Страница 34 из 35
Огонь быстро бежал по дереву, языки пламени уже лизали нижние ветви, угрожая Годфри и его спутникам. Неужели им суждено погибнуть в этом огне, против которого они бессильны? Неужели у них остался только один выход — броситься вниз? Но ведь и тогда их ждет верная смерть!
Годфри мучительно думал, пытаясь найти какое-нибудь средство спасения, но ничего не мог придумать. А между тем густая пелена дыма, обволакивая все вокруг, закрывала от взоров первые проблески зари.
Вдруг раздался ужасный треск. Сгоревшая у основания, секвойя подломилась и начала медленно клониться вниз.
Годфри и его спутники уже прощались с жизнью. Они неуклонно приближались к земле, и тут объятая дымом секвойя наткнулась исполинскими ветвями на кроны соседних деревьев и так застыла в наклонном положении, под углом в сорок пять градусов к земле.
— Девятнадцатое января! — прозвучал чей-то голос, показавшийся Годфри очень знакомым.
Неужели это Карефиноту?… Да, Карефиноту! Он, не понимавший до сих пор ни слова, заговорил на чистейшем английском языке!
— Ты сказал по-нашему? — изумился Годфри и поспешил спуститься к нему по веткам.
— Да, мистер Морган,— ответил Карефиноту,— сегодня, девятнадцатого января, сюда на остров должен прибыть ваш дядя Виль. Если он не появится — мы пропали!
ГЛАВА XXII,
в которой объясняется все, что казалось до сих пор необъяснимым
Прежде чем Годфри успел что-либо ответить, где-то неподалеку прогремели ружейные выстрелы. В ту же минуту хлынул дождь, настоящий ливень, и загасил пламя, грозившее перекинуться на соседние деревья.
После всех необъяснимых явлений на Годфри обрушилась новая лавина загадок: Карефиноту, вдруг заговоривший как истый лондонец, сообщение о скором прибытии дядюшки Виля и, наконец, неожиданные выстрелы.
Годфри показалось, что он сходит с ума, но у него не было времени разобраться в своих ощущениях. Не прошло и пяти минут после выстрелов, как из-за деревьев показалась группа матросов во главе с капитаном Тюркотом.
Как только Годфри сошел на землю, его окликнули два радостных голоса, которых он не мог не узнать:
— Племянник Годфри! Честь имею кланяться!
— Годфри!… Дорогой Годфри!…
— Дядя Виль!… Фина!… Это вы?…— воскликнул окончательно сбитый с толку юноша.
Через несколько секунд он заключил в свои объятия обоих.
Двое матросов, выполняя команду капитана Тюркота, быстро влезли на секвойю, отвязали злополучного Тартелетта и спустили его вниз со всеми предосторожностями.
Посыпались вопросы, ответы, объяснения…
— Дядя Виль! Неужели это вы?
— Да, как видишь!
— Но как вам удалось отыскать остров Фины?
— Остров Фины? — переспросил Кольдеруп.— Ты хочешь сказать — Спенсер? О, это не составило большого труда, я ведь купил его шесть месяцев назад!
— Спенсер?
— А ты назвал остров моим именем, милый Годфри? — спросила Фина.
— Ну что ж, это имя мне нравится, и будем впредь его так называть! — заметил Уильям Кольдеруп.— Правда, до сих пор на географических картах он был островом Спенсер, что находится в трех днях пути от Сан-Франциско. Я счел полезным отправить тебя сюда, чтобы ты на собственном опыте познал жизнь Робинзона.
— Что вы говорите, дядя? — воскликнул Годфри.— Если это правда, то, признаю, мне воздано по заслугам. Но как же тогда объяснить кораблекрушение «Дрима»?
— Все было подстроено! — засмеялся Уильям Кольдеруп, пребывая в самом благодушном настроении.— По моему указанию капитан Тюркот наполнил водобалластные камеры, и судно немного опустилось, а ты вообразил, будто корабль тонет. Но как только капитан убедился, что вы с Тартелеттом выбрались на берег, он дал задний ход, и через три дня преспокойно вернулся в Сан-Франциско. На этом же «Дриме» в назначенный мною день мы и прибыли за тобой.
— Значит, никто из экипажа не погиб? — спросил Годфри.
