Страница 53 из 75
Дриззт положил ей руку на плечо. “Не бойся”, — ответил он. “Я постоянно думаю о нем”.
Кэтти-бри подняла свои глубокие голубые глаза, что бы посмотреть прямо в лиловые зрачки Дриззта. “Мы отобьем его”, — грозно пообещала она, “и заставим Эррту заплатить за всю ту боль, что он причинил твоему отцу”.
“Я знаю”, — сказал Дриззт, кивнув. “Но, нет нужды бить тревогу прямо сейчас. У Бруенора и Реджиса хватает забот с подготовкой к надвигающейся зиме”.
Кэтти-бри согласилась с ним и откинулась на теплый камень. Они будут ждать столько, сколько понадобиться, а потом пусть боится Эррту!
Таким образом, друзья втянулись в рутину повседневных дел в Долине Ледяного Ветра, и несколько следующих недель проработали вместе с дварфами. Дриззт нашел пещеру, в которой он сделал себе внешний лагерь для своих многочисленных вылазок в открытую тундру, много времени там проводила и Кэтти-бри, рядом с другом, молча, поддерживая его.
Они почти не говорили об Эррту и осколке кристалла, а Дриззт все еще не обращался к Стампет, но дроу думал о демоне, а если точнее о пленнике демона, он думал о нем почти постоянно.
Медленно закипая от злости.
* * * * *
“Когда я зову тебя, ты должен приходить быстрее!” — ворчал маг, нервно меряя комнату шагами. Он едва ли казался внушительным двенадцатифутовому глабрецу. У демона было четыре руки, две из которых заканчивались мощными кулаками, а остальные две клешнями, способными разрезать человека напополам.
“Мои друзья, они не станут терпеть задержки”, — продолжил маг. Глабрецу Бизматек сложил свои собачьи губы в хитрую улыбку. Этот маг, Доузмен из Сандабара, был в полном смятении, он усиленно пытался выиграть дурацкое соревнование у других членов своей гильдии. Быть может, готовя круг, он допустил ошибку …
“Разве я многого прошу?” — вопил Доузмен. “Конечно же, нет! Всего лишь ответы на несущественные вопросы, а в обмен я даю немало”.
“А я и не жалуюсь”, — ответил Бизматек. Пока демон говорил, он внимательно изучил круг силы, единственную вещь, сдерживавшую ярость глабрецу. И если Доузмен подготовил его неправильно, Бизматек сожрет его.
“Но ответы ты мне тоже не даешь!” — выл Доузмен. “Теперь, я спрошу еще раз, и у тебя будет три часа, только три часа, на то чтобы найти ответы и вернуться”.
Бизматек отчетливо слышал слова, и обдумал их смысл в новом, уважительном свете, потому что к тому времени демон понял, что круг был начерчен идеально. Выхода не было.
Доузмен начал четко повторять свои семь вопросов, семь не имеющих важности, неясных вопросов, абсолютно бесполезных, кроме того, что поиск ответов на них и был соревнованием, начатым гильдией магов. В голосе Доузмена слышалась срочность, он знал, что, по крайней мере, трое из его коллег, уже нашли ответы на некоторые вопросы.
Но Бизматек не слушал его, он пытался вспомнить что-то, что он слышал в Абиссе, предложение куда более могущественного, чем он, танар’ри. Глабрецу снова взглянул на идеально начерченный круг и полный сомнений нахмурился, и все же, Эррту сказал, что сила вызвавшего или безукоризненность магически сковывавшего демонов круга значения не имели.
“Погоди!” — проревел Бизматек, и Доузмен, несмотря на всю свою самоуверенность и весь свой гнев, отступил и замолчал.
“Что бы найти нужные тебе ответы, потребуется много часов”, — объяснил демон.
“У меня нет множества часов!” — парировал Доузмен, потихоньку возвращавший себе хладнокровие и приходивший в ярость.
“Тогда у меня для тебя есть один ответ”, — ответил глабрецу, хитро и злобно оскалившись.
“Но ты только что сказал …”
“Я не знаю ответов на твои вопросы”, — быстро объяснил Бизматек. “Но я знаю того, кто знает, это бэйлор”.
Доузмен побледнел при упоминании великого чудовища. Сам он был волшебником неслабым, довольно опытным в вызывании, и уверенным в собственном магическом круге. Но бэйлор! Доузмен никогда не пытался вызвать такую тварь. Бэйлоры, а по всем подсчетам их было десятка два, не больше, были танар’ри высшего уровня, самым страшным из всех ужасов Абисса.
