Страница 141 из 169
Гулд утверждает, что появление этого рассказа целиком на моей совести. «Я имел неосторожность написать в „Твиттер“ что-то вроде: „Ниндзя — крутые. Зомби — крутые. Ниндзя-зомби — круты вдвойне!“ Джон Джозеф Адамс прочел это и спросил, не пишу ли я в настоящее время нечто подобное. Я ответил, что пока нет, но могу взяться».
Поскольку Гулд больше двенадцати лет изучал иайдо — искусство владения японским мечом, — ему не пришлось долго собирать материал для рассказа. Тем не менее он, по его признанию, какое-то время провел на заднем дворе, вооруженный боккеном (деревянным мечом), где отрабатывал некоторые приемы, описанные в тексте.
Но почему зомби? «В зомби, проворны они или нет, пугает то, что их все время становится больше и больше, — отвечает Гулд. — Неважно, скольких ты убьешь, их количество постоянно увеличивается. Зомби суть осязаемые, кусачие воплощения нашей смертности. А смерть дурно пахнет и еще хуже выглядит».
Жил некогда в средневековой Японии мастер-оружейник, который возжелал сделать сразу два дела: казнить преступника и испытать свой новый клинок, иными словами, выполнить тамэсигири. [52] Когда приговоренный увидел мастера, он сказал:
— Если бы знал я, что это будешь ты, наглотался бы камней, чтобы сломать твой меч!
Иной раз ты — оружейник, рассекающий плоть и кость; иной раз — отродье, готовое пожирать камни, лишь бы испортить сталь. Сомнений нет, ты умрешь, но никем не сказано, что твоя смерть должна быть легкой.
Минут двадцать мы шли огородами, пока не достигли южной стены. У ворот не было ни души, но через пару минут появился охранник, ходивший по парапету. Забросив на плечо винтовку, он спустился, пыхтя и отдуваясь. Проверил документы Сенсея, потом вперед, по своему обыкновению, вылез Ричард. Охранник изучил пропуск Ричарда и вгляделся в его лицо.
— Ричард Торрес? Вы похожи на брата. Он ведь несколько недель как пропал?
— Пропал? — резко ответил Ричард. — С чего вы взяли?
Сенсей придержал его за руку и осведомился у стража:
— Если я правильно понял, Диего так и не появлялся?
— Во всяком случае, в мою смену его не было.
Охранник вернул Ричарду пропуск, взял документы Лу, взглянул на нее и захлопал глазами. Так делали все, кто ее видел. Она всегда эффектно выглядела, а сегодня просто блистала.
— Луиза Паттерсон? Похоже, в школе я встречался с вашей сестрой. Как она поживает?
— Она умерла, — ответила Лу.
От заражения умирали девять из десяти. Он мог бы и знать.
Страж сглотнул, вернул ее пропуск и взял мой.
— Здравствуйте. Не видел вас прежде. Впервые в городе?
— Дэнни, ты в школе сидел позади меня! — Я невесело рассмеялась. — И вечно просил списать алгебру.
Он отступил на шаг и снова уставился в мой пропуск.
— Вот это да! Роза, ты это… раздалась.
— Что правда, то правда, — согласилась я.
В школьную пору я была тощей, но теперь округлилась. Он же каким был коренастым, таким и остался. Удивительное дело, при наших-то пайках. Впрочем, я не стала углубляться в тему его веса или общих школьных воспоминаний. Нам нужно было пройти за ворота.
Утратив ко мне всякий интерес, он повернулся к Сенсею:
— Оружие? Кроме перьев?
Мы держали сумки раскрытыми, чтобы ему было видно. Огнестрельное оружие и взрывчатка предназначались для обороны. Выходить разрешалось, но ружья и боеприпасы нельзя было выносить никому, кроме охранников во время сева, прополки и сбора урожая. Имелись и другие причины.
— Только мечи, — подтвердил Сенсей.
Дэнни отомкнул висячий замок на подъемной решетке и сказал:
— Не открывайте, пока я не проверю сверху понятно?
— Понятно. — Сенсей бесстрастно кивнул.
Конечно, он понял. Сенсей в общей сложности провел больше времени вне города, чем кто-либо другой.
Дэнни вернулся к лестнице, снял с плеча винтовку и обозрел округу.