— Никто… Может, только тот несчастный китаец, который прятался в трюме. По крайней мере его нигде не нашли.
— А пирога?
— Тоже имитация. Ее построили по моему указанию.
— А дикари?
— Ненастоящие. К счастью, ты никого из них не убил.
— А Карефиноту?
— Такой же, как и все остальные. Мой верный Джип Брасс, как я вижу, великолепно сыграл предназначенную ему роль Пятницы.
— Да! — сказал Годфри.— Он дважды спас мне жизнь; при встрече с медведем и с тигром.
— С поддельным медведем и искусственным тигром,— сказал Кольдеруп, надрываясь от смеха.— Чучела привезли на остров Джип Брасс и его спутники.
— Но ведь звери ворочали головой и лапами…
— При помощи пружины, которую Джип заводил ночью за несколько часов до ваших встреч с хищниками.
— Так вот оно что! — пробормотал Годфри, немного сконфуженный оттого, что дал себя так легко провести.
— Да, дорогой племянник, на твоем острове все было слишком благополучно, и потому я доставил тебе несколько случаев поволноваться.
— Тогда,— ответил Годфри, с трудом удерживаясь от смеха,— раз уж вам захотелось дать мне урок, то зачем же было присылать сундук со всеми необходимыми вещами?
— Сундук? — удивился Кольдеруп.— Какой сундук? Я не посылал никакого сундука! Уж не ты ли это постаралась, Фина?…— Он выразительно посмотрел на девушку, смущенно опустившую глаза.
— Теперь мне все понятно,— продолжал Кольдеруп.— В таком случае, у Фины должен быть соучастник…— И дядюшка повернулся к капитану Тюркоту, который разразился громким смехом.
— Как хотите, мистер Кольдеруп,— сказал капитан,— с вами я еще могу не соглашаться… но слишком трудно было отказать мисс Фине. И вот… четыре месяца назад, когда вы послали меня проверить, что делается на острове, я отправил туда шлюпку с этим самым сундуком.
— Фина! Милая моя Фина! — растроганно произнес Годфри, протягивая девушке руку.
— Но, капитан Тюркот! Вы же обещали мне держать все в секрете,— сказала зардевшаяся Фина.
Но если Годфри слушал все эти объяснения с веселой улыбкой, то Тартелетту было совсем не до смеха! Новость, которую он только что узнал, потрясла его до глубины души, буквально уничтожила! Как это он, знаменитый учитель танцев и изящных манер, стал жертвой мистификации? Хореограф вышел вперед и произнес с видом оскорбленного достоинства:
— Может быть, вы будете утверждать, мистер Кольдеруп, что гнавшийся за мной крокодил тоже был заводной и сделан из картона?
— Крокодил?— удивился дядюшка.
— Да, мистер Кольдеруп,— заметил Карефиноту, которому пора возвратить его настоящее имя — Джип Брасс.— За господином Тартелеттом действительно гнался самый настоящий крокодил.
Тут пришла очередь удивляться самому Уильяму Кольдерупу. Дядюшка узнал о внезапном нападении множества хищников — львов, тигров, пантер, о нашествии змей, появившихся только два месяца назад, о кострах, что разводили неизвестные в разных концах острова.
Он отказывался что-либо понимать. Ведь доподлинно известно, что на острове Спенсер не водилось ни хищных зверей, ни ядовитых пресмыкающихся. Это даже специально оговаривалось в продажном реестре. Выходило, что многие события, происходившие на острове, не были предусмотрены программой.
Что до Тартелетта, то он не из тех, кого легко поймать на удочку! Танцмейстер не поверил ни одному слову Кольдерупа. По его мнению, все было настоящее: и кораблекрушение, и дикари, и хищные звери. И никто не убедит его в том, что полинезиец, которого он сразил наповал с первого же выстрела, проявив недюжинную храбрость, что этот полинезиец поддельный. Нет, он не желал слушать, что тем людоедом был один из служащих Кольдерупа, притворившийся убитым, а в настоящее время пребывающий в добром здравии, как и сам учитель танцев.
Итак, всему нашлось объяснение, кроме непонятного нашествия зверей и загадочного появления дыма, не на шутку озадачивших Уильяма Кольдерупа. Но будучи человеком практичным, он решил пока отложить загадки и обратился к племяннику с такими словами: