Пусть меня осудят...

– Не, Свет. Машину Сережка забрал.

– Черт. Придется такси брать. Клиент уже звонил, спрашивал когда будешь.

Я зло захлопнула сумочку.

– Иду. Вызывай такси.

Когда назвала адрес таксисту, тот скептически приподнял одну бровь.

– Крутой райончик. Блатной я бы сказал.

А мне какое дело. Хоть Манхэтенн. Мне главное проекты клиенту показать и новый контракт получить. Таксист увидел, что я не отреагировала, и надавил на педаль газа. Я сидела сзади. Никогда рядом не садилась. Эти таксисты еще тот народ. Вечно пристают. По жизни ищут приключений на пятую точку. Я этих приключений никогда не искала. Мне нравилось, что я всегда знаю, что будет завтра и не только завтра, а еще и послезавтра и на неделю вперед. Я вообще консерватор и ненавижу перемены. У меня все складно должно быть. И на работе меня за это уважали – ни одного опоздания за все шесть лет. Ни одного прогула. Пару больничных, и то когда Сережка болел. Я и с температурой на работу перлась. Таблеток наглотаюсь и вперед, и с песней. Совесть не позволяла, чтобы Сережка пахал за двоих. Итак тяжело ему. Света белого не видит. Зато с долгов повылазили. Машину купили. Вот теперь ремонт сделаем. У меня мечта, чтобы потолки подвесные, чтобы жалюзи на окнах, и кондиционер централизованный. Чтобы мебель была строгая, четкая и не вычурная. В восточном стиле. Я замечталась, не заметила как по адресу прибыли. Когда в окно выглянула, захотелось присвистнуть. Живут же люди! И как живут. Домик трехэтажный. Забор в два метра. Только крышу черепичную видно на красивых рифленых столбах. Видно, что дом утопает в цветах. Я с таксистом расплатилась и чек взяла. Деньги не мои. В бухгалтерии выдали. Отчет надо дать. Я позвонила в домофон и нервно поправила прядь волос за ухо.

Ворота отворились, и я зашла во двор. Не ошиблась. Во всю цвели пионы, астры. Уже отцветали. Начало октября как никак. Меня досмотрел охранник, спросил документы и отвел к парадному входу. Шикарный особняк. Все из мрамора. Стекла сверкают даже в пасмурный день, отражая деревья. Дверь распахнулась, и меня впустил в дом мужчина в дорогом элегантном костюме.

– Александр Николаевич ждет вас в приемной.

Можно подумать я знаю, где здесь приемная. Но меня проводили до самых дверей. От удивления и восхищения у меня отвисла челюсть. Я таращилась на красивое убранство дома, на, со вкусом продуманный, дизайн. Вот это домик! Светка была права, такой клиент – это золотая жила.

Передо мной распахнули двойные двери, и я вошла в приемную, огромную, как зала в нашей квартирке. Я-то наивная считала, что она у нас большая. Звук моих шагов заглушал ковер, идеально чистый, ни соринки. За столом сидел мужчина. Он тут же поднялся и пошел ко мне на встречу. Дверь за мной затворилась. Я смотрела на хозяина дома с интересом. Видный мужчина лет пятидесяти пяти, подтянутый, не полный. Волосы седые полностью, но без лысины. Аккуратно зачесаны назад. Гладко выбритое лицо, моложавое, свежее. Очень живые глаза. Появилось странное ощущение, что я его уже раньше где-то видела. Притом совсем недавно. Но где? По телевизору? В газете? Имя Царев Александр Николаевич ни о чем мне не говорило.

– Оксана Владимировна? Доброе утро.

Он вежливо пожал мне руку. Пальцы теплые, приятные и рукопожатие, не сильное, но очень уверенное.

– Прошу.

Царев показал рукой на кресло. По-джентельменски отодвинул, предлагая сесть. Я подчинилась. Мягкое, ортопедическое, кожаное. Оно словно обняло меня со всех сторон и приняло форму моего тела.

– Вы голодны?

– Нет, спасибо.

Мне стало неловко. Во всей этой окружающей меня роскоши я чувствовала себя немного жалкой.

– Мне рекомендовали вас как молодого профессионала с большим опытом работы.

Я улыбнулась.

– Преувеличивают, как всегда.

Он внимательно на меня посмотрел:

– Значит вы не профессионал? Меня ввели в заблуждение?

