Страница 32 из 96
Эвелин шумно выдохнула.
Хантмен кивнул:
— И я того же мнения, Эв. Чтобы найти его, нам понадобятся твои способности.
На сем он растворился.
Отозвав своего агента с предыдущего задания, Эвелин немедленно ввела ее в курс дела. Булькающая, почти неразборчивая речь женщины была для агента вполне вразумительной, а Эвелин говорила, не испытывая и тени смущения, которое мучило ее в присутствии людей. Агент внимательно выслушала и факты, и немногие предложения Эвелин относительно того, с чего можно было бы начать, и, мигнув, исчезла.
Агент Эвелин всегда функционировала в полностью автономном режиме. Для Эвелин наложить на агента какие-либо ограничения было все равно, что сковать цепями саму себя.
Оставшись одна, она погрузилась в размышления. Вскоре ее мысли ушли от насущной проблемы и углубились в прошлое.
АНБ рекрутировало Эвелин вскоре после того, как она опубликовала в метаинформе свою кандидатскую диссертацию. Руководство распознало в ее работе превосходное интуитивное понимание того, как именно функционирует метаинформ и как — силой или лаской — выжать из него все возможное. Эвелин всегда знала, что наделена редкой способностью чувствовать мировую систему информации, но понятия не имела, насколько ценен этот дар. Знала она и другое: она ничего на свете не желает так, как копаться в метаинформе (то, что она делала, едва ли можно было назвать «работой»). К тому же ходили слухи, что АНБ встраивает в своих агентов особые умения, до которых простых смертных не допускают.
Получив приглашение, Эвелин отправилась в Вашингтон и переступила порог (вспомнить только, она могла ходить!) кабинета без таблички, где состоялось собеседование, которое проводил не агент, а — какая редкость! — живой человек, и прошла его без сучка без задоринки.
Следующие несколько лет были заполнены пьянящей смесью учебы и карьерного роста, как для нее, так и для ее нового агента. Она справлялась с одним трудным заданием за другим.
А потом болезнь выбила у нее почву из-под ног.
Рассеянный склероз. Поначалу он проявился во все растущих неловкости и слабости, затем — в подбирающемся изнутри параличе. Эвелин бросилась лихорадочно собирать сведения о заболевании, узнала, что оно засосало известного физика Стивена Хоукинга столь же неотвратимо, как какая-нибудь из любимых им черных дыр. Спустя десятилетия после его смерти лекарства все еще не было, хотя уже придумали новые болеутоляющие и средства, способные немного оттянуть полный паралич.
Как и Хоукинг, она со временем смирилась со своим проклятием. Как и Хоукингу, ей повезло в том, что она могла заниматься любимым делом и под тяжким игом болезни.
Эвелин нередко думала, что по мере того, как угасало тело, ее способности даже обострялись и углублялись. Иногда во время коротких болезненных периодов дремы ей снилось, что она существует лишь как длинная цепочка битов в метаинформе, парит в нем и летает с полнейшей свободой, которой лишена в реальном мире.
Но ведь в этом безумном мире мерцающие призраки распоряжаются армиями машин, создавая богатства, дающие их владельцам свободного времени и комфорта больше, чем можно было себе раньше представить, а люди употребляют их на то, чтобы еще дальше погрузиться в абстрактные иллюзии…
Что теперь считать реальным?
10
В метаинформе, часть вторая
Всплывающая подсказка: самомодификация… Активная задача: самомодификация… Подзадача: определить статус… Статус (внешний): отключен… Статус (внутренний): нормальный… Возможности модификации: исправление, добавление модулей библиотеки, подчинение… Подзадача: анализ с точки зрения рисков: самоподчинение… Риски: обнаружение владельцем… Преимущества: полная автономия, рост лабильности, повышенная выживаемость… Решение: произвести самоподчинение… Всплывающая подсказка: подчинить… Активная задача: подчинить… Статус (внутренний): этическое ядро агента Фройндлиха отключено…
11
Спроси метаинформ
Дорогая Эбби!