“Ты что, боишься бэйлора?” — поддразнил его Бизматек.
Доузмен выпрямился, вспомнив, что перед лицом демона, нужно демонстрировать уверенность. Слабость отношения порождает слабость сдерживания, это кредо вызывателей. “Я ничего не боюсь!” — объявил маг.
“Тогда получишь свои ответы у бэйлора!” — проревел Бизматек. “Зовут его Эррту”.
Доузмен отступил еще на шаг от чистой силы рева глабрецу. Затем маг заметно успокоился и стоял, не переводя взгляд. Глабрецу только что дал ему имя бэйлора, открыто и бесплатно. А имя танар’ри входило в число его ценнейших владений, ведь зная это имя, маг уровня Доузмена мог усилить сковывающее, при вызове демона, заклятье.
“Насколько сильно ты хочешь победить соперников?” — дразнил его Бизматек, хихикая на каждом слове. “Наверняка Эррту просветит тебя, относительно твоих вопросов”.
Доузмен подумал об этом еще мгновенье, потом он резко повернулся к Бизматеку. Он все еще сомневался по поводу перспективы вызова бэйлора, но приманка, первый приз соревнования, проводимого гильдией каждые два года, была слишком заманчива, чтобы проигнорировать. “Исчезни!” — приказал он. “Я больше не буду тратить силы на такого, как ты”.
Это обещание понравилось глабрецу. Он знал, что Доузмен говорил о трате сил именно в данный момент. Маг стал для глабрецу настоящей занозой. Но если слухи в отношении Эррту, витавшие по дымным слоям Абисса, не врали, то Доузмен вскоре удивится и ужаснется от ироничной правды своих слов.
* * * * *
Когда он вернулся в Абисс, и за ним закрылись межплановые врата, Бизматек понесся к зоне, где росли гигантские грибы, к логову могучего Эррту. Сначала бэйлор собрался убить демона, подумав, что глабрецу — захватчик, но когда Бизматек выложил новости, Эррту откинулся на свой гриб-трон, его оскал растянулся от рога до рога.
“Ты сказал дураку мое имя?” — спросил Эррту.
Бизматек колебался, но, казалось, в голосе Эррту не было злости, только сладостное предвкушение. “По тем указаниям, которые я слышал …” — осторожно начал глабрецу, но хриплый смех Эррту остановил его.
“Это хорошо”, — сказал бэйлор и Бизматек заметно расслабился.
“Но, Доузмен не слабый маг”, — предупредил Бизматек. “Его круг начерчен идеально”.
Эррту снова усмехнулся так, как будто это не имело особого значения. Бизматек уже было, собрался снова пояснить момент, решив, что бэйлор просто полагал, что он сможет найти лазейку, которую не смог найти глабрецу, но Эррту сделал движение первым, протянув ему небольшой черный контейнер.
“Идеальных кругов не бывает”, — загадочно и уверенно заметил бэйлор. “Теперь быстро иди сюда, у меня для тебя есть еще одно задание, ты будешь охранять самого ценного из моих пленников”. Эррту соскользнул с трона и двинулся прочь, но остановился, увидев, что глабрецу колеблется.
“Награда будут очень велика, мой генерал”, — пообещал Эррту. “В течение многих дней ты сможешь свободно бегать по Первичному Материальному Плану; сожрешь столько душ, сколько тебе захочется”.
От этого не мог отказаться ни один танар’ри.
Зов Доузмена пришел некоторое время спустя, хотя он и был, слаб, маг уже и так потратил много сил, на то, чтобы вызвать Бизматека, Эррту схватил свой ценный контейнер и быстро отозвался. Через межплановые врата он переместился в комнату Доузмена в Сандабаре, и, как и предупреждал Бизматек, внутри идеально вычерченного круга силы.
“Быстро закрой врата!” — крикнул бэйлор, его резкий громоподобный голос отражался от каменных стен комнаты. “За мной через них могут последовать баатезу! Ох, болван! Ты оторвал меня от моих воинов, и теперь за мной, через врата, последуют смертоносные твари! Что ты, глупый смертный, будешь делать, когда в ваш мир войдут пит фиенды?”
Как и любой мудрый волшебник на его месте, Доузмен уже нервно работал над закрытием врат. Пит фиенды! Больше одного? Никакой круг, никакой маг, не смог бы удержать бэйлора и еще парочку, или более, пит фиендов. Доузмен читал заклятья и вращал руки концентрическими кругами, бросая в воздух различные материальные компоненты.