— На кукурузном поле их несколько… стоит штук шесть, но лежать может больше. Кукуруза уже здорово поднялась… Соя всего по колено, и там околачивается один. Дорога… — Он вскинул винтовку и выстрелил. — Дорога чистая до спуска к реке.
Сенсей пристально смотрел на Дэнни.
— Зачем он это сделал? — Лу нахмурилась. — Привлечет их к воротам.
Сенсей вздохнул:
— Лу, мы не очень-то уклоняемся от встречи с ними.
Он дал знак, я подняла решетку. Ричард извлек меч и застыл, держа его острием строго вверх у правого плеча, готовый выполнить хассо. [53]Сенсей негромко вздохнул, но ничего не сказал, а повторил приглашающий жест, и я толкнула левую створку Провернувшись на хорошо смазанных петлях, та отворилась наружу и замерла под прямым углом. Ричард прыгнул вперед, дико озираясь. Лу закатила глаза, а я кивнула.
Разбитый асфальт был покрыт сорняками, но полевые бригады ликвидировали все более или менее заметные заросли на двадцать футов по обе стороны дороги. В сотне шагов от ворот поверх выцветшей разметки распростерлось тело — это в него Дэнни стрелял. Ричард сделал несколько шагов и остановился посреди дороги, все еще держа меч наготове.
Я заглянула за створку, прежде чем выйти, но там было чисто.
— Ричард, убери меч, — велел Сенсей.
Тот оглянулся.
— Что мы изучаем? — спросил Сенсей.
— Батто хо, Сенсей. Приемы извлечения меча и нанесения удара.
— Правильно. Поэтому береги силы. Доверяй своим навыкам. Мы на открытой местности, у тебя хватит времени вынуть меч.
— Да, Сенсей.
Ричард выполнил ното — вложил меч в ножны, действуя в стиле Синдо Мунэнрю: сперва опустил острие, направляя его вперед и обращая захват с разворотом лезвия так, чтобы уложить на плечо муне, заднюю тупую часть клинка; затем выставлял сая, деревянные ножны, до тех пор, пока не достиг касания с муне. Он выдвинул рукоять — цука — и вот скрестил острие меча с отверстием сая, после чего перевернул, скользящим движением ставя клинок на место. Красивое зрелище при выполнении плавном и быстром.
Я скривилась: мало того что работать красиво он не умеет, так еще и чуть руку себе не проткнул.
Сенсей шагнул вперед, вплотную приблизился к Ричарду и что-то негромко сказал. Тот покраснел, но отступил назад со словами:
— Да, Сенсей.
— Возвращайтесь до темноты, понятно? — донесся со стены оклик Дэнни.
Лу поднесла палец к губам, и Дэнни рассмеялся, понизив голос. Если человек дурак, то это надолго.
Мы повернулись к городу спиной; затворились ворота, упала решетка. Держась поначалу дороги, Сенсей повел нас к зомби, которого Дэнни пристрелил со стены. За десять шагов до тела Сенсей громко топнул.
Труп дернулся.
Сенсей покачал головой и отступил.
Дэнни устроил много шума, но добился мало толку. Пуля прошла сбоку, отхватив зомби ухо, но центральная нервная система осталась нетронутой. Существо встало на четвереньки и посмотрело на нас. Лысое, покрытое струпьями, оно некогда было женщиной. В уцелевшем ухе сверкала на солнце жемчужная сережка. Заметив ее, я не смогла удержаться, чтобы не поискать вторую.
И точно — та лежала на асфальте в шести шагах, все еще вдетая в мочку.
— Лу! — позвал Сенсей.
— Хай! — Лу пушинкой скользнула вперед.
Ричард злобно взглянул на нее, но внимание Лу было приковано к зомби. Когда она подошла ближе, нежить оттолкнулась от асфальта и встала на колени. Лу выхватила меч и нанесла удар единым горизонтальным движением, резко вернув левую руку на рукоять по выходе острия.
Меч аккуратно рассек шею зомби, тело рухнуло, а голова слетела на асфальт и покатилась к обочине.
Сенсей кивнул.
Лу протерла лезвие спиртом и вернула меч в сая. После чего ее вырвало в канаву.
Ричард собирался что-то сказать, но я резко повернулась, так что мои ножны ударили его по бедру.
— Прошу прощения, — обронила я в ответ на его мрачный взгляд.
Сенсей оглянулся на нас, затем указал на фигуру, ковылявшую в нашу сторону по соевому полю.