Страница 25 из 68
— Бежать для зека первое дело главное, чтобы были созданы условия.
Не возражал, а дополнял старого чекиста неспроста умнеющий прямо на глазах Рысак.
Гебешный Петрович не смеялся над его дополнением, а обстоятельно стал рассуждать вслух.
— Там для побегов были созданы все условия. Да сам посуди. Полярная ночь длится полгода, огромные просторы беги сколько душе угодно, — для иллюстрации он широко развел руки. — На все четыре стороны. И если этих спринтеров, как крыс в первые же сутки не отлавливали, то все они обязательно погибали. От голода, холода, волков, медведей. Да мало ли дураку, нужно для смерти? Кстати, местное население, чьи поселки там были разбросаны в хаотичном порядке, официально получало премию за каждого пойманного бегуна. При чем как за мертвого, так и за живого. Живого тащить было накладно. В дороге его поить-кормить надо. Развлекать тоже надо. Проще, как доказательство поимки предоставить отрезанные уши или отрубленную по локоть правую руку. Скажу по секрету, конечности не всегда резали у мертвецов. Иногда рубили по живому. Считалось, так лучше сохраняется… Целая отрасль была налажена по отлову. Платили им неплохо, примерно столько же, сколько и за шкуру волка. Принес отрубленную руку или, что еще лучше уши и будьте любезны. Распишитесь в ведомости. Получили свои законные денежки. Милости прошу в специальный ларек с товаром. Обувку какую-никакую можно было справить для супруги, детям сахарку и гостинцев купить. Бойко этот выгодный бизнес развивался.
Рысака только от одной мысли о таком промысле заметно передернуло. За отрубленные уши убитого несчастного зека покупать конфеты детям или сахар, а потом угощать этим ребятишек… Излишней сентиментальностью он не страдал, но все же….
Дерганье собеседника не ускользнули от зорких глаз гебешного начальника. Он понимающее закивал головой. Но, по-видимому, неверно истолковал это движение.
— Правильно Коломиец дергаешься. Сейчас объясню почему.
Разговор происходил примерно через две недели после смерти Данилы в каком-то пустом кабинете, но горячий чайник с кружками там был. Он поднялся, налил себе чаю и продолжил свои рассуждения.
— Я тебе это рассказываю не для того, чтобы тебя развлечь или по-стариковски побрюзжать на теперешнюю молодежь. Нет. Просто хочу объяснить. Для того, чтобы у нас с тобой все прошло удачно и ты в первые же часы после ухода отсюда не попался, как кур во щи все должно быть тщательно спланировано и обдумано. Главное жесткая дисциплина, строгое следование плану и ни какой самостоятельной инициативы.
Рысак только устало кивал головой. Напряжение последнего времени сказывалось. У инструктора сложилось впечатление, что его слушают недостаточно внимательно. Он обиженно засопел.
— Если ты хочешь остаться здесь смотрящим и дожидаться когда кто-нибудь из бывших дружков Данилы, тебя подколет на пику, так ты так и скажи и прекратим головы друг другу морочить.
Он нервно рывком дернул на себя кружку горячего чая пролив почти половину на стол. Не обращая внимания на стекающую со стола коричневую струйку, стал, шумно прихлебывая пить обжигающую жидкость.
Рысак оказался настолько благоразумным, что и сам не ожидал от себя такой прыти. Он в ужасе, очень достоверно замахал руками и испугано прохрипел:
— Бля, буду…
И уже совсем ни к месту произнес загадочную фразу, которой он хотел показать полную правоту и превосходство идей собеседника.
— Падлу, забодаю…
— Ну, то-то же… — Отставляя кружку в сторону, довольно произнес, недобрый дедушка из ФСБ. Про падлу ему понравилось. От души получилось и очень достоверно.
Склонив головы над столом, неторопко они продолжили разрабатывать мельчайшие детали побега. Даже малейшего намека на фальшь не должно было быть. Ни воры, ни охрана лагеря не должны почувствовать подвоха. Погоня должна была быть настоящая с боевыми пулями и злыми собаками. Воры должны были раскрыть подготовленные для таких случаев явки и схроны. Хотя они и так все были известны, однако чем чёрт не шутит?
Главное в намечаемых мероприятиях это простота и достоверность. Правду жизни будем искать в постановках провинциальных драмтеатров. Их уровень, напоминающий сложную драматургию школьных спектаклей, этому очень даже способствует.
ГЛАВА 28 АЭРОЛЫЖИ
Кулибин, тот самый Славка Попов, которого в свое время Рысак вытащил из петли, зря воровской хлеб не ел, он его достойно отрабатывал. Прямо на месте в промзоне из подручного материала он смастерил некое подобие аэросаней.
Приспособление было вполне оригинальной сборно-разборной конструкцией. И состояло из двух пар широкополозных лыж, на которые крепился каркас на него — обычный промышленный вентилятор с увеличенными лопастями и небольшой бензиновый двигатель на двадцать литров.
Начинающий любитель фигурного катания на санках или иначе — доморощенный самоубийца становился на полозья чуть впереди двигателя. Чтобы его бестолку болтающиеся руки и разные другие части тела не отрубило вращающимися лопастями, с целью защиты их от технического прогресса, между телом и лопастям крепилась пластиковая овальной формы защита.
На эти сдвоенные лыжи в специальные крепления становился любитель экстремальных прогулок и "прощай здоровье и совместно нажитое имущество".
Конечно, передвигаться на таком аппарате было небезопасно, но когда снега намело по грудь, выбирать особо не приходилось. Правда, в качестве альтернативы Кулибин предложил — полет на специальном агрегате… Когда объяснял принцип его действия, очень гордился за техническое совершенствование всей человеческой мысли.
Тот же бензиновый двигатель, еще более увеличенные лопасти. Все хозяйство одевается на спину в виде рюкзака… Такой способ передвижения он видел в похождениях симпатичного, но уж слишком дурноватого английского агента — Джеймса Бонда.
Первый пробный полет в небесные выси Славка намеревался совершить сам. Тщеславие покорителя земного притяжения не давало ему спокойно ходить по земле. Однако, в дальнейшем никаких гарантий сохранения жизни и здоровья покорителей стратосферы — не давал. Потому что воздушный океан, это такая же дикая стихия, как и все остальные и как она себя поведет в самый неподходящий момент, он знать и прогнозировать не мог. Это пока еще ему было не дано.
Изобретателя внимательно выслушали. Хлебнув чифиря с соленой таранью, все же остановились на варианте "лыжи с мотором". Рысак за такое решение, остался братве, весьма признателен. А Кулибин получил премию. Пол-литра спирта, шматок сала и пару пачек чая. Чему был безмерно рад. Оказывается, жизнь может не только огорчать, но и радовать.
Большие сомнения были с весом аэросаней. Всего набиралось около пятидесяти килограмм. Монтажные узлы и детали приходилось по частям вывозить за территорию промзоны. И складировать в укромном месте. А чтобы посторонние не нашли, да медведи с росомахами не достали, цепляли весь этот металл на одно приметное дерево. Там же подцепили и канистру бензина, позже полезные продукты питания в виде сухого пайка.
Только проверенные урки знали о готовящемся побеге. И было их всего несколько человек. Поэтому вероятность утечки информации и связанного с ним шухера, была сведена к минимуму.
Идея состояла в замене Рысака на другого человека. Для вечерней поверки, вместо него, в зону должен был зайти "лихой бродяга" с воли. Такого нашли, он работал вольнонаемным водителем и за небольшие деньги готов был переночевать не в шумной общаге, а на зоне. Визуального контроля можно было не бояться, в темноте и после мороза вся эта черная масса была практически однородна, а отдельные ее члены выглядели как братья-близнецы.
В назначенный день, когда все окончательно было готова, Рысака в емкости из под мусора, для страховки заваленного промышленными отходами вывезли на охраняемую территорию строящегося здания котельной.