Змей подколодный

— Я предупреждала, — сказала Ольга. Ей стало чуточку повеселее — пират имел чертовски обалделый вид.

— Вот дела! — сказал он, устраиваясь рядом. — Напугают среди ночи… Ольга? Ты что? Что-нибудь…

— Я крайне корректно к тебе подошёл! Мряф!

— Уж корректно! — Андрей покачал головой.

— Ольга, можно я его укушу? — спросил Флюк.

— Не надо, — сказала Ольга и, обхватив пирата за шею, изо всех сил к нему прижалась. Пират немедленно её обнял и спросил снова:

— Что случилось?

— Ничего. Соскучилась.

— А-а, — сказал Андрей.

— Она всю ночь страдала, — подтвердил Флюк. — Только про тебя и говорила. Свет, мол, белый не мил без моего Андрюшеньки, хоть бы глазком на любимого глянуть. Ну, думаю, надо идти, а она тогда и говорит…

— Слушай, рыжая ты бестия! Может, пойдёшь теперь погуляешь? — спросил пират.

— Я тигр! — сказал Флюк. — Сам ты бестия! Чего моя Ольга в тебе нашла, ума не приложу.

— Я тебя, между прочим, из башни спасал, — напомнил Андрей.

— Спасал он! Да удержать не смог! Я все лапы себе отшиб, когда ты навернулся!

— Флюк! — сказала Ольга. — Ну пожалуйста!

— Хорошо! Ладно! Погуляю, на шухере постою! А вы целуйтесь себе, голубочки! — Флюк, задравши хвост, пошёл к изгороди и, не оборачиваясь, добавил: — А ещё раз обзовёт — укушу!

— Подслушивать будет, — сказал пират, проводив взглядом рыжего негодника.

— Будет, — сказала Ольга.

— А совет он дельный дал, да?.. Боюсь только, барышня не целоваться ко мне пришла.

— Не называй меня так, — попросила Ольга.

— Звезда моя. А у звезды моей всё в порядке?

— Ты прямо как психоаналитик! "Не снился ли вам жёлтый банан на блюде красных манго?" Снился, доктор!

— Мне снилась ты, — сказал Андрей. — Что мы… — И он замолчал.

— Ты же не спал. У тебя свет горел, я потому Флюка и послала.

— Ага, горел… Ваш покорный слуга постигал науки и позорно приснул, носом в физику… И тут эта морда!.. А ты сразу ко мне или гуляла? Тут вообще-то не стоит гулять. Я вот прошлой ночью… — И он опять замолчал.

— Что — прошлой ночью?

— Да мы с Никитой бродили тут… Пейзаж был такой… странный…

— Знаешь, — сказала Ольга, — а я бы здесь осталась… На все четыре года.

— Значит, останемся.

— А получится?

— Если только не умрём от своей латыни… Знаешь такую песню? "На французской стороне, на чужой планете предстоит учиться мне в университете" [12]… Ольга?

— Я засыпаю, — пожаловалась она. — Совсем ведь спать не хотела!

— Тогда пошли потихонечку? Я тебя провожу. Вот выспаться бы и всю ночь погулять, да?

— Ага… Андрюш… А если бы… А вот если меня исключат?

— Да за что?

— Ну за что-нибудь. Ты тогда…

— Я тогда тоже уйду. Как же я без тебя? Мы же договорились — десять детей…

До девчоночьей общаги они добирались почти час, и за этот час Ольга успела смириться с неизбежным и убедить себя, что ничего страшного в замысле врага на самом деле нет. Так, злая, но безобидная шутка. Не динамит же, в самом-то деле!..

Ужасы таяли, словно мороженое на жаре, рядом с Андреем Карцевым, и никто не помешал Ольге наслаждаться обществом своего личного рыцаря. Не возникали на небесах странные светила, не выли в кустах монстры, не попадался на пути Витька Бельский с фонариком, и даже Флюк великодушно оставил хозяйку наедине с пиратом — они нашли тигра мирно спящим на запрятанном в кустах стуле.