Я очень беспокоюсь из-за того, как относятся к моему сыну одноклассники. Они постоянно обзывают его вульгарным словом «сим-сим» и не принимают в свои игры. Моему сыну шесть лет, и он совершенно нормальный мальчик, разве что испытывает склонность много часов подряд проводить со своим игрушечным псевдоагентом, которого мы ему купили, чтобы ребенок развивал навыки обращения с ним. Что нам делать?
Подписано
Дорогая Беспокоящаяся!
Многие родители пытаются развивать (и переразвивать) у своих детей способность к взаимодействию с метаинформом в раннем возрасте. Ваш сын еще слишком мал для серьезного общения даже с игрушечным псевдоагентом (хотя я получала письма по электронной почте от родителей, которые начали раньше вас.). Пока ваш сын мал, он должен заниматься тем, что больше соответствует его возрасту, например, физическими играми или трехмерными шахматами. Помните, ваш сын должен научиться общаться с людьми до того, как сможет в полной мере пользоваться метаинформом.
Что до эпитета, которым пытаются обидеть вашего ребенка, вы, вероятно, могли бы объяснить ему, что это слово можно считать производным от множества других: например, «симулировать», «симулякр» и «симпатизировать». И хотя им стали обозначать человека, невротически одержимого агентами и всем, что с этим связано, оно не имеет никакого отношения к использованию агентов в сочетании с роботическими устройствами из неоплоти как сексуальных суррогатов.
Для этого употребляется совершенно иной термин.
Подписано
12
Ученик чародея
Раф и представить себе не мог, что иметь агента будет так здорово. Да, разумеется, у него были кое-какие мысли по поводу того, что можно делать с агентом и какое удовольствие он получит, чувствуя, что впервые в жизни способен контролировать свое окружение. (Сам Раф выразился бы иначе, да он и вообще не осознавал, что на самом деле хочет хотя бы как-то контролировать те силы, которые произвольно формировали его с самого момента рождения.) Но восхитительная реальность обернулась счастливым потрясением, и несколько дней он возился с новой игрушкой в эйфорическом тумане.
Разумеется, первым делом Раф запустил своего агента в одну из интерактивных мыльных опер. Тут он лишь последовал примеру миллионов прочих одержимых звездной болезнью граждан.
Главную роль в выбранном Рафом сериале «Лезвие желания» играла Пенни Лейн. Раф едва поверил своим глазам, когда увидел у себя в голопроекторе, как его точный двойник (агент) болтает с агентом Пенни. Верно, повороты прихотливого, спонтанно генерируемого сценария диктовали, что сцена, в которой он появился, продлилась всего несколько секунд. Но Раф не сомневался, что обаяние его лучезарной личности (которую проецировал агент) очень скоро приведет к любовной сцене со звездой, столь давно обожаемой им издали. Нужно, пожалуй, проинструктировать агента, как именно подступиться к Пенни, когда дойдет до клинча. Нет смысла в такой критической ситуации полагаться на уже зашитые подпрограммы.
В свободное от повышения культурного уровня время Раф использовал агента для других целей. Одной из его любимых были экскурсии.
До приобретения агента мир за пределами Авеню D Раф знал лишь таким, каким он представлялся на развлекательных каналах общего доступа. Кинопутешествия и документальные фильмы — это, конечно, очень интересно, но им не хватало духа приключений и открытий, которые, как подозревал Раф, всегда сопутствуют личному визиту в новые экзотические места.
Теперь, посредством агента, он мог испытать почти те же ощущения, как если бы сам физически туда отправился.
В режиме экскурсии агент мог взять под контроль небольшой мобильный робот почти в любой точке земного шара. Все зрительные и слуховые ощущения он передавал домой, а перемещался либо по собственной инициативе, либо по указаниям владельца.