Его вопросы выбили меня из колеи. Я из скромности возразила, а он принял мои слова буквально. Царев вдруг усмехнулся. Только губами, глаза по-прежнему пристально меня рассматривали.

– Я шучу. Хотя всегда нужно знать себе цену. Никогда не умалять своих способностей. Профессионализм в наше время дорогого стоит, и продавать его нужно по достойной цене.

Я смутилась. Он, несомненно, прав.

– Конечно, я профессионал. Шесть лет работаю в офисе и…

Царев усмехнулся, а я замолчала.

– Шесть лет было в прошлом месяце. Добросовестный работник. Замужем, сыну шесть лет.

Он и так все обо мне знал. Навел справки. Правильно, чем богаче человек, тем подозрительней, и тем более не охотно он расстается со своими деньгами.

– Верно. Замужем и сыну шесть лет.

– В следующем году в школу пойдет?

Я кивнула. В этот момент дверь распахнулась, и в помещение вошел тот человек, который впустил меня в дом. В руках у него поднос с двумя чашками, чайничком и пиалой. Он поставил поднос на стол и безмолвно удалился.

– Я в это время пью кофе. Вам приготовить?

Я замялась.

– Я пью растворимый, – смущенно сказала, увидев, что он наливает в чашечку черный кофе.

– Почему?

– Не вкусно, – честно ответила я.

– Это вам его никто не готовил профессионально, – заметил Царев и налил мне черный густой напиток. Запахло очень приятно. Я бы сказала восхитительно. Царев придвинул ко мне пиалу с сахаром.

– Коричневый сахар. Он полезен для здоровья. Попробуйте. Этот кофе мне привозят из Бразилии. Мой друг лично выращивает листья и готовит по особому рецепту. Попробуйте. В жизни все нужно изведать.

Прозвучало двусмысленно, но я чашечку все же взяла и сделала глоток. Обожгла язык, зажмурилась. А вкус и правда особенный, свежий, аромат в голову бьет.

– Ну как?

– Горячо, – я улыбнулась.

– Вкусно?

– Еще не разобралась.

Царев придвинул ко мне коробку конфет.

– Попробуйте. Черный шоколад. Женщины любят сладкое.

Что да, то, да. Сладкое я обожала. Только старалась не злоупотреблять. Зубы жалела.

– Итак. Вы знаете, что мне нужен долгосрочный контракт с вашей фирмой. Я купил сеть гостиниц в пригороде. Я хочу, чтобы это были не просто гостиницы, а нечто большее. Чтобы отличались от наших отечественных и интерьером и внешним видом.

– У вас есть предпочтения, то есть идеи?

– Наверное, есть. Я представлял себе нечто старинное. В стиле охотничьих домиков. Будто время их не коснулось. Чтобы камины повсюду, русская баня. Чтобы все из дерева.

Я его поняла. Идея чудесная. Таких заказов я раньше не получала.

– Сможете в таком стиле придумать?

Конечно, смогу. Я все что хочешь, придумаю. Было бы время.

– Вы мои работы посмотрите сначала, – я уже хотела было подвинуть ему папку, как он вдруг подтолкнул ко мне другую и усмехнулся:

– Вот эти?

Я открыла ее и, конечно же, увидела свои самые лучшие работы. Удивленно посмотрела на Царева. В интернете моих работ нет. Это эксклюзив. Даже в рекламе не фигурирует, а последний проект совсем новый и кроме директора его никто не видел. Кто он? Этот Царев? Каким образом добывает информацию?

– Удивились, Оксана Владимировна? У меня просто есть связи. Ничего криминального.

– Значит, вам мои проекты понравились?

– Конечно, понравились, иначе вы бы здесь со мной сейчас не сидели. Теперь вам решать – подхожу ли я как клиент.

А что может не подходить? Я свою работу сделаю и все. Он деньги – я проект.

– Подходите, а почему вы должны мне не подойти?

Царев отпил кофе из фарфоровой чашечки.

– Потому что во время проекта вам придется жить и работать непосредственно на объекте. Я не хочу чтобы кто-то, как и я, мог утащить ваши работы и создать себе подобное. Конкуренция, знаете ли, серьезное дело.

Я даже кофе поперхнулась. Он имеет ввиду, что я буду жить с этой работой в обнимку круглосуточно? У меня вообще-то дом есть, семья, ребенок. Черт знает что такое. Я свою работу и так прекрасно выполняю и в офисе. Мне не нужно для этого дневать и ночевать на объекте. Разве что несколько раз съездить на место. Визуально все представить.