Но один свидетель Ольгиных приключений всё же имелся. Ему мало что удалось услышать — подходить очень уж близко он не осмелился и потому остался незамеченным для всех участников событий. Свидетель этот, собственно, взял на себя обязанности телохранителя — и никак не ожидал, что они окажутся столь неподъёмны. Не передать словами, что ему пришлось пережить, когда здоровый дядька (похожий на Зорро в исполнении Антонио Бандераса и потому особых тревог поначалу не вызвавший) унёс Ольгу в небо, перекинув через плечо как мешок сахара!

Но зато свидетель всё видел, а это не так уж мало, ведь верно?

Глава 12 (Никита)

Детектив в действии

(и результаты расследования показывают, что старые враги являются коллегами, за музыку надо платить печеньем, а желтуха никоим образом не влияет на качество крови)

— Гнать всех твоих слуг взашей… — проворчал Эрг. — Ингвар, право же!

ну зачем тебе всё это нужно? Мальчишка попал не к месту, ну и бог с ним,

давай прогоним его, и пусть, ну что он тебе? других проблем мало?

С. Жарковский. "Сказка PRO"

1

Никита Делик выбрал себе профессию ещё в раннем детстве.

С детством ему повезло — иначе, чем Андрею, но Никита считал, что повезло очень. Хронический бронхит, не позволив посещать садик, вынудил сидеть дома, дожидаясь прихода родителей с работы. Живущих поблизости бабушек не имелось, а двоюродные братья-сёстры и прочие родственники одиночеству мешали редко. Дабы обезопасить оставляемое без присмотра дитя, мама выключала из сети все электроприборы, а из телевизора даже вытаскивала предохранитель. В компенсацию за телевизор Никиту заваливали игрушками и конструкторами. Но игрушки и конструкторы информации о внешнем мире не давали; пришлось осваивать азбуку. В четырёхлетнем возрасте Никита читал уже бегло и быстро благодаря не столько высокому интеллекту, сколько скуке долгих часов в запертой на три замка квартире.

К восьми годам он перечитал огромное количество детской литературы и перешёл на взрослые книжки. Книжек в доме было много — необозримые горы папиной космической фантастики, мамины романы (не любовные — мама была выпускницей филфака) и практически все выпущенные в семидесятых годах собрания сочинений классиков (дедово наследство). К фантастике Никита отнёсся с пренебрежением, Кортасар и Сэлинджер его заворожили, но остались за гранью понимания, а первым из классиков попался Конан Дойль. Это был знак судьбы, определивший профессиональные склонности крохотного поклонника Шерлока Холмса раз и навсегда.

Никита Делик собирался стать сыщиком: не адвокатом, не следователем — именно сыщиком, причём частным. Увлекали его не кровавые убийства и не романтика профессии, а сам процесс расследования; он тщательно изучал все добытые пособия по криминалистике — и учебные, и художественные. Классическим детективом (с ненужными на Никитин взгляд отклонениями) воспринял "Братьев Карамазовых" Достоевского, рукоплескал комиссару Мэгре и Эрасту Фандорину. Не были обойдены вниманием Чейз и Макбейн, Маринина и Кивинов, да и все детективщики без исключений — кого ни назови.

Но только открыв для себя жанр магическогодетектива, Никита понял, для чего он создан. Магия поднимала возможности и сыщика, и преступника на необозримые высоты; Никите явилась Мечта — великая и безнадёжная.

На исходе восьмого класса ему дали почитать Макса Фрая. Фрай поверг будущего сыщика в бешеный восторг и невыразимую тоску. Два месяца летних каникул Никита самозабвенно играл сам с собою в Тайный Сыск.

Август застал его в образе сэра Кофы: закутавшись в воображаемый плащ-невидимку, Никита преследовал по дороге в хлебный ларёк подозрительного типа. Тип помахивал тросточкой и одет был как депутат — это в жару-то! Великий Магистр Ордена Жёлтой Совы, не меньше, и замышлял, конечно, дурное. Катаклизмы, долженствующие разрушить город, к примеру. Выдумывая катаклизмы, Никита увлёкся так, что некоторое время шёл за типом, не замечая отсутствия домов вокруг и асфальта под шлёпками. Сам сыщик, впрочем, тоже не был замечен — не то чтобы из-за выдающихся способностей (хотя способности как раз имели место), а просто в голову не пришло.