерные экраны, стаканчики с шариковыми ручками, фотографии в рамках, керамические горшки с давно засохшими вьющимися растениями — их мертвые усики змеились по подоконникам. Здесь и там на обоях и бумаге виднелись черно-коричневые пятна крови. Экран одного из мониторов был разбит. Изнутри торчала ухмылявшаяся голова мужчины — старая, мумифицированная, однако все еще в очках.
Темпл отвели в отдаленную часть здания, протащили через пару вращающихся дверей, затем спустили по лестнице с мраморными ступенями и, наконец, втолкнули в подвал — в большое помещение, где у дальней стены размещались шесть тюремных клеток. У передней стены возвышались два лабораторных стеллажа, уставленных сложным химическим оборудованием.
Нечто подобное Темпл видела в притонах, производивших метамфетамин. В центре подвала располагался металлический стол для патологоанатомических вскрытий. По виду он напоминал широкое корыто с двумя водостоками. К его высоким бортам крепились ремни, помогавшие удерживать тело в фиксированной позиции. Рядом со столом стоял высокий стул, похожий на кресло дантиста. Почти весь линолеум на полу был покрыт запекшейся кровью и кусками высохшей плоти.
Девушку втолкнули в одну из клеток и закрыли дверь на засов. Она упала на колени, немного подождала, собираясь с силами, и затем вскарабкалась на ржавую койку у грязной стены. В нескольких метрах от нее раздавались приглушенные звуки движения. Кто-то тихо рычал и сопел. Это были зомби, запертые в соседней клетке. Они непрерывно перемещались, как встревоженные животные.
На стене под самым потолком имелось зарешеченное прямоугольное окно. Темпл сонно посмотрела на луч, исходивший из него. Грязное стекло покрывала сеть мелких трещин, но в уголке отсутствовал маленький клин, и через это крохотное отверстие она видела ясный и чистый солнечный свет.
Бог находит вас даже в тюремном подвале. С этой мыслью она закрыла глаза.